Беседа десятая
Расскажите, пожалуйста, о Георгии Петровиче Винсе.
– С Георгием Петровичем и его родителями я знаком с раннего детства, когда мы жили в одном доме через стенку в г. Новосибирске. Наши матери, Римма Алексеевна и Лидия Михайловна, дружили, а отцы, Федор Пименович и Петр Яковлевич, трудились в одной церкви в 1934-1935 годах.
В дальнейшем мы хоть и очень редко, но встречались на совещаниях, особенно с Лидией Михайловной. Она много трудилась среди сестер на правозащитном поприще, и также страдала. И, вообще, семья Винсов в трех поколениях – это живая история братства евангельских христиан-баптистов XX ст. Она впитала и ярко отразила в себе становление, труд и страдание всего народа Божия в нашей стране. А поэтому сказать о Винсах немного, значит, ничего не сказать. А много сказать – у нас нет ни времени, ни места. Но и пройти мимо мы не имеем права.
Дедушка Георгия Петровича, Яков Яковлевич Винс, был крупным работником на ниве Божией. В 1900-1928 годах основным полем его деятельности были Самара, Дальний Восток, где Бог особенно благословил его на служении председателя Дальневосточного Союза баптистов.
В XVI веке в Голландии Винсы были участниками духовного пробуждения – Реформации – и перенесли большие гонения за веру от римско-католического папства.
Отец Георгия Петровича – Петр Яковлевич Винс, получив в Америке духовное образование, услышал внутренний зов «македонянина»: «Приди и помоги нам!» Он увидел свое призвание ехать в Россию, когда многие под разными предлогами старались покинуть СССР. Он хорошо понимал, какая участь ожидает его в стране, где открыто объявлена война против Бога, Библии и Церкви Божией (см. книгу Г. П. Винса «Тропою верности», 1997 г.). В 1926 году он возвратился в Россию, где родился и провел детство, поселился на Дальнем Востоке. Женился на Лидии Михайловне Жариковой, которая происходила из знатного и многострадального молоканского рода.
После отъезда в 1928 году Якова Яковлевича в Америку Петр Яковлевич принял пост председателя Дальневосточного Союза баптистов. В 1930 году его арестовали и осудили на три года. В 1934 году его сослали в Новосибирск. Через год он переехал в Омск, где в кровавом 1937-м его, вместе с другими братьями, приговорили к расстрелу.
Его сын Георгий Петрович Винс уверовал и принял крещение в ранние годы, в Омске, во время войны. Получив высшее образование, он работал в Киеве. В начале 60-х годов он присоединился к Инициативной группе, был секретарем Оргкомитета и Совета Церквей. Дважды отбывал заключение на Урале и в Якутии. После окончания последнего срока был выслан в США, где с 1979 по 1989 годы был секретарем Зарубежного представительства СЦ ЕХБ. Затем руководил созданной им Русской библейской миссией, работавшей на братство евангельских христиан-баптистов в СНГ. С ним выехала за рубеж его семья – жена и пятеро детей, а также их мама и бабушка Лидия Михайловна Винс.
Георгий Винс. Georgij Wiens wurde am 29.4.79 mit vier Regimekritikern gegen zwei Spione ausgetauscht
Во время гонений на верующих в СССР Лидия Михайловна вела большую работу в деле защиты прав верующих, отбыла три года заключения и испытала все ужасы ГУЛАГа. Георгий Петрович, являясь секретарем Зарубежного представительства (ЗП), в течение девяти лет также неутомимо трудился, защищая права гонимых верующих евангельских христиан-баптистов в СССР, на международной арене он всячески вскрывал лицемерие и ложь советской политики в отношении религии и церкви. Выступал перед президентами США, в Госдепартаменте и с других высоких трибун в государственных и международных организациях.
Георгий Петрович прекрасно знал Слово Божие, обладал даром живой проповеди, незаурядными писательскими и поэтическими способностями. Его перу принадлежат книги, поэмы, стихи, которыми и теперь широко пользуется братство евангельских христиан-баптистов, особенно молодежь. Он безмерно любил Господа, народ Божий, отдавая ему всего себя, любил свою земную родину – Россию.
После изгнания из России в 1979 году Г. П. Винс часто писал в Совет Церквей о своем положении, о работе за границей, вскрывал ложность либерального богословия и теософского модернизма и, в то же время, не забывал превозносить председателя СЦ Г. К. Крючкова. Многие, слушая записи его выступлений, думали: «Давно ты, Георгий Петрович, тесно не соприкасался с нами… Надо бы тебе снова здесь пожить и увидеть все своими глазами. Одно дело за океаном устраивать демонстрации и ночные шествия перед Белым домом, нести портреты и транспаранты и скандировать: «Свободу узникам в СССР!», а другое дело – жить с нами». Братья чувствовали, что добром это не кончится.
Так оно и получилось. В марте 1988 года Совет Церквей, не заслушав даже отчет Г. П. Винса о девятилетней деятельности ЗП и не поговорив с ним как с секретарем, закрыло ЗП и предложило образовать на его основе независимую миссию. В августе 1989 года Винс основал Русскую миссию благовестия, а в мае 1991-го получил телеграмму за подписью Г. К. Крючкова и П. Д. Петерса о закрытии этой миссии. Винса обвинили в том, что он не согласовывал свою работу и поездки по церквам с СЦ, самостоятельно, помимо СЦ, оказывал церквам материальную помощь и не сообщал в центр, кому и какая помощь была оказана.
Винс послал в Совет Церквей телеграмму: «Считаю крайне необходимым встречу с братом Г. К. Крючковым в ближайшее время. Готов специально для этого приехать в Москву или другое место». В то же время Совет служителей Русской миссии благовестия написал письмо в Совет Церквей, в котором не признал обвинения и подчеркнул, что Совет Церквей превышает свои полномочия, лишает поместные церкви права самостоятельно, минуя центр, иметь контакты с братьями миссии, чем нарушает пятый библейско-баптистский принцип о независимости каждой отдельной поместной церкви и господствует над наследием Божиим.
В конце письма читаем: «Подобные запреты мы рассматриваем как нарушение принципа Божьего домостроительства и видим в них тенденцию создания церковной иерархии, что чуждо Слову Божию и вероучению евангельских христиан-баптистов».
Итак, после нескольких встреч Винса с Советом Церквей, 17 декабря 1991 года, состоялось специальное совещание СЦ по его вопросу, на котором Винс, в частности, подчеркнул: «В отношении решения я хочу сказать, что оно, фактически, носит характер запрета на посещение поместных церквей, служения, оказания материальной помощи, т. е. в нем затронуты права не только миссии, но и поместных церквей. Здесь говорится: «согласовывать». Это напоминает практику, которая была в свое время во ВСЕХБ. Когда для того, чтобы посетить церковь, нужно было получить добро, разрешение у старшего пресвитера или уполномоченного. В настоящее время такие требования выдвинуты со стороны Совета Церквей в отношении оказания финансовой помощи. Совет Церквей считает, что вся финансовая помощь должна идти только через Совет
