глубоким вырезом и едва заметных трусиках-бикини. — Погоди! Ты что делаешь у меня? И как ты сюда попала?
— Как, как… — проворчала Линда. — Не важно! Энджи просила проконтролировать тебя. Кофе на столе, там же пара бургеров. Собирайся, умывайся, жри и уматывай! А я на работу. У меня сегодня утренняя смена. Оки?
— Оки… — растерянно буркнул я, проводив брюнетку взглядом в сторону балкона, и удивлённо потряс головой.
Это что сейчас было? Что за тотальный контроль и посягательство на моё личное пространство? Хотя, за кофе и бургеры спасибо…
Я рывком поднялся с постели, потянулся, взял кружку с кофе со столика, бургер и подошёл к распахнутому окну, уставившись взглядом в сторону океана. Значит, ещё одно собеседование, да?
Глава 10
Собеседование
Центр Лос-Анджелеса, 7:45 утра…
На собеседование я приехал пораньше. Не то, чтобы сильно горел желанием вливаться в наверняка дружный и сплочённый коллектив юридической конторы мальчиком на побегушках, но, во-первых — это деньги, а во-вторых — просто интересно глянуть, как живут и где работают местные юристы.
Да и не привык я отказывать — раз девушка за меня похлопотала, нужно хотя бы формально появиться на встрече и отметиться. Не хочу её подставлять. Сомневаюсь, что меня возьмут, конечно — без опыта, без рекомендаций с прошлого места работы, без знаний американской культуры… Да я толком даже пару слов не могу на английском связать! Какая работа в юридической фирме?
Я расплатился с водителем, вышел из такси и восхищённо задрал голову вверх. Район, да и само здание юрфирмы выглядели внушительно — стеклянный небоскрёб, подпирающий небо в самом сердце делового центра, чистый тротуар, идеально подстриженные пальмы, дорогие машины у входа и бизнесмены в деловых костюмах, спешащие по своим делам и переговаривающиеся на ходу по новомодным беспроводным телефонам Motorola с выдвижной антенной. Интересно, сколько сейчас стоит такая радость? Тысячу баксов? Или дороже?
Я вздохнул, сбил щелчком среднего пальца воображаемую соринку со своего плеча, приведя себя в идеальное для собеседования в такой серьёзной конторе состояние, и уверенно шагнул к стеклянному входу в здание…
Офис юрфирмы «Hudson, Blackwell Pierce», судя по табличке в фойе, располагался с 25-го по 30-й этаж. Я прошёл через просторное лобби с мраморными полами, колоннами и высоким потолком, ненадолго задержался у стойки охраны, предъявив свои документы, получил временный пропуск и шагнул в один из сверкающих зеркальными стенками лифтов.
Офис юристов на 25-м выглядел дорого — просторное помещение в светлых тонах, открытое пространство с рядами стеклянных кабинетов, мягкий ковролин, льющийся из больших окон дневной свет и запах, вернее, ощущение запаха витающих в воздухе денег…
Люди в строгих костюмах сосредоточенно перебирали бумаги и документы за своими столами, кто-то говорил по телефону, кто-то второпях шёл по длинному коридору, кто-то кучковался в конференц-зале за большими матовыми стёклами. А ведь ещё даже восьми нет, а они уже все на рабочих местах…
И лишь на ресепшене был какой-то маленький островок безмятежности.
Я шагнул к стойке и негромко покашлял, привлекая внимание девушки в белой блузке, с идеальной укладкой, маникюром, лёгким макияжем и маленьким серебряным бейджиком на груди с именем «Софи».
— Доброе утро! — подняла на меня взгляд симпатичная брюнетка, одарив дежурной улыбкой. — Доставку свежей прессы и почты у нас принимают этажом ниже.
— Я не доставщик, — проворчал я. — Я на собеседование.
— Оу! Прошу прощения, — смутилась девушка. — Я могу узнать ваше имя?
— Стоун. Алекс Стоун.
— Стоун… — Софи торопливо пробежалась подушечками пальчиков по клавиатуре новенького Macintosh с выпуклым экраном и нахмурилась. — У меня нет данных на ваше имя, Алекс… — помотала девушка головой, виновато поджав подбородок.
Чёрт! Я же не говорил Энджи свою фамилию, да и она не спрашивала…
Я порылся в кармане джинсов, выудил на свободу смятый клочок бумаги и протянул его брюнетке.
— Вот. Меня должна ожидать Мишель Хадсон.
— О! Мисс Хадсон! — понятливо кивнула Софи и сочувственно улыбнулась. — Мишель вас уже ждёт. Вторая дверь направо.
Она кивнула в сторону коридора, снова мило улыбнулась и уткнулась в монитор, потеряв ко мне всякий интерес.
Я задумчиво вздохнул, выдохнул, ловко увернулся от едва не сбившей меня с ног девушки с чашкой кофе в руках и неторопливо двинулся в сторону стеклянных деверей кабинета мисс Хадсон…
Постучал, услышал ответное «Войдите!», дёрнул массивную хромированную ручку на себя и шагнул внутрь просторного офиса с огромными панорамными окнами, открывающими вид на утренний Лос-Анджелес.
Нерешительно замер на пороге и внимательно оглядел кабинет молодого юриста… вернее юристки, воспользовавшись занятостью хозяйки…
Массивный стол у окна, чёрное кожаное кресло, несколько стульев для посетителей и шкаф с аккуратно расставленными папками. За столом сидела блондинка лет двадцати с небольшим. Строгий деловой костюм, белая рубашка, волосы собраны в аккуратный хвост. Очки на носу… Мне показалось, или они были для вида? Без диоптрий. Наверняка, девушка пыталась таким нехитрым способом накинуть своему слишком юному лицу пару лет сверху. Забавно…
Я невольно задержал на ней свой взгляд. Симпатичная. Молодая совсем… И она уже юрист?
— А ты у нас… — задумчиво произнесла девушка, оторвав взгляд от бумаг на своём столе.
— Алекс Стоун. Я по поводу работы…
— Что у тебя за акцент? — нахмурилась блондинка.
— Немецкий, — пожал я плечами и добавил: — Наверное. Отец был военным, и мы долго жили в Германии.
— Бледная кожа, голубые глаза, светлая шевелюра… — хмыкнула девушка. — Могла бы сама догадаться. Присаживайся, Алекс Штейн. — блеснула блондинка эрудицией, произнеся мою фамилию на немецкий манер.
Как ни крути, но прикидываться человеком из Германии в это время проще, чем говорить о России. В Германии в 80−90-х размещалось множество американских военных баз, и немецкий акцент не вызывает у местных обывателей никаких подозрений и вопросов. Гораздо проще сказать: «Мой отец был военным, и мы жили в Германии.». Это звучит логично и правдоподобно…
— Оу! Фрау Хадсон знает дойч? — усмехнулся я, выбрав стул и сев напротив рабочего стола юристки.
— Немного. Учила в школе, потом продолжила в колледже, — пожала девушка плечами. — Как и французский, и испанский… Но без практики всё забывается…
Она изучающе посмотрела на меня, кивнула своим мыслям, захлопнула папку с бумагами, отодвинув её на край стола, и сцепила пальцы, положив руки перед собой.
