— А если он сорвется, опозорит форпост, что тогда? Ты можешь поручиться за него?
— Что такое «парадокс», Сима? — шепотом спросила Нинка.
— Это, это… это….
— Не надо ломать голову, — сказал Игорь. — Я тоже не знаю, что означает это Славкино словечко, но я — за парадокс. — Он подошел к Феде. — Я поручусь. Мы назначим тебе испытательный срок. И смотри у меня!.. Нинка, дай ему повязку.
Глава тринадцатая
РАВНОВЕСИЕ СИЛ
Ученики встали все, как один, бесшумно и торжественно.
— Здравствуйте, ребята. Садитесь.
Инна Андреевна смотрит на них, потом на учительский столик. Там в пузатом глиняном кувшинчике стоит букет цветов — её любимые осенние гвоздики. Из букета выглядывает листок бумаги. Она берет листок, улыбаясь, разворачивает, читает вслух:
Нас много, но грудью одною мы дышим,И эти стихи коллективно мы пишем;Мы вас с днем рожденья опять поздравляем,Успеха и радости в жизни желаем.Желаем сердечно, желаем душевно!Примите цветы эти, Инна Андревна!
Примерно такая история повторяется ежегодно 29 сентября, но Инна Андреевна все равно растрогана. Она прячет лицо в гвоздиках, мечтательно говорит:
— А я помню, ребята, как вы меня поздравляли во втором классе. Сима Воронов тогда ещё сочинил считалку:
Мы вас дружно поздравляли,Поздравленье сочиняли…
И класс подхватывает нестройным хором:
Целый вечер сочиняли,Две тетрадки исписали.Сочиняли — сочинили,Про уроки позабыли.Про уроки позабыли,Все по двойке получили.Раз, два, три, четыре, пять,Серафиму отвечать!
Инна Андреевна смеется. Она садится за стол, поправляет привычным движением узенькие белые манжеты на рукавах и раскрывает классный журнал.
— Вот и посчитались. Получилось, что отвечать Воронову. Иди же, Серафим.
Симка плетется к доске. Долго вытирает её. Наконец берет мел.
— Итак, на прошлом уроке мы установили: если на тело действуют несколько сил, то может случиться, что они вместе не изменят его скорость, то есть не вызовут ускорения. Такой случай называется… Ну?..
— Равновесием сил, — неуверенно отвечает Симка.
— Молодец, Серафим. Вот и напиши формулу, приведи пример.
В классе тихо. Через приоткрытое окно доносится с улицы шипение троллейбуса, потом гудок буксира с Невы. Инна Андреевна ждет.
— Ну, что же ты? Положи тряпку на место. Доска же совершенно чистая. Итак?
Симка переступает с ноги на ногу, оглядывается на сидящую ближе всех Леру. Но та смотрит куда-то в сторону.
Инна Андреевна огорченно одергивает свои белые манжеты.
— Не знаешь. Ну, садись, пусть другие отвечают. Нина Логинова, иди к доске.
Нинка встает, но из-за парты не выходит. Она стоит вся красная, как букет гвоздики. Инна Андреевна мрачнеет.
— Как!.. И ты не приготовила домашнего задания?
Нинка молчит. Краснеть дальше уж некуда, похоже на то, что она сейчас разревётся.
— Ну, а ты, Соломин?
Игорь тоже не знает урока. Но он не мнется, как Симка, а прямо говорит об этом Инне Андреевне, хотя ему должно быть стыднее всех, ведь он начальник форпоста.
— Кажется, я начинаю понимать, в чем здесь дело. Леру Дружинину спрашивать, как видно, тоже незачем. Но ты, Вячеслав, ты, надеюсь, приготовил задание?
Первый ученик стоит длинный и тощий, неловко ссутулив плечи. Он усердно грызет ноготь большого пальца, смотрит на учительницу, на ребят и в конце концов решительно заявляет:
— Извините, Инна Андреевна, я не могу отвечать.
— Так… — Инна Андреевна отодвигает от себя на край стола глиняный кувшинчик таким движением, словно это не её любимые цветы, а пучок крапивы.
Как хорошо начался этот день, и вот, пожалуйста! Контакт доверия и дружбы нарушен. Между учениками и учительницей физики проскочила искра, как между электродами индукционной катушки. Сейчас будет разнос.
Но разноса не последовало. Инна Андреевна спрашивает совершенно спокойно, только немножко сухо:
— Что нужно сделать, чтобы проверить правильность гипотезы?
Ребята оживились — обыкновенный вопрос! Неужели Инна Андреевна простила и продолжает урок? Симка поспешно поднял руку, обрадовался: наконец-то он сумеет блеснуть.
— Надо поставить опыт.
— Вот и поставим. — Инна Андреевна скользит глазами по рядам учеников и останавливает взгляд на девочке с огромным капроновым бантом в кудрявых волосах. — Рита Галкина, ты, кажется, не принимаешь участия в делах форпоста?
— Нет, Инна Андреевна. Мама не позволяет…
— А ты приготовила домашнее задание?
— Да, Инна Андреевна. Идти к доске?
— Не надо. Я верю тебе, Рита. Садись. И ты садись, Воронов.
Симка глупо открыл рот и сел. А Инна Андреевна встала. В классе наступила зловещая тишина.
Но разноса все-таки не последовало.
Инна Андреевна заговорила ровно и отчетливо, словно продолжала вести обычный урок.
— Физика, как и все, что мы изучаем в школе, не есть наука сама по себе. Она была бы мертвой, если б мы её оторвали от жизни. В жизни тоже необходимо, равновесие сил. Я не буду напоминать вам, как распределяли свое время и силы Владимир Ильич, Ломоносов, Дзержинский, Горький. Вы сами отлично знаете, как эти люди работали, как умели сделать за день многое и ничего не забыть. Приведу один простой пример. В нашем районе на Судостроительном заводе есть бригадир кузнечного цеха — товарищ Бондаренко. Ежедневно он выполняет свою главную обязанность — работает. Кроме того, Бондаренко — гроза всех хулиганов и других бездельников, мешающих людям жить, потому что он является начальником районного штаба народной дружины. А ещё Бондаренко ведет два раза в неделю кружок молодых кузнецов, повышает их квалификацию.
Инна Андреевна помолчала. Класс слушал внимательно, настороженно.
— Теперь представьте себе, что в одно прекрасное утро Бондаренко приходит на завод и вдруг не знает, как правильно расставить своих рабочих, кому дать какую операцию, за что взяться самому; ведь дневное задание бригады нужно предварительно изучить, тщательно продумать и подготовиться, чтобы перевыполнить норму. А иначе какая же это коммунистическая бригада? Или, скажем, пришёл Бондаренко вести кружок, но не подготовился дома к занятиям… Может ли служить оправданием то, что он накануне хорошо потрудился в народной дружине? Да и вообще, может ли быть дружинником человек, который не выполнил план на производстве или сорвал занятия кружка? Я тебя спрашиваю, Игорь Соломин.
Игорь стоял молча — чего говорить, когда учительница кругом права? Эх, как скверно все получилось! А Славка тоже хорош. Не мог хоть он выучить урок! Выручил бы всех, а то… — Так вот, товарищи, нам по программе пора изучать условия равновесия тел на наклонной плоскости…
Неожиданно Инна Андреевна повернулась к доске, взяла мел и принялась чертить, поясняя:
— Одну силу Р можно заменить двумя силами, где против силы Г1 скатывающей тело по наклонной плоскости, будет действовать сила Г2, удерживающая его….
Застучали крышки парт, зашелестели тетради.
— Не надо пока записывать. Мы это потом разберем как следует. — Инна Андреевна повернулась и внимательно оглядела весь класс. — Я думаю, участвовать в рейдах форпоста надо не всем сразу. Если поразмыслить, рассчитать свои силы, то что-нибудь обязательно придумаете. Можно, например, так: сегодня дежурит одно звено, скажем, из двух человек, завтра другое, и так далее. Тогда останется время и для приготовления уроков. А если не будет равновесия сил, то ваша работа в форпосте окажется наклонной плоскостью, по которой можно скатиться к двойкам. Как ты считаешь, Соломин?
Игорь встал весь красный, не хуже Нинки Логиновой. К счастью, тут раздался звонок.
— Больше так никогда не будет, Инна Андреевна… Но Инна Андреевна даже не улыбнулась, как всегда, на прощанье. Просто взяла со стола журнал и вышла из класса.
Что тут началось! Все заспорили, зашумели. Какая обида! День начался так хорошо, а теперь все испорчено. Больше всех ругали Славку: не мог выучить урок!
— Хоть бы один из всех ответил. Все же не так было бы позорно! — в сердцах воскликнула Лера. — Не сумел объяснить какое-то равновесие сил. А ещё профессором называется!
И тут Славка первый раз в жизни нагрубил Лере.
— Дура! — сказал он и схватил мел. — Смотри: вот груз висит на веревке. На него действует сила Р, притягивает его к земле, но груз не падает. Это происходит потому, что на него действуют две силы, понимаешь? Сила Р тянет груз вниз, а натянутая веревка с такой же силой Q — вверх. В результате действия этих сил груз остается в состоянии покоя, ускорение его равно нулю.
