Пока он разглагольствовал об особенностях национальной рыбалки Кхаринзы, у меня сложился ассоциативный ряд в обратном хронологическом порядке: рыбалка, золотая рыбка (пойманная Хангом в Загоранской запруде), наш первый совместный поход и причина создания клана – спор с Большим По. Элементы цепочки померкли, уступая место сияющей легендарке. Я зашел с комма в профиль персонажа, открыл вкладку сундука и вывел описание на всеобщее обозрение:
Горн распорядителя Арены
Легендарный аксессуар.
Уникальный предмет.
+20 % ко всем характеристикам всей группе.
Использование: Призыв огров-гладиаторов, которые будут сражаться за вас до конца боя. Уровень огров всегда выше уровня призывателя на 3.
Восстановление: 24 часа.
Только для класса «бард»!
Шанс потерять после смерти снижен на 100 %.
– Слушай, Малик, ты же скоро выходишь… – вкрадчиво заговорил я. – Сможешь сменить класс? Как насчет того, чтобы стать бардом?
На несколько секунд повисло молчание. Ханг треснул кулаком по столу и эмоционально выругался. Эд с Тиссой, сразу поняв, к чему я веду, расхохотались. Один Тобиас, пропустивший наш спор с «Аксиомой», недоуменно переводил взгляд с одного лица на другое и ждал объяснений.
– Офигеть… – задумчиво произнес Эд, отсмеявшись. – С талантом Утеса плюс двадцать процентов к характеристикам сверху… Это нереально крутое усиление! Причем пассивка, просто в группе нужен бард!
Малик вскочил из-за стола и, пятясь, начал крутить головой и повторять:
– Не-не-не… Нет! Алекс, ты же не серьезно? У меня же кинжалы масштабируемые… Эпики… А сапоги! Сапоги из Сокровищницы? Не-не-не… Нет! Я? Бард? Да у меня даже слуха нет! Ханг, ну! Подтверди!
– Знаешь, брат Малик… – задумчиво произнес Бомбовоз. – Так-то ты в жизни тоже ни разу не вор…
* * *
Наша маленькая «Свинья и свисток» со временем вырастет в полноценную таверну, не хуже, чем «Буйная фляга». Зачем нужно было возводить что-то небольшое, если, когда население форта вырастет, все равно придется расширяться? Игровая механика.
Наравне с любой другой профессией ремесло строительства здесь прилично упрощено. Все типовые здания имеют собственные так называемые проекты, сродни кулинарным рецептам. «Выучив» проект, строитель может его построить. Как и в кулинарке, для возведения здания нужны ингредиенты, то есть материал, например, блоки и древесина.
Камень можно добыть, но сразу из него ничего не возведешь, надо обработать. Рабочий каменоломни добывает, каменщик придает форму. «Обработать» можно в блоки, плиты, кирпичи, булыжник для мостовой, не суть, главное, что без прокачанного каменщика этого не сделать. Аналогично с металлами – необработанной рудой торгуют, но использовать ее в таком виде нельзя, только в виде слитков, отливка которых требует знания Горного дела.
Каменные здания строятся без цемента, деревянные – без гвоздей, но любое требует определенных дополнительных ресурсов. Столько-то стальных слитков, столько-то медных, столько-то песка и глины, которые тоже где-то добывались.
Собрав все необходимые ресурсы в нужном количестве, строители начинали работу, и их скорость зависела от степени ремесла и количества рабочих на объекте. А дальше подключалась магия.
Как объяснял Дьюла, если все условия соблюдены и ресурсы выложены правильно, система предлагает ему «Начать строительство» определенной части здания, и при подтверждении процесс запускается. Блоки соединяются намертво, превращаясь из нескольких игровых предметов в одно целое, например, в «Фундамент таверны 1 уровня». Эти части потом сливаются просто в «Таверну 1 уровня», занимая свое место в мире Диса и приобретая новые свойства вроде показателей прочности и изношенности здания.
Так «Сноусторм», с одной стороны, все упростил, намеренно уходя от реализма, а с другой – сделал нужными множество профессий. Что-то из всего этого я знал, что-то рассказал Дьюла, но собрать всю информацию и разложить по полочкам было важно, чтобы понимать, как дальше развивать базу и во что это нам обойдется.
При свете дня клановый форт выглядел… иначе. Просто несколько строений, стоящих вдоль импровизированной улицы, которую еще даже не выложили брусчаткой. Тропический ливень, всю ночь проливавшийся на Кхаринзу, превратил вытоптанную дорожку в грязевое месиво. При каждом шаге нога по середину голени уходила в вязкую чавкающую жижу, напоминая о моих страданиях в Болотине. Воздух насытился испарениями и запахами.
– Извини, босс, острая нехватка лесорубов, – объяснил Дьюла, стирая катящийся со лба пот. – Кое-кто из ребят взял ремесло, но там еще качать и качать…
Воздух, полный испарений, был таким вязким, что, казалось, его можно потрогать. Главный строитель проводил экскурсию по форту, чтобы рассказать, что сделано и что еще предстоит. И начал с жалоб:
– Ни у кого нет прокачанной профы, а то бы давно выложили дорогу. И с камнем напряг! Долбаный ящер, задери его Спящий, совсем озверел! Тварь тупая, но даже с куриными мозгами ей удалось понять, где подают еду. Она совсем перестала отходить от рудника, да и смысл? Остров безжизненный, в море что-то выловить не так уж и просто, а мы тут, под боком.
Краулер рассказывал, как стал свидетелем охоты Монтозавра. Охотник обернулся жертвой, захваченной щупальцами гигантского кракена неопределенного уровня. Ящер едва унес ноги и потом долго не появлялся у рудника, где-то зализывая раны. Но Дьюла прав, а героизм его ребят нельзя подвергать сомнению – негражданские капсулы не режут болевые ощущения. Каждый день в этой смертельной лотерее кто-то из них в прямом смысле слова умирает, и хорошо, что атака ящера фатальна, а смерть персонажа мгновенна.
– Я поговорю с Бегемотом, – пообещал я Дьюле.
– Хорошо, – кивнул строитель. – Есть еще кое-что. Наши видели, как вокруг Калийского дна патрулируют «Акулы». Не приземляются, так что, возможно, отслеживают лишь тех, кто прилетает.
– Учту.
Негражданам «Акулы» недоступны. Да, сейчас это гражданские флаеры, но раньше их использовали только военные. Легко апгрейдятся до полноценных боевых машин, имеют огромный запас прочности и могут захватывать обычные флаеры. Видимо, путь в Калийское дно нам пока закрыт, потому что это могли быть превентивы. После событий в ущелье в их Альянсе воцарилось хрупкое перемирие, ими движет огромное желание выловить не только сбежавшего Утеса, но и неидентифицированную «угрозу» A-класса. С Хорваца обвинения сняли сразу, учитывая, что в момент похищения Утеса он на глазах всего «Модуса» только въезжал на территорию замка.
От единственных ворот улица вела к храму. Здания выстроились по обеим ее сторонам, и все это огородили невысоким, в человеческий рост, частоколом. От Монти он не спасет, его польза казалась сомнительной, но теперь в руднике появилась нежить…
Справа за первым зданием шли пустующие пока казармы для стражников-неписей, наймом которых мне еще только предстоит заняться. Напротив казарм, через улицу, – скромное здание таверны, выстроенное по тому же проекту, что и тристадская «Буйная фляга», но раза в три меньше – с синей покатой крышей и окнами личных комнат на втором этаже. У входа стояла специальная ограда для привязки маунтов.
По левой стороне расположились торговые лавки. Они тоже пока пустовали. Смысла их строить вроде бы не было, но они шли неотъемлемой частью форта первого уровня, как и жилые дома по правой стороне. Далее находились клановый штаб и хранилище. Управление доступом в оба здания осуществлялось через панель клана мною и Краулером.
А дальше простиралось пустое пространство, задуманное в будущем как центральная площадь перед храмом. Нечто подобное я видел в Тристаде у храма Нергала Лучезарного, и там всегда было не протолкнуться.
Форт казался бедным, скудным и неказистым, а по факту – дух захватывало от того, что это все наше! Тем более остров большой, места хватит для всего.
