Он изнывает и собирает руками мои волосы, чтобы они не мешались мне. А мне мешает сделать очевидное движение что-то другое. Оно сидит глубоко во мне и откликается на ласковые прикосновения Олега, но я отгоняю непонятную причину прочь. Я помогаю себе ладонью и обхватываю Рому ртом, впуская его в себя глубже. Я ласкаю его языком и проваливаюсь в его наслаждение, которое приходит ко мне хриплыми стонами и подсказывает, как именно он любит.
Олег же все знает. Знает каждую тайну моего тела и показывает, как много может одними пальцами. Он поглаживает и заводит меня, раскрывает и толкается, собирает дрожь жесткими губами и выгибает меня на себя. Я сжимаюсь вокруг его массивных пальцев, которые во мне, и подставляюсь под влажный язык. Олег трахает меня рукой и делает это злее и рванее, разрывая мой с Ромой ритм к черту.
А потом вовсе отрывает меня от него и резко перебрасывает в своих руках. Я вижу распаленное лицо мужа перед собой и замираю, проигрывая лютой буре, что клокочет в нем. Олег заводит ладонь мне за шею и напирает, он смотрит пустым взглядом на мои губы, которые только что ласкали его друга, и наклоняется к ним.
Боже…
Он хочет поцеловать меня.
Он кривится, как от сильного зверского удара, но продолжает притягивать меня для поцелуя, словно хочет сделать больно самому себе. Наказать себя и растоптать… Я нервно вскрикиваю и выставляю ладонь.
— Нет, — я зажимаю его рот пальцами и качаю головой, не давая ему воплотить больную идею в жизнь. — Нет…
— Это слишком? — он говорит чужим голосом. — У нас все-таки есть черта?
— Я не хочу так.
— А как?
У меня нет ответа.
Но Рома помогает мне, он обнимает меня со спины и подводит пальцы к захвату Олега. Он не дергает меня, но намекает Олегу, чтобы тот расцепил хватку. Я оказываюсь зажата между их телами и слышу сколь разные потоки эмоций от них исходят. Рома обволакивает мягким шелком, а Олег колется и разрывает воздух перекрученным напряжением.
Нестерпимо.
Жарко и дико.
Рома утыкается лицом мне в висок и скользит дальше. Он срывает мой поцелуй, выводя плавные круги по моему языку. А руки Олега перетекают ниже, он обхватывает мои бедра и разводит их в стороны, вклиниваясь между ними.
Олег растирает мои бедра жестким прессом, буквально впечатывает длинные пальцы в нежную плоть. Но мне хорошо, я ощущаю его жажду и смотрю лишь на него. Завороженно, словно больше никого нет в комнате. Рядом со мной… Я не сразу понимаю, что Рома на самом деле ненадолго покинул меня, но он возвращается и приподнимает мое тело, заставляя поменять позу.
Они с Олегом неожиданно находят взаимопонимание и перестают тянуть меня в разные стороны. Я уговариваю себя расслабиться, поддавшись мужскому рвению. Хотя все равно ищу взгляд мужа, замечаю, как он то и дело прикрывает глаза и делает тяжелый выдох, слышу, как трещит его природа и как постукивают кубики льда эхом. Но он заводит сам себя, ведь топливо страсти как раз злость.
А он очень зол. И вымещает эту злость в жадных касаниях. Олег сдергивает с меня лиф и накрывает широкими ладонями грудь, терзает соски и, наконец, смотрит мне в глаза, когда я начинаю жалобно постанывать прямо ему в лицо. Я теряюсь в черной бездне его глаз и примешиваю к стонам болезненные всхлипы.
Это уже из-за Ромы. Он нажимает ладонью на мою поясницу и пошло выгибает, чтобы провести пальцами между половинок. Я вздрагиваю и на мгновение утыкаюсь лицом в шею Олега, когда понимаю, чего хочет Рома. Он размазывает по мне смазку и надавливает большим пальцем…
У меня был анальный секс, но только с мужем и получается, что очень давно. Два года назад. Я узкая и неподготовленная, но Рома умело это исправляет. Он ласкает меня пальцами и растягивает, пока я целую Олега и ищу в его тяжелом запахе… Что ищу? Я сама не знаю, но неистово тянусь к нему и покрываю его тело своей липкой дрожью. Он целует меня, зажимает ладонями мое лицо, словно хочет спрятать нас двоих от происходящего безумия, и пожирает. Ввинчивается в мой рот языком и обводит каждый уголок, каждую чувствительную точку.
— Ах… боже!
Я вонзаюсь ногтями в плечи Олега, когда Рома входит в меня. Он дает мне привыкнуть и покрывает ласковыми поцелуями мою спину. А потом толкается сильнее, и еще раз, глубже и размашистее.
Боже.
Мне слишком…
То ли слишком мало, то ли слишком много. Мысли путаются и становятся обрывками, в которых можно разобрать лишь требование разрядки. Меня больше нет, возбуждение забирает последние капли разума и подчиняет себе каждый импульс моего тела. Я дрожу и закусываю губы, перетекаю от одного стона к другому и чувствую, как меня сводит с ума чувство наполненности.
И пустоты одновременно.
— Да, малышка, да, — грубовато произносит Рома.
Он сцепляет ладони в замок на моем животе и откидывает меня на свою грудь. Я не отпускаю Олега и утягиваю его вслед за собой. Я оказываюсь раскрыта перед ним, и этого становится достаточно. Мужские руки обхватывают меня и отрывают от кровати. Рома держит за талию, а Олег подцепляет бедра, которые широко разводит в сторону.
— Не бойся, — шепчет Рома мне в шею. — Мы остановимся, если…
Его обещание тонет в шквале ощущений, когда Олег толкается в меня.
Я чувствую их обоих.
Во мне.
Меня сносит прочь почти сразу. Грязные поцелуи, ритмичные толчки и хриплые утробные выдохи, которые царапают горло мужчин. Они трахают меня и выплескивают дикие эмоции, замешанные на ревности, на мое тело. Раз за разом, снова и снова, сильнее, жестче, животнее…
Глава 44
— Я больше не могу, — шепчу, выныривая на мгновение из лихорадки, и сжимаю подбородок мужа онемевшими пальцами. — Пожалуйста.
Тело дрожит и выкручивается злыми узлами, я не могу управлять им и смотрю по сторонам сквозь мутную пелену. Вижу, как Олег встряхивает головой, приходя в себя, чтобы притормозить и услышать мою мольбу. Он отстраняется, покидая мое тело, но в следующее мгновение Рома прорезает меня жестким толчком. Меня бросает на тело мужа, и я глухо вскрикиваю, чувствуя, как Рома кончает.
В меня.
Рома хрипит и утыкается лицом в мою спину, пытая жаркими влажными выдохами. Они расходятся по моей коже и почему-то теперь кажутся грязными… Да, он пачкает меня. Мне становится противно и я сжимаю челюсти до боли и веду лицом, чтобы острее ощутить присутствие мужа. Но это не помогает. Дымка порока рассеивается окончательно и я понимаю, что лежу в руках мужа, а по моим бедрам стекает семя другого мужчины.
— Отпусти ее, — твердый голос Олега раздается сверху.
Кажется, он выбрасывает руку над моей головой и отталкивает Рому. Так или иначе тот перестает давить, а я проваливаюсь в странное секундное забытье. Я открываю глаза и понимаю, что уже лежу. Олег рядом, он уперся локтем в матрас и заглядывает в мое лицо, чтобы понять, что со мной происходит. Рома тоже здесь, но он за спиной и держит дистанцию, которую с него потребовал Олег.
— Тебе больно? Лесь?
Встревоженный голос мужа что-то делает со мной. А еще короткое прикосновение Ромы, он мягко дотрагивается до моего плеча, желая успокоить и погладить. Во мне просыпаются затаенные желания, меня просто-напросто прорывает и я истеричным рывком тянусь к мужу и зарываюсь в его сильных руках. Я тесно обнимаю его и прячу лицо в широкую грудь. Он отзывается и стягивает меня теплом со всех сторон.
— Что с тобой? — у него дрожит голос.
— Не знаю, я не знаю…
Я плачу и не могу остановиться. Меня за мгновение захлестывает самая настоящая истерика, которая так долго зрела в груди. Я отпускаю все эмоции, в которых слишком долго не признавалась себе. Отпускаю на волю обиду на мужа и на его неправильное по-мужски корявое “прости”, на ложь и бесконечные недомолвки, выкидываю к черту игру в сильную девочку, которая понимает, что делает и верит, что у нее всё под контролем и она может переписать свои чувства и воспоминания на чистовик.
