— Это правильно. Значит ты не совсем потеряна, — достает из стола папку. — Это начальный договор, а это… последний.
Начальный меня не сильно интересует, но руки всё равно тянуться к нему. Что-то меня в нем настораживает. Что-то не так в нем.
Конечный договор смотрю с особой тщательностью.
— Расторгнут за неделю до росписи, — поднимаю глаза на Юрия и выжидательно смотрю на него исподлобья. — До смотрин… он отказался от всей этой комедии до того как увидел невесту?
Мужчина сидит как ни в чем не бывало. Минута, две… Юрий обречённо вздыхает:
— Да.
— Сделай мне копии.
— Забирай оригиналы и делай копии в любом магазине!
— Мне нужны заверенные копии, — говорю с нажимом.
— Зачем тебе заверенные?
— Пригодятся. Я пока не придумала, что буду делать.
Вылетаю из офиса и пытаюсь поймать попутку. Не с первого раза, но у меня получается.
— Дядь, подзаработать не желаешь? — открываю пассажирскую дверь.
Критично осматривает меня.
— Для бабочки ты скромненько одета, — весело хмыкает.
— Не о том думаете. Меня нужно просто повозить.
— А чего такси не вызовешь?
— Заметно слишком. У меня нет времени болтать! Нет, так нет!
Хлопаю дверью и ухожу вперёд. Делаю несколько попыток вновь поймать машину, которые заканчиваются провалом и прикрываю глаза, чуть не плача.
Правильно ли то, что я делаю? Я опять осталась одна. Опять мне не с кем обсудить сложившуюся ситуацию. Можно было бы обратиться к подруге, но боюсь, что Нэль может слепо смотреть на Николая. А у меня нет уверенности, что ему можно доверять.
— Девушка. Девушка, с вами всё в порядке?
За плечо бережно трясёт уже знакомый мужчина, принявший меня за бабочку.
— Садись. Показывай куда тебя везти.
Вытираю выступившие слезы тыльной стороной ладони и запрыгиваю на заднее сидение.
Называю адрес дома.
— Не боишься так к незнакомым людям садится?
— Некогда бояться.
— А ну-ка глядишь завезу тебя куда и изнасилую.
Даже поворачиваюсь на него, отлипая от окна.
— Проблем потом не оберешься.
— Ой, деточка. В машину ты ко мне сама села, добровольно. Так что никто и не догадается о похищении.
Тем временем проезжаем дом и останавливаемся поодаль от него. Вылезаю из машины и бегом добираюсь до калитки. Забор сплошной, поэтому не видно, что там за ним находится. Стучу в дверь и отхожу немного в сторону. Охрана не заставляет себя ждать. Хватаю парня за пиджак и оттаскиваю немного в сторону.
— Николай дома?
— Нет, мисс. Вы разминулись. Уехал минут двадцать назад.
— Черт, черт, черт, — обессилено сползаю на землю.
— Может ему позвонить?
— Ни в коем случае! Ни единого слова ему, что я искала его.
Поднимаюсь и плетусь обратно к машине. Уже рядом с ней меня отчетливо зовет Тимофей, но я, как в тумане, сажусь в машину и захлопываю дверь.
— Оксана Трофимовна, — заглядывает в машину и внимательно рассматривает водителя. — Мы не знаем адреса, но Лёха вспомнил, что в разговоре упоминалось имя "Лика".
— Спасибо, — выдыхаю. Это уже что-то. — Николаю…
— Ни слова. Я помню.
Охранник захлопывает дверь и набирает номер на мобильном:
— Проверь номер машины… — диктует комбинацию, смотря нам вслед.
Сейчас мы едем по адресу, указанному в документах Лики. Пришлось выслушать всё, что думает обо мне Юрий. Похоже я вызываю у него бурю эмоций. И не положительных, да и пофиг.
Останавливаемся в спальном районе города. Дом, который нам необходим располагается как раз вдоль дороги, что значительно упрощает дело.
И что я тут забыла? Я же не буду подниматься к ней. Так она и встретила меня с распростертыми объятиями. Ага, как же. За своими думами не сразу замечаю свой объект наблюдения. Сразу прячусь за сидение, осторожно выглядывая из-за него.
— Это тот самый Николай?
— Да.
— А рядом кто?
— Лика…
Ведет она себя как то странно, пассивно что ли. Николай вроде как тащит ее, крепко держа за локоть, с другой стороны — не веди он ее так она вообще бы не сдвинулась с места. И на дружбу между ними не похоже, на любовников тоже не дотягивают.
— А твоя знакомая смотрю балуется…
— М? Вы о чем?
— Под наркотическим средством находится или под психотропным препаратором. У нее взгляд затуманен, словно ее волю подавили.
— А сколько он действует?
— Да откуда же я знаю! Я не медик. Думаю не меньше часа. В зависимости от дозы.
Они садятся в машину и отъезжают. Мы следуем на некотором отдалении от них. Нервы скачут как сумасшедшие. Зачем ему Лика и куда он ее везет?
Недалеко от города они сворачивают в сторону.
Останавливаемся.
— Там тупик.
— Вы знаете что там?
— Заброшенные склады. Когда-то тут располагалась лесопилка, но… ее владелец умер, а дети, бестолочи, не смогли продолжить детище отца и обанкротились.
Заброшенные склады… заброшенные — стучало у меня в висках. Тут неоткуда будет ждать спасения. И зачем он повез Лику сюда. Переговоры? Хотят продумать дальнейшие планы вдали от всех? А они точно заодно или Николай действует один?
Истошный вопль подстегивает меня действовать, а не сидеть и не ждать у моря погоды.
Вручаю мужчине пятитысячную купюру и словами: «Спасибо, что подвезли! Всего доброго!» вылетаю из машины и несусь в ту сторону. Проклиная себя всевозможными ругательствами, добираюсь до первого склада. И черт меня дернул отправиться сюда одной. Но… Теперь поздно пить боржоми.
И вновь раздается женский крик. От неожиданности я даже подпрыгиваю. По спине гуляет холодок, а в мозгу поселяется липкий ужас. Одновременно я радуюсь, что крики исходят не из этого здания, но и ужасаюсь, что мне надо идти дальше. И чем дольше я иду, тем страшнее мне становится. Что я, мать твою, здесь забыла?!
Заглядываю в небольшую щель следующего
