1967–1971
* Листвой пропащей *
Листвой пропащей, знобящей мглоюЗаносит буря неясный путь.А ивы гнутся над головою,Скрипят и стонут — не отдохнуть.Бегу от бури, от помрачении…И вдруг я вспомню твое лицо,Игру заката во мгле вечерней,В лучах заката твое кольцо.Глухому плеску на дне оврага,И спящей вербе, и ковылюЯ, оставаясь, твердил из мракаОдно и то же: —Люблю, люблю!Листвой пропащей, знобящей мглоюЗаносит буря безлюдный путь.И стонут ивы над головою,И воет ветер — не отдохнуть!Куда от бури, он непогодыСебя я спрячу?Я вспоминаю былые годыИ— плачу…
* Мы сваливать не вправе *
Мы сваливать не вправеВину свою на жизнь.Кто едет, тот и правит,Поехал, так держись!Я повода оставил.Смотрю другим вослед.Сам ехал бы и правил,Да мне дороги нет…
ГДЕ ВЕСЕЛЫЕ ДЕВУШКИ НАШИ?
Как играли они у березНа лужке, зеленеющем нежно!И, поплакав о чем-то всерьез,Как смеялись они безмятежно!
И цветы мне бросали: — Лови!И брожу я, забыт и обижен:Игры юности, игры любви—Почему я их больше не вижу?
Чей-то смех у заросших плетней,Чей-то говор все тише и тише,Спор гармошек и крики парней —Почему я их больше не слышу?
— Васильки, — говорю, — васильки!Может быть, вы не те, а другие,Безразлично вам, годы какиеПровели мы у этой реки?
Ничего не сказали в ответ.Но как будто чего выражали —Долго, долго смотрели вослед,Провожали меня, провожали…
ИЗ ВОСЬМИСТИШИЙ
1
В комнате темно,В комнате беда,—Кончилось вино,Кончилась еда,Кончилась водаВдруг на этаже,Отчего ж тогдаВесело душе?
2
В комнате давноКончилась беда,Есть у нас вино,Есть у нас еда,И давно водаЕсть на этаже,Отчего ж тогдаПусто на душе?
3
Звездный небосводПолон светлых дум,У моих воротЗатихает шум,И глядят глазаВ самый нежный том,А душе — гроза,Молнии и гром!
4
Лунною порой,Омрачая мир,Шел понурый строй,Рядом — конвоир.А душе в ночиСнился чудный сон:Вербы и грачи,Колокольный звон…
5
Девушке веснойЯ дарил кольцо,С лаской и тоскойЕй глядел в лицо,Холодна былаУ нее ладонь,Но сжигал дотлаДушу мне — огонь!
6
Постучали в дверь,Открывать не стал,Я с людьми не зверь,Просто я устал,Может быть, меняЖдет за дверью друг,Может быть, родня…А в душе — испуг.
7
В комнате покой,Всем гостям почет,Полною рекойЖизнь моя течет,Выйду не спеша,На село взгляну…Окунись, душа,В чистую волну!
КОГО ОБИДЕЛ?
В мое окно проникли слухи.По чистой комнате моейОни проносятся, как мухи,—Я сам порой ношусь по ней!
И вспомнил я тревожный ропотВечерних нескольких старух.Они, они тогда по тропамСвой разнесли недобрый слух!
— Ему-то, люди, что здесь надо?Еще утащит чье добро! —Шумели все, как в бурю стадо…И я бросал свое перо.
Есть сердобольные старушкиС душою светлою, как луч!Но эти! Дверь своей избушкиХоть запирай от них на ключ!
Они, они — я это видел! —Свой разнесли недобрый слух.О Русь! Кого я здесь обидел?Не надо слушать злых старух…
НОЧНОЕ
Если б мои не болели мозги,Я бы заснуть не прочь.Рад, что в окошке не видно ни зги,—Ночь, черная ночь!В горьких невзгодах прошедшего дняБыло порой невмочь.Только одна и утешит меня —Ночь, черная ночь!Грустному другу в чужой сторонеСловом спешил я помочь.Пусть хоть немного поможет и мнеНочь, черная ночь!Резким, свистящим своим помеломВьюга гнала меня прочь.Дай под твоим я погреюсь крылом,Ночь, черная ночь!
УГРЮМОЕ
Я вспомнил угрюмые волны,Летящие мимо и прочь!Я вспомнил угрюмые молы,Я вспомнил угрюмую ночь.Я вспомнил угрюмую птицу,Взлетевшую жертву стеречь.Я вспомнил угрюмые лица,Я вспомнил угрюмую речь.Я вспомнил угрюмые думы,Забытые мною уже…И стало угрюмо, угрюмоИ как-то спокойно душе.
НЕИЗВЕСТНЫЙ
Он шел против снега во мраке,Бездомный, голодный, больной.Он после стучался в баракиВ какой-то деревне лесной.
Его не пустили. ТупаяКакая-то бабка в упорСказала, к нему подступая:— Бродяга. Наверное, вор…
Он шел. Но угрюмо и грозноБелели снега впереди!Он вышел на берег морозной,Безжизненной, страшной реки!
Он вздрогнул, очнулся и сноваЗабылся, качнулся вперед…Он умер без крика, без слова,Он знал, что в дороге умрет.
Он умер, снегами отпетый…А люди вели разговорВсе тот же, узнавши об этом:— Бродяга. Наверное, вор.
ДОРОЖНАЯ ЭЛЕГИЯ
Дорога, дорога,Разлука, разлука.Знакома до срокаДорожная мука.
И отчее племя,И близкие души,И лучшее времяВсе дальше, все глуше.
Лесная сорокаОдна мне подруга,Дорога, дорога,Разлука, разлука.
Устало в пылиЯ влачусь, как острожник,Темнеет вдали,Приуныл подорожник,
И страшно немногоБез света, без друга,Дорога, дорога,Разлука, разлука…
СКАЧЕТ ЛИ СВАДЬБА…
Скачет ли свадьба в глуши потрясенного бора,Или, как ласка, в минуты ненастной погодыГде-то послышится пение детского хора,—Так — вспоминаю — бывало и в прежние годы!
Вспыхнут ли звезды — я вспомню, что прежде блисталиЭти же звезды. И выйду случайно к парому,—Прежде— подумаю — эти же весла плескали…Будто о жизни и думать нельзя по-другому!
Ты говоришь, говоришь, как на родине луннойСнег освещенный летел вороному под ноги,Как без оглядки, взволнованный, сильный и юныйВ поле открытое мчался ты вниз по дороге!
Верил ты в счастье, как верят в простую удачу,Слушал о счастье младенческий говор природы,—Что ж, говори! Но не думай, что, если заплачу,Значит, и сам я жалею такие же годы.
Грустные мысли наводит порывистый ветер.Но не об этом. А вспомнилось мне, что унылоПрежде не думал: «Такое, мне помнится, было!»Прежде храбрился: «Такое ли будет на свете!»
Вспыхнут ли звезды — такое ли будет на свете! —Так говорил я. Я выйду случайно к парому,—«Скоро, — я думал, — разбудят меня на рассвете,Как далеко уплыву я из скучного дому!..»
О, если б завтра подняться, воспрянувши духом,С детскою верой в бессчетные вечные годы,О, если б верить, что годы покажутся пухом,—Как бы опять обманули меня пароходы!..
* Давай, Земля *
