Королева посмотрела на своего короля. Под этим взглядом он стал тверже, растерянность уступила место угрюмой сосредоточенности. Чтобы как-то оправдаться перед своей королевой, Астафий произнес:
– Это верная гибель. С нашими тридцатью тысячами мы не выдержим даже первого удара.
– Лотар, есть ли у тебя какой-нибудь план? – спросила королева.
– Потому-то я и здесь, королева.
– Тогда продолжай, мы слушаем тебя.
– Ставка Торсингая, где я встретил его и действительно с ним сразился, – хотя и не мог бы, как донесла твоя разведка, непременно убить его, не поплатившись за это собственной жизнью, – находится тут.
Он показал место на берегу Говарли, где дрался с предводителем ханнов и чуть было не попал в засаду конников.
– Но важно даже не это. Гораздо важнее то, что он наименее подходящий из всех командиров этой армии. А это объективно способствует успеху нашей стороны.
– Я слышал, что сильнее его никого нет, – сказал Вернон. – И не только в кулачном поединке.
– Он очень долго находился под воздействием Матрипоста, а нормальный человек не может без существенных потерь своих жизненных сил долго выдерживать влияние магии. Это тебе подтвердит любой знахарь на деревенской ярмарке, Вернон. Значит, сейчас он вряд ли полноценный воин, человек и, следовательно, главнокомандующий.
– Я не знаю, что такое Матрипост, – сказал Вернон, – но, может быть, он стал колдуном? Тогда опасность от его высокого положения только возрастает.
– Нет, он не стал колдуном. Он стал слабым, безвольным, беспомощным командиром. Думаю, жизнь его теперь продлится недолго, даже если он и отыщет другой Матрипост. Его подчиненные и конкуренты почти каждый день замечают его слабость и не простят этого. Ханны жестоки не только к чужакам, но и к своим. А пока его не сменили, он принесет немало вреда своей армии, что будет для нас существенной помощью.
Теперь, кажется, с этим согласились все, даже враждебно настроенный Вернон.
– Чуть сложнее было дело с двумя другими главнокомандующими. Их я тоже не стал убивать, потому что это ничего не дало бы. Конкурентом главнокомандующего в армии фоев является прирожденный стратег и полководец, которого я бы попробовал остановить, если бы мог. К сожалению, он такой возможности не предоставил. Следовательно, нынешний их генерал тоже объективно способствует нашей стороне. А в армии вендийцев коллективное управление, следовательно, это вообще бессмысленно. Так, думаю, с этой стороной дела все ясно.
Лотар оглядел собравшихся. Все послушно склонили головы. Пожалуй, он добился понимания. Тогда можно будет убедить их в правильности его поступков и впредь.
– Существенным элементом в этом деле является направление движения всех армий. Я не обладаю магическими способностями своего друга, – он кивнул на Сухмета, который не преминул широко улыбнуться и поклониться, продемонстрировав свои великолепные, совсем не старческие зубы, – и выискивал направление в сознании главнокомандующих. Последовательно – от Торсингая до Рампаширосома…
Тут Лотар немного смешался. Он знал, что это бессмысленно и поправку его понять сможет, вероятно, только Сухмет, но все-таки пояснил:
– Впрочем, сознание Рампаширосома было очень плотно защищено, но я считал направление движения вендийской армии по золотой амальгаме, нанесенной на голову статуи их божества Боллоба. Золото хорошо воспринимает и записывает моления и медитации. А перед Боллобом молилась в разное время вся их армия… И вот что я выяснил.
Лотар нашел глазами Купсаха, чуть стесняющегося своего присутствия на столь высоком собрании.
– Капитан, не поможешь ли мне?
– Охотно, сэр. – Купсах вышел вперед и встал у края стола, поближе к тому месту, где на картах обозначались ставки атакующих восточных армий.
– В сознании Торсингая я прочитал направление… Сухмет, ты принес свой компас?
– Конечно, господин мой.
Сухмет вытащил из бесчисленных складок своего фойского халата небольшой компас с медным ободком. На ободке кончиком Лотарова кинжала были сделаны три насечки.
– Я сделал эти насечки, чтобы не забыть их. Сухмет, передай Купсаху компас. Купсах, найди зарубку с цифрой один. И помести центр компаса в ту точку, где я дрался с Торсингаем.
Купсах так и сделал.
– Готово, сэр.
– А теперь проведи из этой точки пеленг по сделанной зарубке прямо на этой карте.
Купсах оглянулся в поисках линейки, нашел ее на соседнем столике вместе с россыпью очиненных перьев и быстро провел прямо на карте короля Астафия тонкую ровную линию. Она прошла от берега Говарли почти до центра королевства Астафия.
– Теперь проведи линию из того места, где мы взяли в заложники главнокомандующего фоев генерала Ло, через метку с цифрой два.
Купсах провел вторую линию, обмакнув свое тоненькое перышко в чернильницу. Пока он трудился, все молча смотрели на его руки с худыми, ловкими пальцами. Но едва он довел линии до конца, Астафий воскликнул:
– Линии пересеклись! – Он присмотрелся: – И совсем недалеко от замка, в котором мы сейчас находимся.
– Что это значит, сэр Лотар? – спросила королева Ружена.
Лотар, извиняясь, улыбнулся королеве и королю и произнес:
– А теперь, любезный Купсах, проведи третью линию из того места, где погиб Каш, через заметку на компасе с цифрой три.
Когда Купсах довел эту линию до конца, все разом вздохнули. Все три линии сходились в одной точке, которая действительно находилась около замка Астафия.
– Что это значит? – повторила свой вопрос королева Ружена.
– Это значит, прекрасная королева, – чуть улыбнулся Лотар, воспользовавшись этим титулом, придуманным Сухметом, – что все три армии идут не на Западный континент. Их притягивает нечто, находящееся в этой точке. И оно действует на всех восточников, которые участвуют в этом походе. На настоящий момент это и есть их фокус. – Лотар поставил указательный палец в точку, где пересеклись три линии, по которым двигались восточные армии. – А теперь я должен спросить: что тут может быть?
Лотар обвел взглядом всех собравшихся. Король, который лучше прочих знал окрестности своего замка, произнес:
– Здесь находится пещера, в которую я забирался мальчишкой, пока мой отец, король Задоры, не приказал замуровать ее.
– На стену наложено какое-нибудь заклятие? – быстро спросил Сухмет.
– Нет. Мой отец не одобрял магии.
– Понятно, – кивнул Лотар. – В эту пещеру мы теперь и отправимся.
Королева Ружена сделала к Лотару два шага и протянула ему свою руку, чтобы он мог вести ее, взяв за ладонь, согласно дворцовому этикету.
– Сэр Лотар, для тебя не будет неожиданностью, если мы отправимся взглянуть на эту пещеру с тобой? Надеюсь, на корабле найдется место для трех пассажиров – моего короля, меня и нашего верного Вернона?
