Так он бродил по колено в золоте и драгоценностях, брать которые не рисковал, минут сорок. Вскоре ему повезло – в руки попались топовые легендарные масштабируемые сапоги, да какие! Надев их, Инфект оставлял за собой морозный след, замедляющий противников на тридцать процентов! Идеально для кайта боссов и мобов! В тот момент он еще не подозревал, что клан попросит его сменить класс с вора на барда.
Но радость тут же сменилась разочарованием. Сразу после этого Сокровищница закрылась, вышвырнув вора туда же, откуда он прибыл. В сухом остатке: сорок с чем-то минут и одна шмотка. По мнению Инфекта, полнейшая несправедливость!
Из опыта друзей сложно было сделать вывод, когда именно Сокровищница посчитает, что тебе достаточно. Играет ли роль время пребывания? Количество взятых предметов? Их ценность в глазах системы? Или что-то еще?
Радовало только то, что я еще не использовал Радужный кристалл. С учетом новых обстоятельств, надеюсь, там найдется хоть что-то полезное в моем положении.
Также мне стало ясно, почему превентивы готовы объединяться в альянсы, чтобы выловить «угрозу» классом повыше – подозреваю, что с повышением потенциала уровень Сокровищницы скачкообразно растет. Артефакт Щита гнева, защищавший замок «Модуса», наверняка из такой же Сокровищницы.
Потенциал Большого По, скорее всего, был L – как у меня до встречи с Бегемотом. И я даже не представляю, что можно получить за меня или Утеса с его потенциалом D.
Внимание! Вы хотите активировать разовый артефакт «Радужный кристалл»?
После активации предмет будет безвозвратно разрушен!
– Да, хочу, – сказал я.
Кристалл осыпался исчезающей цветной пылью, а прямо передо мной, зародившись из крохотной сияющей точки, разрывая пространство, вырос золотой портал, ведущий в Сокровищницу. Я сделал глубокий вздох, пытаясь успокоить разбушевавшееся сердце.
Надеюсь, мне повезет.
Глава 10. Ловушка для Магвая
Ходить порталами намного комфортнее, чем через глубину. Никаких побочных эффектов и неприятных ощущений: вошел, свет моргнул, а за пеленой сразу новая локация.
Некоторое время я ждал, пока зрение подстроится под тусклый полумрак Сокровищницы. Но бросив взгляд на пол, начал осознавать, что что-то пошло иначе, нежели у Тиссы с Инфектом. Вокруг не было ни груд золота, ни сверкающих драгоценностей – лишь потертый плиточный черно-белый пол, напоминающий шахматную доску.
Я стоял в узком коридоре – если раскинуть руки, можно коснуться стен. За спиной – тупик. В метре над головой навис потолок, отражая пол в черно-белую клетку. Коридор передо мной тянулся на двадцать-тридцать шагов и упирался в каменную плиту, на которой виднелись крупные вырезанные символы. Что-то, похожее на клинопись: палочки, стрелки, треугольники и окружности.
На ходу я на всякий случай призвал пета. При прорыве нежити в Тристаде он хорошо себя проявил, поднял уровень и получил навык дистанционного впрыска Цепенящего токсина. Игги, получив команду проверить коридор, утверждающе стрекотнул и отправился выполнять. За время его полета туда и обратно ничего не произошло – коридор был чист.
Помня, что время пребывания в Сокровищнице ограничено, я поверхностно изучил стены коридора, не нашел в них ни подвоха, ни каких-нибудь тайников и направился к плите с символами.
Только вблизи я разглядел утопленный в стену рычаг. Ладонь сама потянулась к нему и замерла на полпути – по рукоятке пробежал багровый разряд. Хм… Выждав пару секунд, я все-таки потянул ее на себя, но та не поддалась.
Тогда я сделал шаг назад и принялся изучать символы на плите. Понять что-либо казалось невозможным. Внутренний таймер начал отсчет второй минуты нахождения в Сокровищнице, не содержащей ни кладов, ни чего бы то ни было еще. Легкая прогулка за наградами превратилась в какой-то идиотский квест с загадками и головоломками.
Периферийным зрением я вдруг заметил движение, перевел взгляд и увидел, что часть символов надо мной преобразовалась в знакомые буквы:
Никто не уйдет обиженным!
Кто ты?
Фраза звучала знакомо, но никак не проясняла происходящее. Значила ли она, что без наград я не уйду? Хотелось бы верить. Кто я?
– Скиф, – громко назвал я свое игровое имя.
Ноль реакции.
– Алекс.
Снова ничего.
Я прощупал пальцами каждый символ и, так и не обнаружив подсказок, задумался. Мне доводилось слышать об инстансах и рейдовых подземельях, в которых встречались подобные загадки. При первых прохождениях зачастую именно они становились основным стопором для рейда, а вовсе не сложность очередного босса…
Итак, кто я? Урожденный Александр Киран Шеппард, в двенадцать лет официально сокративший имя до Алекса. Родители тогда очень расстроились.
В Дисе я Скиф, инициал Спящих богов, предвестник. Глава клана «Пробужденных».
Ничто из вышеперечисленного не сработало.
Так ничего и не придумав за четверть часа, я врезал кулаком в стену. Не добрался даже до самой ерундовой зеленой шмотки! Представляю, как посмеялись бы Эд с Хангом, все прошлые годы считавшие меня «умником». По правде говоря, таким тупым я себя давно не чувствовал.
Побродил по коридору, попробовал применить силу и разрядил в каменную плиту Комбо – безуспешно. «Включай мозги, Алекс! – подумал я. – Никто не уйдет обиженным! Кто ты? То есть кто я?»
Кто не уйдет обиженным? Никто. Никто не уйдет обиженным.
– Никто… – я сам не заметил, как начал рассуждать вслух. – Я никто!
Сработало! Заскрежетали трущиеся друг о друга камни, и из плиты на два пальца выдвинулись три прямоугольных блока. По ним прокатились всполохи пламени, а следом проступили светящиеся слова: «Путь славы», «Путь силы» и «Путь отваги».
«Выбирай мудро, герой», – эхом донеслось до меня. Голос, сказавший это, звучал скрипуче и неестественно, будто язык был чужим для говорящего. Так-так…
Почему у меня все иначе? Я начал лихорадочно соображать, с усмешкой подумав, что надо качать интеллект. В чем дело? Может, в том, что именно я сделал последний удар и провел обряд изгнания? Или играет роль еще какой-то фактор? Что у меня есть такого, чего нет у ребят? Ладно, статус «угрозы». Может он влиять? Ну… Возможно. Проделки Бегемота? Нет, это вряд ли. Какие-то характеристики? Благодаря классу, у меня зашкаливают харизма и удача. Удача? Но то, что моя версия Сокровищницы лучше, чем у соклановцев, еще не доказано.
Сейчас требовалось выбрать некий «путь», от которого, рассуждая логически, зависит, какие именно награды станут доступны.
Иглокол что-то прострекотал и унесся в начало коридора. Обернувшись, я понял, что меня подгоняют: задняя стена начала движение навстречу. Пока медленно, но обеспокоенный стрекот иглокола нарастал. Надо было что-то решать, пока меня не сплющило в этой гигантской скифовыжималке.
Что ж, к славе я не стремлюсь, ни к доброй, ни к дурной. Сила не помешает, но у меня с ней вроде бы и так все неплохо…
Игги завизжал на грани ультразвука, мечась между мной и надвигающейся стеной, которая ускорилась, преодолевая, по моим прикидкам, по метру в секунду.
Времени на колебания не оставалось. Прервав размышления, я решительно надавил на блок с «Путем отваги». По плите сверху вниз беззвучно пробежала узкая полоска света, оставляющая после себя совершенно иную поверхность с угасающим сиянием.
Плита изменилась, преобразовавшись в створы врат, выполненных из матового синеватого металла. Он казался полупрозрачным, но разглядеть, что за ним, не удалось, да и не до того было.
Я быстро вернулся к рычагу в стене, потянул его на себя, и тот поддался. Сзади с нарастающим рокотом надвигалась стена, грозя нас размазать. Врата беззвучно раскрылись, я сделал шаг, доехавшая стена придала мне ускорение и с грохотом врезалась в ту, где были врата, перекрывая обратный путь.
