Читаем без скачивания Тем тяжелее будет падение - Михаил Март

Можно сделать электронную карту при очень большом желании и умении, но где взять палец мадам Грановской? Да и коридор просматривается видеокамерами.

– Здесь мне все понятно. Пойдем дальше. Меня интересует спальня хозяйки.

– Пойдем дальше? – Корякин рассмеялся. – А вы мне нравитесь, Борис! Хорошо, пойдем дальше. В святая святых. Тут мы можем вздохнуть спокойно. Марина Грановская молодая, красивая женщина, она позволяет себе некоторые слабости, и ее, правда редко, но посещают мужчины. Вот почему в спальне нет видеокамер и лазеров. Она не хочет, чтобы за ней подглядывали, критиковали ее тело или любовались им, обсуждали ее темперамент. Спальня чиста. Кроме одного «но». Там стоит сейф «Гранд-Кросс 2000». Серия 3516/4а. По мнению специалистов, эта штука взлому не подлежит. Нам ничего не известно о сейфе и принципах работы замков.

– Как часто Грановская пользуется сейфом? – спросил Иван.

– Не думаю, что часто. Из ее спальни идут три двери. Одна в коридор, вторая в ванную комнату, третья в подсобку, что-то наподобие гардеробной, там и стоит сейф. Высота полтора метра, под него устанавливали специальные железобетонные опоры. Вес около двух тонн. Лично я его не видел и не думаю, что кто-либо видел это чудовище. Деньги она в нем не хранит. Для этого есть сейф в кабинете. Может быть, там и лежит около трехсот тысяч долларов, но не больше, своими глазами видел. Но, отвечая на ваш вопрос, вспоминаю такой случай. Она дала мне задание, щекотливое, связанное с важной персоной. Я попросил у Марины Сергеевны досье на объект ее внимания, на что она мне коротко ответила: «Разбирайтесь сами, я из-за пустяков в сейф не полезу». Ясно, о каком сейфе шла речь. Я находился в ее кабинете, и тот сейф, что стоял за ее спиной, был распахнут настежь. К чему ваш вопрос?

– Мне нужно знать, когда она обнаружит пропажу.

– Думаю, не скоро. Если поднимут тревогу, вы не уйдете. Леса там болотистые, дорога только одна, по пути три поста и Управление внутренних дел областного центра. Они подключены к охране и получают за это хорошую мзду от хозяйки. Кислород перекроют в считанные секунды. Кинологи с собаками и все такое прочее по высшей категории. Марина Сергеевна может не опасаться врагов, она хорошо защищена. Не хуже, а то и лучше Президента.

– Я не нашел у вас схемы вентиляции.

– У нас ее нет, – ответил Филипп.

– Жаль, очень важная деталь. Вы сказали, что в подвале коммуникации и даже водный резервуар. Но вода имеет свойство испаряться. Если здание с одной стороны омывается водой, а внутри здания резервуар без вентиляции, то стены отсыреют и здание рухнет. Колодец должен быть мощно защищен от сырости.

– Вы правы. Но то, что не касается охранных систем, мы на картах и схемах не имеем. Кто строил дом, мы также не знаем. Эти сведения засекречены.

– Сколько каминов в доме?

– По пять на каждом этаже.

– Хорошо, мне придется самому сделать предварительную разведку. А также попрошу вас предоставить мне дополнительные фотографии всего здания и этажей с каждой из четырех сторон.

– Фотографии будут в течение двух дней, – ответил генерал, не отрывая взгляда от сумасшедшего гостя. – Вы беретесь за это дело?

Иван посмотрел на своего спутника. Попов после всего услышанного выглядел как побитый пес, которому защемили хвост.

– Берусь. Иначе я сюда не приехал бы. Я дорожу своим временем.

– Послушайте, Борис! – возбудился Корякин. – Если фантастика станет явью, то попрошу вас выполнить дополнительное поручение. В сейфе лежат две видеокассеты. Если вы мне их принесете, я отдам вам свою долю – сто тысяч долларов. Мне моя честь дороже любых денег.

Уезжая с дачи, генерал Попов испытывал двойственное чувство. С одной стороны, он не верил в реальность возвращения дневника губернатору, но с другой – Борис вел себя так, будто вопрос уже решен. Обнадеживало и настроение Корякина. Тот сделал заказ и жертвует на него весь свой гонорар. Значит, верит в реальность такой операции. Как бы то ни было, вопрос решен и маховик завертелся.

– Что скажете, Борис? Вы как-то странно отмалчиваетесь.

– Я не вижу особых проблем, Юрий Данилыч. Если они будут, то не у вас.

Сегодня я должен более тщательно ознакомиться с документами, составить список оборудования, сделать чертежи, а завтра вечером мы с вами встретимся и поедем к губернатору Котельникову.

Попов вздрогнул. Даже при его сдержанности и привычном спокойствии удар был слишком неожиданным.

– Кто вам назвал имя заказчика?

– Гадалка. Чего бы я стоил, если бы не знал, на кого работаю! Это правило номер один. И не беспокойтесь, Юрий Данилыч, вы в стороне не останетесь. Я играю по-честному. Вам доверили принести документы, вы их и получите из моих рук. Но в подготовительный период вы бесполезны. У наших спецслужб нет того оборудования, которое мне потребуется для работы. Девяносто процентов всех деталей придется делать на заказ. Теперь посмотрим в глаза реальности. Главное заинтересованное лицо в деле – Котельников. У него под рукой металлургические и военные заводы, космические лаборатории, институты, химические комбинаты. Только он может быстро в кратчайшие сроки выполнить мой заказ на профессиональном уровне, а готовый товар взять со складов. Без надлежащей техники я бессилен. Против уникального оборудования нужно выставить соответствующую аппаратуру. Предупредите губернатора о готовности к встрече и сотрудничеству.

– Он может отказаться, слишком строптивый и своенравный. Шлея под хвост попадет…

– Отрабатывайте свои деньги, генерал. Губернатор – ваша проблема. Мой шеф вам делает огромное одолжение. Никто за такие операции с вашими предложениями не возьмется. Посудите сами. В сущности, извините, пусть я утрирую, но вы предлагаете ограбить банк и вынести из него сто миллионов долларов. А тем, кто это сделает, вы заплатите по десять тысяч за работу. На таких условиях люди перестают друг друга понимать. Я солдат и выполняю приказ своего патрона. Наши взаимоотношения никого не касаются. Но я не слепой фанатик. Любое задание требует осмысления, тщательной подготовки и безукоризненного выполнения. В этом должны быть заинтересованы все без исключения. Иначе ничего не получится. И еще. Вы тоже без дела не останетесь. Придется и вам посуетиться. Мне нужен вертолет, любой, на шесть часов, с пилотом и полным баком горючего. Трудность заключается в том, что нанять вертолет вы должны без посредников, и ни одна душа не должна знать об этом. В день операции я лично проинструктирую пилота. Без вас.

– Вы бы еще тяжелый бомбардировщик попросили!

– Радуйтесь, что не попросил, но обстоятельства могут измениться. Также в вашем распоряжении должны быть две машины: «УАЗ» с повышенной проходимостью и скоростная легковушка. Куда поедут эти машины, обсудим потом.

Попов промолчал. Он помнил, что операция такого масштаба требует серьезной работы, но когда выслушал Корякина, то надежда улетучилась. Теперь этот странный тип вновь вселяет в него надежду, но его требования похожи на те, что выдвигались правительством Афганистана при захвате дворца Амина. Однако Попов понимал, что выбора у него нет.

На одной из овощных баз, оборудованных азербайджанцами по современным технологиям, держащими под контролем московский продуктовый рынок, для нужд Ушакова и Капралова был выделен целый ангар. Боря-Трапезник имел вес и авторитет в криминальном мире, и ему не могли отказать в просьбе. Ангар отдали в безвозмездную аренду на три недели, и хозяева не совали туда свои крупные носы, пока Ушаков сам не отдал им ключи.

Родион, ожидая Ивана, обустраивал помещение для экспериментов и работы.

Ушаков появился вовремя, но вид его был безрадостным.

– Только не говори мне, что все так плохо! – улыбнулся Капралов. – Мы тоже не лыком шиты, и опускать уши к земле нам рано. Если в этом мире существуют сейфы, то, значит, у них есть двери, а двери имеют тенденцию открываться.

– Все правильно, Родион. Проблем будет немало во время работы, поэтому мы должны их решить заранее, чтобы потом не отвлекаться на мелочи.

Ушаков разложил схемы и карты на огромном двухметровом столе, и они несколько часов посвятили скрупулезному изучению материалов.

– Какие есть идеи? – спросил Ушаков.

– Не хитри, Иван. Я только сейчас разобрался в этой каше. После такого сытного обеда брюхо должно утрястись. А ты уже успел покумекать, так что выкладывай свои карты. Или хочешь проверить, на что способен мой котелок?

– Верно, хочу. В нашем тандеме есть один очень крупный недостаток, Родион. Мы никогда не работали в одной упряжке. Коты из разных мешков, и с ходу за такое дело! Как каждый из нас поведет себя в экстремальной ситуации, неизвестно. А мы идем на стопроцентный риск.

– Одна общая черта уже выявлена. Ни ты, ни я назад пятиться не собираемся, а этого уже немало. Скажу тебе о своем первом впечатлении. Так, навскидку. Без особых углублений в тему.