Читаем без скачивания Реванш императора - Уильям Форсчен

Но он так и не успел додумать эту мысль до конца, потому что в это мгновение такое началось, что все мысли разом вылетели у него из головы.

Над поверхностью газового гиганта вспыхнул крошечный огонек. Поначалу его появление прошло незамеченным, так как диаметр возникшего поля не превышал одного метра. Тем не менее образовавшаяся в пространственно-временном континууме червоточина уже начала свое разрушительное воздействие. Мощность поля была столь велика, что попадающие в сферу его влияния фотоны искривляли траекторию и по спирали засасывались, как в воронку пылесоса, в зияющее отверстие разрыва. Это было удивительное зрелище, хотя в начальной стадии оно проходило без свидетелей. Не менее удивительным было и другое странное обстоятельство.

Хрупкая на вид шкатулка из золотистого сплава опускалась в глубины хлорно-аммиачной атмосферы вместе с генерируемым ею полем. Казалось бы, ее неизбежно должно раздавить и сплющить до микроскопического сгустка обнаженных атомных ядер уже на подходе к нижним плотным слоям атмосферы. Но ничего подобного не происходило. Ящичек упорно продолжал сохранять свою физическую структуру. Он падал. Собственно говоря, так и было задумано его создателями. Основным предназначением данного устройства было проникновение в центр гравитационного поля перемещаемого объекта и последующее изменение его характеристик.

Находившиеся в атмосфере в жидком и твердом состоянии газы не могли послужить препятствием. Инициируемое устройством Древних поле пронзало их слои с необыкновенной легкостью, устремляясь к поверхности планеты и скрытому под ней центру тяготения. При этом все, что оказывалось на пути метрового зева червоточины, поглощалось ею с одинаковой легкостью и беспристрастностью.

Между тем процесс развивался не совсем так, как было предусмотрено заложенной в устройство программой. Уловив сбой, аналитический блок послал импульс с запросом на пульт управления. Получив сигнал, аналогичный блок, встроенный в пульт, в доли микросекунды проанализировал ситуацию и направил корректирующий импульс, призванный ввести программу в нормальное русло. Этот сигнал не дошел до цели, поскольку соответствующее реле было замкнуто намертво утопленной в гнезде четвертой кнопкой.

Создатели прибора старались делать вещи так, чтобы те вечно могли служить хозяевам. Но за миллионы лет даже такая мелочь, как кнопка, может слегка заржаветь. А если еще ее не просто нажать, а с силой вогнать в гнездо, стоит ли удивляться, что ее заклинило? Для логической системы пульта управления этот факт означал лишь, что хозяева по какой-то причине решили изменить первоначальное задание и потому воспрепятствовали прохождению корректирующего сигнала. Потребовалась тысячная доля секунды на оценку и ввод альтернативной программы, предусмотренной как раз для подобных случаев. Беда была в том, что эта вспомогательная программа претерпела некоторые изменения и теперь чуточку отличалась от изначально заложенной. Миллионы лет ожидания в хранилище, слабо защищенном от проникновения космических лучей, привели к микроскопическим дефектам на молекулярном уровне, которые вызвали не совсем тот эффект, какого ожидали те, кто столь опрометчиво запустил устройство.

Выражаясь человеческим языком, машина отрыгнула первоначальную программу и послала взамен не совсем обычный приказ: гнать массу в разрыв на полную мощность до тех пор, пока ничего не останется. Никто пока не знал, что из-за сбоя в альтернативной программе устройство не получило инструкций, куда именно перемещать поглощаемую массу. Таким образом, процесс превратился в аннигиляцию материи, которая никуда не девалась, а только собиралась в преображенном виде вокруг инициирующего устройства.

Достигшая к тому моменту ядра планеты шкатулка получила крайне необычный командный импульс. Автоматы не умеют удивляться, поэтому рабочая часть агрегата послушно приступила к выполнению задания. Первая ступень программы- занять исходную позицию — была завершена. Теперь осталось только найти подходящую пищу и начать ее поглощать. Повинуясь команде, в пространство взметнулось некое подобие длинного, тонкого, светящегося щупальца, являвшегося на самом деле пространственной червоточиной, вытянутым сгустком искривленного и искаженного континуума. Толщина его составляла меньше миллиметра, но это нисколько не помешало раскаленному жгуту с необыкновенной легкостью преодолеть атмосферу планеты и устремиться в космос, подобно живому существу, нацеленному на поиск добычи. А какая добыча могла быть лучше огромной багровой звезды, висящей в пространстве совсем рядом по космическим меркам?

Но на пути к центру гравитации системы Беты Зул червоточина все же однажды отклонилась от прямого курса, как отклоняется туго натянутая гитарная струна, если заставить ее вибрировать. В данном случае причиной отклонения стал массивный лайнер в десять тысяч тонн, битком набитый туристами-ксарнами. На беду его пассажиров, корабль оказался слишком близко от прямой, соединяющей центры тяготения красного гиганта и единственной планеты в системе. Притянутый массой лайнера жгут проделал в его обшивке дыру с булавочную головку величиной. Первой на его пути оказалась каюта одного из пассажиров, как раз приступившего к трапезе. Если бы у этого несчастного было время, он успел бы заметить раскаленный луч, сначала пронзивший стену его каюты, затем тележку с установленным на ней сувенирным подносом, контейнер с экскрементами и, наконец, его собственную плоть. Но весь этот эпизод занял всего одну десятитысячную долю секунды, и не успевший насытиться ксарн так и не осознал, что уходит в небытие. Вместе с ним туда же провалились еще две тысячи пассажиров, тонны ксарновых деликатесов, две тысячи сувенирных подносов и все десять тысяч тонн корпуса корабля. Все это добро было мгновенно засосано в червоточину и бесследно исчезло.

А ненасытный жгут продолжал движение. Он чуть было не отклонился во второй раз, но притяжение звезды возобладало над гравитационным полем звездолета. В дальнейшем уже ничто не могло отвлечь червоточину от намеченной цели. Пронизывая вакуум наподобие лазерного луча, жгут стремительно приближался к хромосфере. А вокруг инициирующего устройства, погребенного внутри ядра газового гиганта, возникло что-то похожее на оболочку, состоящую из уплотненных до состояния внутризвездного вещества атомов, прежде образовывавших тела погибших ксарнов и корпус их лайнера. Уникальная особенность червоточины состояла в том, что она являлась частью другого измерения, условно называемого гиперпространством, и потому в обычном пространстве могла перемещаться с той же скоростью, с какой звездолет из обычного пространства движется в гиперпространстве. Всего несколько мгновений понадобилось щупальцу, чтобы достичь раскаленного до миллионов градусов светила. Беспрепятственно миновав хромосферу, оно вонзилось в самое сердце доживающей последние часы звезды.

Все описываемые выше события заняли приблизительно десять или двенадцать секунд.

— Это еще что за дерьмо?! — в изумлении воскликнул Зола Фалдон, вскакивая на ноги.

Остальные кохи, только что истерично хохотавшие, теперь притихли и застыли на месте. Тишину нарушил звон стекла- кто-то уронил бокал, и этот звук неожиданно громко раскатился эхом по всему помещению. К нему присоединилось недовольное гудение серворобота, тут же ринувшегося собирать осколки и вытирать образовавшуюся на полу лужу.

Происходило что-то действительно странное. Корабль ксарнов, пилота которого Зола час назад изругал за парковку под самым носом его яхты, бесследно исчез. С концами. Исчезновение лайнера выглядело совершенно необъяснимым и пугающим. Со стороны это напоминало картинку, возникающую на плоском экране комлинка, когда выключаешь изображение. Экран стремительно чернеет, но в центре некоторое время светится угасающая точка. Примерно то же самое случилось с кораблем ксарнов. Он вдруг весь словно съежился, сложился и пропал из виду. Зола успел заметить только тоненькую световую полоску на месте лайнера. Ему даже на мгновение показалось, будто она направляется в его сторону, но вращательное движение яхты не позволило проследить ее дальнейший путь.

— Взгляните скорей сюда!

Один из кохов-гаварниан возбужденно тыкал пальцем в монитор главного обзора. В центре экрана висел багровый пылающий шар Беты Зул, от которого тянулась в сторону газового гиганта тончайшая светящаяся нить. Ее нельзя даже было назвать светящейся в прямом смысле слова или толком рассмотреть, но создаваемое ею искривление пространства на всем ее протяжении наблюдалось вполне отчетливо и вызывало очень нехорошие подозрения. Теперь уже окончательно стало ясно, что демонстрация пошла не в том направлении, в каком рассчитывали устроители. Косвенно подтвердил эту мысль ворвавшийся в рубку Надзиратель, закричавший с порога испуганным голосом: — Убираемся отсюда немедленно ко всем чертям!