Джейс провел ладонями по лицу.
— Ты когда-нибудь думал, что, может, в этой истории есть и другая сторона?
— Ага, конечно. Какая другая сторона? Отец отдал Седрику приказ, и тот подчинился, выбросив вашу дружбу, как горячую картофелину. А что касается того, что Сандра Тиммонс — жертва, я на это не куплюсь. Она могла бы оставить старикашку. Уйти от него и забрать Седрика и Шайло. Я считаю ее такой же плохой, как и ее мужа, и не доверяю ей. Как бы мне ни нравилась Шайло, и как бы я ею ни восхищался, ее семью я терпеть не могу.
Джейс долго ничего не говорил. В каком-то смысле Далтон был прав; Джейс чувствовал себя преданным, когда в шестнадцать лет потерял лучшего друга, сдавшегося без борьбы. Он не ожидал, что Седрик поведет себя подобным образом. В отличие от Шайло. Тайно она при любой возможности посылала Кейдену записки и поздравительные открытки.
— Я переборол это, Далтон, и ты тоже должен это сделать.
Далтон хотел бы, но в то время они с братьями чувствовали себя дерьмом, и все потому, что люди хотели верить, что их отец был виновен в преступлении, которого не совершал. Это сделало бы разоблачение настоящего убийцы матери намного приятнее.
И тут же он вспомнил Джулс. Почему мысль о ней снова возникла в его голове? Разве он только что не признал, что больше о ней не думает?
— У меня дела, — сказал он, вставая. — Было приятно взять несколько выходных, но нужно кое-что наверстать.
Прежде чем он достиг двери, Джейс спросил:
— Ты заметил Стоунуолла во время своего путешествия?
Далтон оглянулся через плечо и не смог сдержать улыбки.
— Он был там, но оставался незаметным, насколько это возможно, что я оценил.
Джулс тоже. Этот человек был единственным, кто знал их секрет. Ну, на самом деле, это не было секретом, просто их дела никого больше, черт возьми, не касались. В этом разница.
— До скорого, Джейс.
Глава 21
Джулс взглянула через стол на Мэннинга и улыбнулась.
— Вижу, ты был занят.
Мэннинг откинулся на спинку кресла.
— Просто делаю то, за что ты мне платишь.
Они оба знали, что это ложь. Мэннинг был трудоголиком. Получив задание, он всегда делал все возможное и невозможное. Джулс посмотрела на стопку папок на своем столе.
— Пора начать читать.
— А мне через несколько часов нужно смыться. У папы сегодня прием у врача.
Джулс приподняла бровь.
— С ним все в порядке?
Мэннинг улыбнулся.
— Да, у него все отлично. Всего лишь обычный осмотр. Заставить их переехать из Бостона — лучшее, что я мог сделать.
Джулс согласилась. Решение переехать в Шарлоттсвилл из Бостона далось Мэннингу нелегко, потому что это означало оставить родителей, и переложить ответственность на плечи младшей сестры и старшего брата. Вскоре он обнаружил, что частых поездок домой было недостаточно, а увидев возможность воплотить мечту родителей, чтобы однажды те стали владельцами ресторана, он осуществил ее. Теперь старшие Кармайклы были счастливы, как и Мэннинг, его брат и сестра. Его сестра Дебора тоже переехала в Шарлоттсвилл и трудилась над степенью магистра в Университете Вирджинии.
Два часа спустя Джулс встала, чтобы размять мышцы шеи. По ее мнению, полицейский, которого вызвали на место происшествия, проделал ужасную работу, записывая детали. Удар Имерсона о столб был настолько силен, что убил его мгновенно. Одна вещь, показалась ей интересной, — запись офицера о том, что на месте аварии были обнаружены следы от разных шин. Это могло означать следующее: либо кто-то пытался увернуться от Имерсона на дороге, если его машина начала вилять, либо Имерсон, возможно, пытался оторваться от другой машины и не справился с управлением. Конечно, на данный момент последнее было всего лишь теорией.
Еще одна вещь, которую она нашла интересной, — никто не проверял содержание алкоголя в крови Имерсона. По мнению офицера, в тесте не было необходимости, поскольку от тела жертвы разило алкоголем, а на переднем сиденье машины нашли открытую полупустую бутылку. Со стороны Джулс это было всего лишь предположение, но для нее вся сцена выглядела слишком чистой. Что, если кто-то подстроил все так, чтобы казалось, будто Имерсон много выпил? Согласно полицейскому отчету, неизвестный звонивший сообщил о несчастном случае, но не задержался до прибытия полиции. Это тоже показалось ей интересным. Что касается полиции, то дело довольно быстро закрыли, так что никакого расследования в отношении звонка анонима не проводилось. В таком случае, почему доступ к полицейскому отчету был закрыт? Единственная причина, по которой это имело смысл, — сокрытие опасных сигналов, которые стоило расследовать подробнее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Джулс вновь наполнила чашку кофе и выглянула в окно. Она не могла на мгновение не задуматься, вспоминая прошедшую неделю в Майами. Ранее сегодня из офиса прокурора штата поступил звонок с сообщением, что присяжные признали Маркоса Родриго виновным. Другого вердикта она и не ожидала. Обвинение проделало фантастическую работу, но когда мать, Карла Родриго, выступила с душераздирающими показаниями, это в значительной степени решило ход дела.
Джулс вернулась к столу и села. Хотелось бы, чтобы это были единственные мысли, которые у нее остались о Майами, но, увы. Она не могла забыть дни и ночи с Далтоном. Как только они, наконец, выбрались из постели в первое утро и приняли душ, она разглядела, что у него не простой гостиничный номер, как у нее. Этот мужчина поселился в пентхаусе, в котором могли бы уместиться, по крайней мере, три люкса размером, как у нее, не испытывая при этом дискомфорта и предлагая еще много места. Излишне говорить, что именно там она провела большую часть времени. К чему такому пространству пропадать даром? Предложение исходило от Далтона, и девушка не видела причин с ним не согласиться.
Притворяться было приятно. Это дало им возможность выбросить из головы свою неприязнь друг к другу и сосредоточиться на удовлетворении их телесного голода, граничащего с откровенной жадностью. Ненасытностью. До такой степени, что они превратили быстрый трах в очень популярное времяпрепровождение. Джулс должна была отдать ему должное; этот мужчина определенно знал, как доставить удовольствие женщине в постеле. Хотя ей все еще не нравилось его высокомерие, по крайней мере, он мог умело компенсировать этот недостаток.
Джулс, поглощенная воспоминаниями, сделала еще глоток кофе. Горячие. Пикантные. Сексуальные. Она решила, что не повредит поддаться им еще на несколько минут, и откинулась на спинку кресла. Мало того, что ночи были захватывающими, но и дни с Далтоном на пляже тоже были довольно фантастическими.
Интересно, что он сейчас делает. Более чем вероятно, вернулся в офис, как и она. И... более чем вероятно, начал жить дальше... как следовало поступить и ей. Они договорились, что Майами не повторится, и у нее не было причин думать, что он не выполнит свою часть сделки, как и она намеревалась выполнить свою.
Но все равно воспоминания были приятными, и в том, чтобы предаваться им, не было ничего плохого.
***
— Рад, что мы все смогли собраться вместе и пообедать, — заявил Седрик Тиммонс, улыбаясь Шайло и Кейдену. — В больнице творилось полное сумасшествие.
— Могу представить, — ответил Кейден, делая глоток вина и изучая своего шурина, специалиста в области кардиологии.
Готов признать, он удивился, когда Шайло упомянула о приглашении брата на сегодняшний обед. В детстве Седрик был лучшим другом Джейса, так же как Шайло была его лучшим другом. И все же, когда Шайло решила пренебречь приказами своего отца, Седрик этого не сделал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
На самом деле, Джейс поделился, что, прибыв в больницу из-за сердечного приступа деда, поначалу даже не признал Седрика. А потом, Кейден отчетливо помнил, как всего пару месяцев назад, присутствуя на открытии винного бутика Шайло, испытывал дискомфорт от того, что Седрик смотрел на него с явной неприязнью и враждебностью.
