туда, куда он ей повелит, и будет делать всё, что он ей скажет, – Деккен отчеканил эту фразу, неотрывно глядя на Бонни.
– А теперь Бонни Морган пойдёт с Филиппом Ван дер Деккеном туда, куда он ей повелит, и будет делать всё, что он ей скажет, – будто под гипнозом повторила Бонни, не сопротивляясь.
– Сними с неё свои чары! – Альвис рывком освободил руку Бонни от хватки Деккена. – Иначе я расторгаю наше соглашение!
– Забыл, с кем ты иметь дело, Родригес? – оскалился Филипп.
– Сними свои чары или убирайся, Деккен! – прокричал Альвис.
– Арчи! Стой! – напряжение момента усугубилось громким возгласом Феликса, а за ним послышался оглушительный собачий лай.
– Р-р-р! Гав! – Арчи бежал во весь опор, сбивая всё и всех на своём пути. – Р-р-р! Гав! Гав!
Последней его «жертвой» стал Филипп Ван дер Деккен. Навалившись на плечи пирата со спины, пёс повалил его на землю и стал вгрызаться ему в шею.
– Какого чёрта?! – взревел Альвис, бросившись к Деккену.
– Арчи! Арчи, фу! – примчавшись вдогонку, Феликс на пару с капитаном стал оттаскивать пса от Филиппа.
– Бонни, ты цела? – к застывшей на месте Морган подбежал Дилан, уводя её в сторону.
– А теперь Бонни Морган пойдёт с Филиппом Ван дер Деккеном туда, куда он ей повелит, и будет делать всё, что он ей скажет, – всё ещё пребывая под гипнозом, проговорила Бонни.
– Да что с тобой такое? – нахмурился Дилан. – Что сделал с тобой Альвис?
– Ну всё, моё терпевание лопнуло, Родригес! – придерживая рукой израненное до крови горло, Ван дер Деккен обернулся в сторону океана и свистнул так громко, что резануло уши всех окружающих. – Команда «Летучего голландца»! Повелеваю всем явиться сюда!
– Это что, какой-то сумасшедший? – Эван подоспел к Бонни и Дилану.
Тем временем Феликс увёл Арчи подальше от Деккена, который, зажав свою рану, истошно закричал:
– За такой зверский приём ты поплатишься сполна, Родригес!
– Побереги силы, Деккен! – Альвис схватился за рукоять ножа в своём кармане. – Отзывай своих!
– И не подумаю! – Филипп сделал шаг к капитану и сплюнул сгусток багровой крови к его ногам. – Увидимся в аду, это я тебе обещаю!
– Ловлю тебя на слове, подобие человека, – одним рывком Альвис достал нож и вонзил его в самое сердце Филиппа.
«Альвис? Что ты творишь?» – ужаснулась Бонни.
– Добро пожаловать в мой ад, чёртов Деккен! – вымолвил Альвис, полный злорадства.
Побледневший Филипп пошатнулся и, подняв глаза на убийцу, прохрипел:
– Как же ты пожалеешь об этом, Родригес. «Голландцы» сотрут вас в порошок! – захлебываясь кровью, Деккен, словно поверженный дракон, упал навзничь.
– Это мы ещё посмотрим, кто кого, – прошипел Альвис и, бездушно пнув ногой тело врага, окинул взглядом поляну.
– «Несокрушимые»! Я призываю вас к нашему кодексу! Если случится битва, помните о том, что каждый дал слово сражаться до последнего вздоха во имя команды!
– Вместе мы одна непобедимая сила! – отозвались пираты.
– Да будет так! – прокричал Альвис.
Между тем всё прибывая и прибывая, лагерь стали заполнять человеческие фигуры. С одинаково застывшим выражением лица, с выцветшими глазами и иссохшей кожей они больше походили на зомби или на скелеты, обтянутые кожей, чем на людей.
– Мертвецы наступают! – подобные возгласы послышались в суматохе, поднявшейся вокруг.
– Что ты наделал, Родригес? – окликнула капитана Вивиан, подбегая к нему. – Ты подумал о последствиях?
Замерев у огня, фигуры приходящих людей останавливались словно в ожидании. Ими были настоящие ходячие мертвецы.
– Оружие к бою, «Несокрушимые»! – скомандовал Альвис. – Смерть врагам!
– Да будет так! – отозвалась команда.
– Глазам не верю. Легенда о «Летучем голландце» не вымысел и Деккен – тот самый проклятый капитан? – произнёс Дилан, под шум всеобщего оживления и визга множества голосов.
– Не дадим спуску мертвецам! Вперёд, пираты!
Под ободряющий клич капитана команда «несокрушимых», обнажив сабли и подняв пистолеты, ринулась на «голландцев».
– Бонни! Беги в джунгли, чтоб эти твари не задели тебя! – прокричал Дилан, и, схватив чью-то бесхозную дубину, бросился в гущу ходячих мертвецов.
Глядя на происходящее, Бонни в смятении отступила.
– Дилан! Берегись! Сзади!
В этот момент забытый всеми, лежащий в луже крови Филипп Ван дер Деккен вдруг поднялся и, бровью не поведя, вырвал нож, торчащий из его груди. Рана на сердце тут же затянулась и срослась. Чудесное исцеление произошло и с его шеей.
– Вот же нечистая сила, – прошептала Бонни, ощущая, как всё её тело содрогается от ужаса. Увидев своего главаря, люди «Летучего голландца», вопреки полученным ранениям, стали подходить к нему и выстраиваться ровными колоннами перед ним.
– Убейте всех! – прокричал Деккен своим подданным, и они послушно пустились в бой, на этот раз наступая, а не стоя на месте. Вооружённые и безоружные люди Альвиса во главе с ним смешались с людьми «Голландца». Началась жестокая битва. Кровь полилась, словно вода. Сталь встречалась со сталью, а пули и пистолетные выстрелы разрывали воздух.
– Мы обречены! Как одолеть тех, кто уже мёртв?! – слышались голоса в пучине боя. И они были правы. «Голландцы» быстро регенерировали свои ткани. Их отрубленные в битве руки отрастали снова, словно черви, подползая к своим туловищам. Любые раны, полученные мертвецами всего несколько минут назад, чудесным образом заживали, будто их и не было.
Кто-то из людей Альвиса отступал назад, пускаясь в бегство, чтобы сохранить свою жизнь. Те, кто продолжал битву, заведомо знали, что обречены на смерть, но несмотря ни на что оставались верными пиратскому кодексу чести.
– Из-за чего они воюют? – недоумевала Бонни, напрочь забыв всё, что произошло после того, как Альвис привёл её на поляну.
– Мы должны остановить это безумие! – прокричал Эван, подбегая к Бонни. – Альвис ещё тот сумасшедший, но он ведь единственный, кто знает, где нужный нам Итафенит!
Бонни оглядела поляну, и её сердце пропустило удар. Один из «голландцев» с огромной киркой в руках приближался к Альвису, который ничком лежал на земле.
– Альвис! – воскликнула Морган и, вопреки опасности, ринулась к нему. – Стойте!
Увидев Бонни, «голландец» в оцепенении остановился.
– Уходи! – тень от кирки взметнулась над головой Морган.
– Чтобы тронуть его, вам придётся убить меня! – закрыв собой Альвиса, Бонни подняла взгляд.
– Уходи! – повторил «голландец», и с глаз Морган будто сошла пелена.
– Не может быть… – Бонни обдало холодным потом. В осунувшемся лице человека перед ней она узнала того, с кем уже попрощалась навеки. – Папа?
«Голландец», один в один похожий на Фрэнка Моргана, вперил на Бонни стеклянный взгляд.
– Женщинам не место в бою. Уходи прочь!
– Папа! – горячо проговорила Морган. – Это же я, твоя жемчужинка!
Между тем Альвис пришёл в чувства и бросился на копию Фрэнка, завладев его оружием. Теперь он замахнулся киркой на своего опешевшего противника.
– Это мой отец! Альвис! – прокричала Бонни, но момент был безнадёжно упущен. Альвис со всей своей силы ударил Фрэнка сверху.
– Почему ты ещё не в укрытии?! – взревел Альвис в негодовании.
– Папа! Папочка мой! – склонившись над отцом, закричала Бонни. Судорожно прощупав пульс, она обернулась к центру боя. – Прекратите! Прошу прекратите бой! Филипп ван дер Деккен! Я проведу с вами ночь, как и обещала,
