трубку, опередив Луизу.
– Пол, – сказал он скорее с надеждой, чем рассерженно.
Луиза внимательно пригляделась к отцу и едва не заплакала, когда увидела, что он расслабился.
– Вот какого хрена, сын? Эмили хоть в порядке?
– Включи громкую связь, папа, – сказала Луиза.
– Отлично, – сказал Пол.
Мать плакала. Луиза забрала трубку у отца.
– Где тебя носит, Пол?
Теперь, когда первое облегчение ушло, ее охватил гнев.
– И не подумаю тебе говорить.
– А где Эмили?
– Спит.
– Тебе нужно вернуться сюда завтра, Пол. Ты хоть понимаешь, каково нам было?
– Брось ты свои гребаные нотации.
– Ты что, опять пьян?
– Да, пьян, и что?
– Тебе придется привезти ее завтра, я серьезно.
– А не то что? Я отец Эмили, а вы, похоже, об этом забыли.
Он перешел на крик, и Луиза боялась, что он бросит трубку.
Отец все понял и взял у нее телефон.
– Слушай, сынок, мы просто хотим добра тебе и Эмили. Прошу, вернись. Мы все уладим. Мы любим тебя.
Луиза услышала, что брат чуть не плачет, и обняла мать. Эгоистичный ублюдок, подумала она, в то же самое время по-сестрински сочувствуя. На него было трудно сердиться. Смерть Дианы медленно разрушала Пола, и никто не знал, как ему помочь.
Она услышала, как он всхлипывает.
– Вернусь к концу недели.
– Пол, Пол! – кричал отец. Но звонок был окончен.
Глава двадцать шестая
Эми не могла сосредоточиться на работе. Она прожила день словно в вакууме, обслуживая безликих клиентов на автопилоте. Работать в кафе всегда было ужасно, но сегодня даже хуже, чем обычно. Грязь будто висела в воздухе, покрывала кожу и волосы, забивалась в легкие. Ей хотелось как следует помыться – снаружи и изнутри. Она устала от тупой работы, от Кита в потной майке, даже не скрывавшего, что подкатывает к Николь.
– Ты в порядке? – спросила Николь. Они вытирали столики на улице, накрапывал дождь.
– Просто немного замоталась.
Меган ночевала у нее. Сначала они легли на кровать вдвоем, но Меган так разволновалась от предстоящей встречи с Джеем, что Эми пришлось перебраться на диван. Но все равно уснуть не получилось.
Поначалу волнение Меган было заразительно. Эми искренне радовалась за подругу и до сих пор была рада, но вскоре ее начал беспокоить истинный смысл этой встречи. И это была не ревность. Конечно, в желудке холодело при мысли, что Джей видится с Меган без нее, но она давно усвоила, что Джей ей не принадлежит.
Это был суровый урок. Она с самого начала усвоила, что были и другие – работа Джея слишком важна, чтобы его ограничивать – но все еще с ужасом вспоминала ночь, когда ее представили остальным членам группы. Конечно, все были очень милые, но это не остановило панику, когда Джей представил ее. Она отчасти думала или, по крайней мере, надеялась, что это неправда, что Джей принадлежит ей одной, и увидеть остальных стало для нее потрясением.
Она видела такое же выражение на лице Клэр, когда ту представили – последнюю из учениц Джея, теперь группа была заполнена – несколько месяцев спустя: растерянность, ужас, зарождающееся понимание, что теперь все изменилось навсегда. И хотя боль от необходимости разделить Джея с другими так до конца и не прошла, она хотя бы ослабла. Быть частью работы Джея – нечто важное и особенное. Эми была частью чего-то большего, чем она сама, и ставить это под сомнение эгоистично и безответственно. Тогда почему новость от Меган так потрясла ее?
Следовало бы радоваться за подругу, и она тщательно изображала, что это и правда так. Меган страдала больше остальных членов группы и заслуживала быть с Джеем, заслуживала возможность уйти в то особенное место, которое он им показал. И, по правде, Эми за это на нее не сердилась. До нее наконец дошло, что беспокоит ее не скорая смерть Меган, а то, что потом она снова останется одна.
♦ ♦ ♦
По дороге домой она собралась было позвонить Меган, но передумала. Та встречалась с Джеем в обед, и телефон ее все равно должен был быть выключен. Меган не станет рисковать и не выдаст Джею, что они видятся помимо общих собраний.
Эми купила утренний номер «Пост» и взяла его в Эшкомб-парк. Дождевые тучи рассеялись, и ей нравилось, что детишки шумно носятся по площадке. Она села и нашла маленькую заметку про Салли. Имя все еще не называли, и Эми хотела было позвонить в полицию, ей было невыносимо, что Салли покинула мир безымянной.
Закрыв газету, она осознала, что вскоре прочтет такую же заметку про Меган. Кто-то из родителей беспокойно покосился на нее, когда она разрыдалась.
Глава двадцать седьмая
Когда телефон Луизы, уже собиравшейся ко сну, пискнул, она с удивлением увидела на экране имя Робертсона, но удивление сменилось досадой, когда она прочла сообщение: в семь утра на работе будет совещание.
Она снова переночевала у родителей и вышла рано утром, когда они еще спали. Все засиделись допоздна за еще одной бутылкой вина. Луиза пила с ними – в первую очередь чтобы не дать матери напиться, и теперь пожалела об этом: во рту было сухо, голова немного побаливала.
Она забежала в бунгало принять душ и переодеться и приехала в участок одновременно с Робертсоном. Он нес две чашки кофе и у входа отдал одну ей. Она поблагодарила его, он не ответил, и она молча последовала за ним в кабинет, ожидая очередную выволочку.
В чем Робертсона нельзя было упрекнуть, так это в злопамятности. Он не стал ходить вокруг да около и сразу перешел к делу.
– Неплохо поболтал вчера с помощником главного констебля.
Луиза застыла. Неодобренные сверхурочные – простая ошибка, странно, что о ней сообщили аж помощнику старшего констебля.
– Он спросил, не знаю ли я что-нибудь об этом.
Робертсон протянул ей распечатку той самой статьи Тани Эллиот.
Сначала Луиза выдохнула – дело не касается злополучных сверхурочных, но облегчение тут же обернулось отчаянием. Она отправила статью пиарщикам, но Робертсону копию не посылала.
– Не думала, что вас тоже нужно поставить в известность, Иен.
– Разве?
– Час был не ранний, и я решила, что пиарщики разберутся.
В принципе, так оно и делается, но, конечно, имело смысл включить Робертсона в рассылку, особенно после истории со сверхурочными.
– Они и разобрались. В панике переслали статью Морли – и вот они, реки говна.
Луиза помотала головой. Да, статья могла добавить им проблем, но она занимала достаточно высокую должность, чтобы
