На здание обрушился шквал огня, и парню пришлось шлепнуться на брюхо. Геройство дело, конечно, нужное, но подставляться под пули лишний раз есть не подвиг, а глупость несусветная.
Но и на этот раз мандража не было – тем более что Артем заметил боковым зрением: Снайпер, его подруга, Ион и Шерстяной сделали то же самое. Даже Колян с любопытным транспортником пригнулись. Видеокамеры-то не казенные, а удастся ли другие у какого-нибудь робота из башки выковырять – еще большой вопрос.
– Зря они так развлекаются, очередями да одновременно, – расслышал Артем слова Снайпера, когда стрельба вдруг резко потеряла интенсивность.
«Автоматы перезаряжают», – понял парень, резко вскидываясь в положение стрельбы с колена.
Так и есть. Собакоголовые меняют магазины, а бронетехника не спеша трюхает к бараку, в котором укрылся отряд. Типа, куда ж они денутся, родимые, теперь-то?
– По роботам не стрелять, – крикнул Снайпер. – Бей пехоту!
А сам, между прочим, из своей винтовки стрельнул именно в робота. Хотя ему можно. У него она теми же патронами стреляет, что и пулемет Данилы. И если из такого оружия, да с пятидесяти метров роботу в глаз попасть, тому точно не поздоровится. Не только видеокамеру расколотит пуля со стальным сердечником, но и мозг прошьет насквозь, после чего, отскочив от внутренней части стального затылка, неслабо покувыркается внутри черепной коробки, превращая извилины в кашу.
Самый шустрый «Раптор», бегущий впереди всех, внезапно споткнулся, упал на бок и неистово забил бронированным хвостом, легко сминая им старые, насквозь проржавевшие рельсы. Роботы, идущие следом, невольно притормозили, сбив строй. Пехоте тоже пришлось остановиться, чтобы не попасть под лапы боевых машин, нерешительно переминающихся на месте.
Теперь настала очередь обороняющихся открыть огонь.
Собакоголовым пришлось несладко. На открытой местности не укрыться, не спрятаться, а с такого расстояния стрелять по ростовым фигурам – одно сплошное удовольствие. Пока мутанты меняли магазины, а роботы обходили подбитого «Раптора», маленький отряд успел отстреляться на славу.
На земле осталось лежать девять собакоголовых, и еще один «Раптор» с пулей в глазнице как сел с размаху на пятую точку, так и остался торчать среди ржавых рельсов эдаким гротескным памятником давно прошедшей войны.
Но силы были слишком неравны.
Страшный удар обрушился на крышу барака – это «Рекс» с разбегу долбанул по ней бронированной мордой. Правда, толку от этого было немного. Крыша здания, рассчитанная на гораздо более серьезные нагрузки, лишь глухо загудела. «Рекс» же от неожиданности попятился, тряся мордой, на которой заметно разошлись бронепластины.
– Хорошо, что у них пушки нерабочие, – сквозь грохот проорал Шерстяной. – А то бы они нас тут на раз-два-три в фарш перемолотили…
– Отходим! – крикнул Снайпер.
«Вовремя», – мысленно отметил Артем.
За тушами роботов, безуспешно пытающихся разломать барак, виднелись приближающиеся черные силуэты. Еще немного – и через дверные и оконные проемы внутрь здания хлынет черная масса бронированных автоматчиков, с которыми махаться врукопашную дело гиблое и безнадежное.
Отряд отошел слаженно и быстро, благо возле окон возникла небольшая куча-мала. Роботы, обманутые кажущейся хлипкостью здания, безуспешно пытались его развалить, а собакоголовые, не желая попасть под многотонные лапы боевых машин, не спешили штурмовать барак. И стрелять по окнам и дверям им было несподручно – того и гляди или роботу сустав пулей повредишь, или сам рикошет в шлем схлопочешь.
«В общем, повезло в очередной раз, – подумал Артем. – И, скорее всего, в последний».
Потому что дальше отступать было некуда. Впереди был уже виден последний барак «секретной базы», за которым раскинулась широкая поляна, сплошь заросшая хищным огненным мхом. Артем прекрасно знал – пройти такой участок можно лишь одним способом: на ходулях. Иначе на своих двоих сделаешь от силы пару шагов, а дальше растение непременно среагирует на органику. Десяток растительных ложноножек мгновенно выпрастается из огненно-красного ковра, оплетет ноги, повалит… и менее чем через четверть часа от человеческого тела ничего не останется – сок, выделяемый огненным мхом, растворит и плоть, и кости без остатка. Конечно, можно выжечь тропу, бросая на красный живой ковер горящие ветки, но это дело долгое… А времени у беглецов осталось всего ничего.
– Занимаем крайний барак, – скомандовал Снайпер, мгновенно оценив обстановку. – Он с виду самый крепкий. И пусть попробуют выковырять нас из этой консервы.
Артем прекрасно понимал: сталкер говорил уверенно и решительно лишь для того, чтобы приподнять боевой дух членов отряда. В последнем бою крайне важно умереть достойно. Даже отец верил в то, что загробная жизнь в Краю Вечной Войны существует лишь для настоящих воинов. Души остальных обречены гнить вечно в выжженной земле, прорастая вонючими корнями плотоядных деревьев и впитывая в себя отходы жизнедеятельности мутантов, бродящих по разрушенному городу.
Всё понимали и остальные члены отряда. Одного взгляда на широкую полосу земли, покрытую огненным мхом, было достаточно, чтобы осознать: вот он, последний берег жизни, на котором придется с нею расстаться. Что ж, все они были готовы к этому, судя по блеску в глазах и тому, как уверенно и зло сжимали они в руках оружие. Артем усмехнулся. Погибнуть плечом к плечу с такими товарищами – это хорошая смерть. Отец бы сказал то же самое…
Но внезапно случилось такое, от чего Артем застыл на месте. И неудивительно. Обалдеешь даже в такой трагичный момент, когда длинный барак… вдруг внезапно отъедет в сторону, словно затворная рама пистолета, в котором закончились патроны. Причем сделает это быстро и практически бесшумно, открыв перед путниками черный зев подземелья.
– Туда! – коротко бросил Снайпер своим спутникам, как и Артем, застывшим на месте от удивления.
«Что „туда“? Как „туда“?» – метались мысли в голове Артема, пока он следом за Снайпером преодолевал тридцать метров, отделяющих его от черного провала. «Дырка в земле же! Хрен ее знает, что оттуда выскочит сейчас. Может, прям в логово к подземному червю и провалимся, который незнамо как оборудовал хитрую ловушку…»
Но раздумывать было некогда. Артема с детства приучали к подчинению командиру, а командира в Снайпере он признал сразу. Так что, как только сталкер прыгнул в черный провал длиной в целый барак, Артем, не раздумывая, сиганул за ним, заранее готовый к тому, что вот сейчас он будет долго и нудно лететь вниз, пока на финише не разобьется в лепешку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
