Но сейчас Снайпер стрелять не торопился. Для начала нужно выяснить, кого это так настойчиво пытаются подавить огнем собакоголовые.
Он уже встречался с этими мутантами, и от встреч этих у Снайпера осталось глубокое чувство уважения к их создателю. Неведомый генный инженер сумел сконструировать идеальных солдат, максимально приспособленных для ведения тактической войны. Сильные, выносливые, не задающие лишних вопросов боевые машины были вполне способны составить конкуренцию кио как в рукопашном бою, так и при огневом контакте. Другое дело, что киборги умны, изворотливы, способны принимать самостоятельные решения. Но в групповом бою этого и не нужно. Здесь важнее способность беспрекословно подчиняться командованию, слаженность действий, абсолютное бесстрашие, замешанное на хладнокровном расчете. Кстати, собакоголовые как раз сейчас этим и занимались – бесстрашно и хладнокровно атаковали противника, прячущегося за импровизированным бетонным бруствером.
Снайпер продолжал наблюдение. Угу, одно отделение мутантов подавляет вражью силу огнем, не давая высунуться из-за бруствера, а два других отделения синхронно обходят укрепление с флангов. Писец вам, ребята, скоропостижный и неотвратимый. Только вот рассмотреть бы, кто за тем бруствером спрятался, ибо воевать с целым взводом отлично экипированных мутов занятие весьма опасное. Потому хорошо бы выяснить для начала, ради чего оно надо, и надо ли вообще.
Из-за бруствера вывернулась плечистая фигура, в ее руках задергался пулемет. Короткая очередь срезала собакоголового, стрелявшего с колена, и бросила его на бетон, словно смятую черную тряпку. Правда, и плечистого пулеметчика минимум две пули достали. Одна чиркнула по голове, выбив облачко кровавых брызг, вторая вспорола рукав… кольчуги.
«Данила?» – промелькнуло в голове Снайпера.
Само собой, рассмотреть в деталях лицо пулеметчика было нереально – тот уже скрылся за бруствером. То ли сам нырнул, то ли упал – непонятно. И выяснить, его ли ученик сейчас скрывается за бетонной плитой, или это совсем другой кремлевский дружинник, можно было только одним способом.
Командир взвода собакоголовых, превосходящий ростом и габаритами даже своих огромных подчиненных, как и положено начальству, залег позади атакующего отделения и громовым голосом отдавал команды – даже до вершины холма его рык доносился. Хорошо залег, за ржавым остовом старой пушки, откуда его только ВОГом из подствольника и можно взять – если бы, конечно, у обороняющихся были гранаты и подствольники. Правда, был и еще вариант, который не учел громогласный предводитель собакомордых.
Снайпер выжал слабину спуска. СВД мощно толкнула стрелка прикладом в плечо – и мутант с размаху ткнулся мордой об ржавый лафет орудия. На проржавевшее железо обильно плеснуло красным. Но Снайпер не стал рассматривать, как сползает вниз тело собакоголового, – у него было предостаточно других, еще живых и очень опасных целей.
За спиной хлопнул «Винторез» подруги – собираясь в поход между мирами, девушка экипировалась замечательно. Будь муты не мутантами, а людьми, можно было бы попытаться перещелкать их из бесшумной снайперки, не раскрывая позиции. Но с собакоголовыми такое не прокатит. Большинство опасных тварей этого мира умеет перехватывать ментальные сигналы – кто-то лучше, вплоть до чтения мыслей, кто-то хуже, но вполне достаточно для того, чтобы почувствовать охотника, который собрался выстрелить из-за укрытия. Командир собакоголовых был слишком увлечен битвой и не почувствовал приближающуюся смерть. Но Снайпер знал: его подчиненные, лишившись командования, сразу же почуют, откуда дует ветер, несущий погибель. Потому лучше в два ствола ликвидировать максимально возможное количество целей, пока остальные не очухались и не перенесли огонь на вершину холма.
Они успели выпустить по половине магазина каждый, когда по бетонным перекрытиям защелкали пули собакоголовых. Снайпер в который раз отметил – у мутантов отменная реакция. И даже слегка удивился.
Утратив командира, муты не запаниковали, а слаженно прекратили атаку противника, засевшего за бруствером, залегли и в два десятка стволов принялись поливать огнем холм, откуда к их товарищам прилетела неожиданная смерть.
– Быстро среагировали, – бросил Снайпер, укрываясь за бетонным столбом, покрытым мхом и следами многих перестрелок.
– Рикошеты, – отозвалась она. – Слишком много бетона.
Снайпер и сам понимал: переплетение железобетонных колонн, за которым они укрылись, безопасно весьма относительно. По-хорошему, после первых же произведенных ими выстрелов следовало сменить позицию. Но бежать было некуда. Или эти колонны, или открытое пространство…
Одна из пуль, посланных снизу, ударила вверх, отскочила от перекрытия. Смятый, но еще горячий комок свинца рубанул по шее.
– Черт, – усмехнулся Снайпер. Провел рукой по мгновенно вспухшей коже, взглянул на ладонь. Вдоль линии жизни багровела кровавая полоса. – Долго жить буду, видимо.
– Давай перевяжу.
Она метнулась к нему, на бегу разрывая зубами перевязочный пакет. Он не сопротивлялся. Почему, когда вокруг свистят пули, у них полное взаимопонимание? Но как только в них перестают стрелять, сразу начинается противостояние… при безусловном притяжении друг к другу. Ведь это ради него она перешагнула границу миров, ведь это его искала она в выжженной Москве – и нашла, несмотря ни на что…
Пока она накладывала повязку на царапину, огонь стих. Понятное дело, даже мощным мутантам с ходу не залезть на высокий холм в тяжеленной броне – тем более что так и не выковыренные из-за бруствера стрелки возобновили огонь. Снайпер явственно различал короткие взлаивания «Печенега» сквозь частую автоматную дробь.
– Пора, – сказал он, вновь берясь за винтовку.
Она не стала возражать, признавая его неоспоримое превосходство в военном деле. Эх, во всем бы остальном так! Мечтай, Снайпер, мечтай, пока стреляешь. Если останешься жив, после боя она тебе быстро нарисует свою картину мира и твое место в этой картине.
Усмехнувшись своим мыслям, он нажал на спуск. Один из собакоголовых, ринувшихся на штурм холма, резко вскинул кверху лапы. Его автомат взлетел вверх, но хозяину не суждено было поймать свое оружие. Вместо этого мутант грохнулся на спину и покатился вниз по склону, подпрыгивая на неровностях почвы и стукаясь о камни простреленным тактическим шлемом.
Снайпер выстрелил еще дважды, слыша, как слева от него равномерно хлопает ее «Винторез». Черт, если мутанты приблизятся на бросок гранаты, тогда точно хана. Одной паршивой эргэдэшки в этой бетонной мышеловке будет вполне достаточно для обоих.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
