Читаем без скачивания Тем тяжелее будет падение - Михаил Март

Анну и Кешку сопроводили в зарешеченный уазик, и Тимохин приковал ее своими наручниками к ножке сиденья. Дверь закрылась, замок защелкнулся, короткое рукопожатие, благодарность за службу, и савеловские менты убрались восвояси. Сержант направился к водительскому месту, но Тимохин его остановил, положив тяжелую руку на плечо.

– На метро поедешь, Коля.

– Да вы чего, Андрей Ильич?!

– Давай ключи и мотай. Это мой приказ. А ты знаешь, что бывает с теми, кто его не выполняет.

Сержант знал и долго не спорил. Пришлось идти к метро и тащить спортивную сумку задержанной. Тимохин сел за руль, но машина поехала не к центру, а к окружной дороге.

– Помнишь этого капитана, Аня? – шепнул Кешка ей на ухо.

– Неужто тот, кто наркотики подбросил?

– И отца арестовал. Такого не забудешь.

– Куда мы едем, капитан? – спросила Анна.

– На природу. Уик-энд устроим с шашлыками из кабанятины. Вы о таких и не мечтали.

– Оказалось все куда хуже, чем я думала, – прошептала Анна.

– Не дрейфь, у него даже пистолета нет, он сидит на кобуре.

– Ты прав. Достань у меня шпильку из волос. Мне на нервы действуют браслеты по чужому вкусу.

Глава IV

В ангар Ушаков вернулся к пяти утра. Капралов колдовал над макетом сейфа, точной копией того, что стоял в спальне Грановской. Пришлось губернатору раскошелиться и купить такой же, но подержанный и более старой модели. Ушакова это не смутило, он знал по привезенной из Германии документации, какие принципиальные изменения внесла фирма в современные образцы.

Родион с нетерпением ждал возвращения напарника и очень волновался, словно собирался идти на первое в жизни дело. Иван достал из холодильника пиво, сел на кушетку и окинул взглядом ангар, ставший похожим на заводской цех секретного «почтового ящика».

– Как разведка? – спросил Капралов.

– На территории около тридцати бойцов. Мы будем находиться под их контролем постоянно, исключая то время, когда проникнем в здание. Я не думаю, что нас возьмут прямо возле усадьбы. Они не станут рисковать. Нам дадут отъехать на километр, может, больше.

– Для них это тоже риск.

– Нет, они ни на секунду не выпустят нас из поля зрения, как только мы выедем за ворота.

– Попов достал вертолет?

– Попов лезет из кожи вон. Вертолет есть. Завтра я встречусь с пилотом и дам ему инструкции. К сожалению, машина старая и тяжелая.

– Какое это имеет значение! Нужна точность. Если он на десять секунд зависнет над каминной трубой с тросом, то вытащит тебя, как рыбку из пруда.

– Идея шикарная, Родя, но провальная. Рядом с особняком стоит двухэтажное здание охраны. С него просматривается вся крыша особняка. Они поставят на своей крыше пять-шесть снайперов. Лично я сделал бы именно так. Они знают, с кем имеют дело, и рисковать не будут. Как только послышится гул вертолета, снайперы возьмут крышу под прицел. Хоть один, но попадет в цель. А это значит, что если они меня только ранят, то при падении от меня останется лепешка. Им хватит двух минут, чтобы меня обыскать и поднять тревогу. В итоге наружная охрана выйдет победителем, а внутреннюю придется разогнать к чертовой матери. Они прозевали сейф. Генерала Корякина такой оборот устраивает: его люди займут места не только «наружки», но и в здании. Нет, риск себя не оправдывает. Мне придется спуститься с крыши по лебедке прямо к ним в руки, как и запланировано.

– Чтобы потом сдохнуть в лесу от пули в затылок?

– Корякин не станет нас убивать. Ему важно завладеть материалами. Мы не представляем для него никакой опасности. Я даже думаю, что он светиться не будет. Вырядит своих костоломов в ментовскую форму, и нас обчистят в участке, как бомжей, а потом выбросят на улицу. Все будет выглядеть так, будто мы сами провалили дело. Важнее иметь виноватых, чем трупы.

– Я нашел третьего. Он придет сюда утром в семь часов. Человек надежный.

– Рост, вес?

– Метр пятьдесят два, сорок четыре килограмма. Двадцать шесть лет, мальчишка, но две ходки уже имел. На большое дело не годится, в качестве исполнителя четких инструкций подойдет. Главный плюс – надежность. Я его однажды прикрыл, а он умеет помнить добро.

– Его субтильность нас устраивает. Теперь о дырах в нашем предстоящем предприятии. Все, что Филипп сумел для нас сделать, так это полсотни качественных фотографий территории и два снимка коридора третьего этажа, где находится спальня Грановской. Им цены нет. Но давай все по порядку. Видеокамеры наружного наблюдения территории расположены в здании охраны Филиппа. Значит, они нам до поры до времени мешать не будут. Начнем с минусов. – Ушаков начал раскладывать фотографии на столе. – Пруд, как видишь, очень большой, и ночью он освещается цветными прожекторами. За ним можно наблюдать из окон второго, третьего и четвертого этажей. Караульное помещение и комната управления пультами находятся на первом этаже, окна выходят на противоположную сторону участка. Пруд они видеть не могут. Я прошел в акваланге через весь пруд до стены здания и нашел обе сточные трубы. Объем семьдесят сантиметров, вполне нормальный, но тут начинается главная проблема. Вода из основного резервуара, находящегося на третьем уровне подвала, подается в водоем при помощи мощных насосов. Этого следовало ожидать, так как иначе все происходило бы наоборот – вода из пруда своей массой давила на трубопроводы и не давала бы выходу. Таким образом, поступающая в резервуар вода пошла бы вверх. Сток с водопада недостаточен. Очевидная ошибка в расчетах при проектировании.

Они исправили положение при помощи мощных откачивающих насосов. В итоге в трубах образовалось мощное давление, поток слишком сильный, и преодолеть его невозможно без помощи троса с лебедкой. Как ни старайся, но течение тебя будет вышвыривать из трубы, как пробку из шампанского. К счастью, я был подготовлен к такому варианту и прихватил с собой пневматическую пушку с якорем. Однако якорь выбрасывало четырнадцать раз – слишком большая глубина трубы, метров шесть, не хватает силы. Пушку придется переконструировать, баллоны с газом увеличить и повысить силу в три-четыре раза. Мотор лебедки также придется усилить вдвое.

Она не вытянет вес, умноженный на силу сопротивления. Вручную передвигаться невозможно, как совершать восхождение на Ниагарский водопад. Сносит моментально. Не буду больше скулить на эту тему. Препятствие я преодолел, но на это мне понадобилось три часа восемь минут – уйма времени, а оно работает против нас, и мы обязаны идти на опережение.

Якорь зацепился за каменный выступ у истока трубы. Случайность. Повезло.

Но я его сильно погнул. Такое попадание с учетом напора воды – везение. Внутри каменные, круглые стены. Якорю цепляться не за что, металл отсутствует, значит, на магнит рассчитывать не приходится. Диаметр колодца около десяти метров, держаться на поверхности очень трудно, тебя засасывает в сточные трубы с невероятной силой, вода бурлит, как в гейзерах. Но есть выход, и я его нашел: шесть вентиляционных отверстий в стене резервуара на высоте полутора метров от поверхности воды. Квадратные окна пятьдесят на пятьдесят, решетки с руку толщиной. К одной из них я сумел прикрепить трос с якорем, поднялся по нему и закрепил трос намертво. Другой конец бросил в воду, и его тут же выбросило через стоки в пруд. Теперь он болтается, как ленточка на ветру. По нему хорошо выходить, но, как я уже говорил; войти, используя силу мышц, не получится.

Нужны крепежи на салазках. Передвигая их по полметра вглубь один за другим, придется изображать из себя скалолаза, восходящего на вершину, но под мощнейшим сопротивлением встречного потока. На это уйдет не менее двух часов. При этом надо помнить, что ты тащишь за собой около сотни килограммов оборудования. А под него придется готовить самоходную торпеду.

– Стоп! – воскликнул Родион. – Торпеда втащит и меня, и оборудование.

Гениальная мысль! Надо вообще отказаться от идеи с тросами.

– На создание торпеды у нас уйдет не меньше недели.

– На чертежи уйдет день, остальное губернатор сделает на заводе.

– Хорошо, пока отложим этот вопрос. Он требует обоснований и более четкой разработки. Идем дальше. Допустим, первый этап преодолен. Ты в резервуаре.

Начинаются проблемы с решеткой. Нужно выпилить четыре секции металлических прутьев. Толщина слишком большая. «Болгарка» не подойдет. Батареи сядут после двух распилов. Придется сменить десяток алмазных кругов. Слишком большая потеря времени.

– Резать будем автогеном.

– Вес оборудования увеличится еще на пятьдесят килограммов.

– Зато скорость и надежность.

– Согласен. Далее новое препятствие. Схемы вентиляции у нас нет и не будет. Тебе надо попасть на этаж выше и вновь выпиливать решетки.

– Я думаю, там не такие мощные заграждения.

– Рад бы согласиться. – Иван положил на стол две фотографии. – Это коридор третьего этажа, где предстоит работать мне. Стены обиты панелями из мореного дуба, потолок тоже. Под потолком вдоль всего коридора идет опорная балка, скорее декоративная. К ней крепятся люстры. На метр ниже балки на правой стене есть две отдушины, и загорожены они деревянными решетками.