пафосный, удобное рабочее кресло, мощный компьютер с многофункциональным устройством, печатающим, копирующим и сканирующим документы. В комнате имелся камин с золой внутри и стопочкой дров рядом. Было видно, что им здесь пользовались, причем часто.
На каминной полке были расставлены пепельницы, которые владелец дома, видимо, собирал. Металлические и стеклянные, хрустальные и жестяные, сделанные вручную и штампованные, они выглядели внушительной коллекцией. Среди пепельниц стояла одна-единственная фигурка, довольно большая. Издали Миле показалось, что это лиса, но когда она подошла ближе, то убедилась, что нет, скорее, куница. Она повертела ее в руке. Куница бронзовая и довольно дорогая. Пожав плечами, Мила поставила ее обратно.
Она и сама не знала, зачем осматривала чужой дом. Не собирается же она действительно найти здесь что-то, проливающее свет на причину убийства. Во-первых, она не ведет никакого расследования, потому что обещала маме, а во‐вторых, полиция наверняка все здесь тщательно проверила.
Заглянув в спальню к Калине и убедившись, что та спокойно спит, Мила спустилась вниз. Звонок домофона заставил ее подпрыгнуть, но она тут же вспомнила, что ее новый охранник должен привезти миски и еду для Кактуса. У двери в дом обнаружилось дистанционное устройство, открывающее и калитку, и ворота, поэтому, немного подумав, Мила открыла и то, и другое, и, не одеваясь, вышла на крыльцо. По выложенной кирпичом дорожке к ней шел спортивный парень в кожанке не по погоде и с непокрытой, коротко стриженной головой.
– Добрый вечер, – первым начал он. – Я Игнат. Вот Игорь велел передать.
– Спасибо, – сказала Мила, принимая пакет. – Могу я вас попросить загнать машину хозяйки внутрь? Не уверена, что ее безопасно оставлять на ночь на улице.
– Без проблем, – тут же согласился охранник. – А я тогда припаркуюсь снаружи. Вы не волнуйтесь, у меня мышь не проскочит. Утром во сколько выезжаем?
– Я и не волнуюсь, – заверила его Мила. – Не думаю, что злоумышленнику, кто бы он ни был, придет в голову меня здесь искать. Я оказалась в этом доме совершенно случайно. А выезжать будем в семь, чтобы успеть заехать домой и переодеться. Но до этого я еще должна погулять с собакой. Сделаю это здесь, я в этом районе никогда не была, интересно осмотреться.
– Без проблем, – тут же согласился Игнат. – Тогда я утром отвезу вас домой и уже там передам Николаю. Он в курсе.
Ну, да, завтра днем была смена Николая. Из всех трех охранников он нравился Миле меньше всего. Надутый какой-то, неразговорчивый. Впрочем, говорить про это она никому не собиралась. Ей и так было неудобно, что бизнесмен Соболев тратит на нее такие ресурсы. Тем более что, скорее всего, ей ничего не угрожает. Пожалуй, если еще за пару дней ничего не произойдет, то надо будет позвонить маме и попросить, чтобы Погодин отозвал свою просьбу об охране.
Когда машина Калины оказалась на участке, ворота и калитка заперты, а Игнат занял свой наблюдательный пост, Мила вернулась в дом, покормила Кактуса привезенной кашей, поставила в гостиной собачью лежанку и с ногами забралась на большой и очень удобный диван, раздумывая, как ей скоротать вечер. Часы показывали десять минут девятого, слишком рано, чтобы улечься спать.
Взяв с низкого стеклянного столика пульт, она включила домашний кинотеатр, подумав при этом, что слишком уж вольготно чувствует себя в чужом доме. Обычно, несмотря на любопытство, такая бестактность была ей несвойственна, но Мила просто физически ощущала, что за последние дни что-то сильно изменилось. То ли ситуация, то ли она сама. Или это произошло не за дни, а за последний месяц? Весь мир вокруг изменился сильно и необратимо, так стоит ли переживать из-за того, что, оказавшись в чужом доме, ты просто включила телевизор?
Мысли ее вернулись к семье Кедровских. Ой, она же обещала детям, что решит вопрос с завтрашней зарплатой Антона. Как хорошо, что еще не поздно, и необходимый для этого звонок не станет очередной бестактностью. Мила решительно набрала номер Женьки.
– Привет, – начала она, когда подруга взяла трубку, – я очень рада тебя слышать, но вообще-то звоню твоему Андрею.
– Мне кажется или пора ревновать? – Женька засмеялась, потому что, конечно же, ни капельки не ревновала и ни в чем подругу не подозревала. – Сейчас позову.
Андрей Васильев выслушал ее молча и не задавая лишних вопросов.
– Я понял, – ответил он, когда Мила выдохлась и замолчала. – Разумеется, я завтра все решу. У нас, конечно, вся зарплата переводится по безналу и даже кассира нет, но я что-нибудь придумаю. Деньги как лучше передать? Через тебя или детям отвезти напрямую?
– Давай через меня, – предложила Мила, подумав. – Если бы было можно в течение дня привезти их в школу, то прямо там бы все и сделали. Спасибо за понимание, Андрей.
– Не за что, – ответил директор фанерного комбината и вернул трубку Женьке.
– Ты можешь со мной поболтать, а то Андрей читает какие-то бумаги, а мне скучно, – пожаловалась подруга.
– Конечно, могу. Мне совершенно нечего делать. Все контрольные я проверила, да и вообще я сижу на диване в чужом доме и совершенно не знаю, чем себя занять.
– В чужом доме? – в голосе Женьки зазвучало нескрываемое любопытство. – Ты что, в гостях у этого архитектора? Савелия?
– Нет, – Мила очень постаралась, чтобы в ее голосе не появилось уныние. – Во-первых, у него в Малодвинске нет своего дома. Он же приезжий, живет в отеле «Северное сияние». А во‐вторых, ты не поверишь, но я сегодня ночую в доме убитого Троекурова.
– Где-е-е? – Женька была явно потрясена.
– Ну, в доме Калины Троекуровой, конечно.
– О, боги! И как тебя туда занесло? Из нашего вчерашнего разговора я не вынесла, что вы знакомы.
– Да мы и не знакомы. Я пошла проведать своих учеников и застала в их квартире совершенно больную Калину. У нее высоченная температура, она практически теряла сознание, поэтому я организовала ее доставку домой и на всякий случай осталась на ночь, чтобы не оставлять ее одну. Обычное человеческое участие. Уверена, что ты бы поступила точно так же.
– Мне бы Андрей ни за что не разрешил остаться ночевать в чужом доме, – гордость в голосе Женьки явно давала понять, как она рада тому, что ее мужчина так о ней заботится и оберегает. Что ж, пожалуй, Мила ее понимала. – Ты там аккуратнее, подруга. Вдруг все-таки это она мужа пришила, и ты там под одной крышей с убийцей.
– Умеешь поддержать, – сердито сказала Мила. – Ладно, Женька, еще раз спасибо твоему Андрею, что вник в положение. До встречи.
Она едва успела отключиться, как телефон зазвонил снова. «Савелий Гранатов» высветилось на экране, и Мила
