экзистенциальный опыт. Твердое знание было уделом высших классов. Слишком уж недоступна здесь даже самая общая информация, даже самые прописные истины. А ведь лично Саргону никогда не приходилось метаться в поисках экзистенциальных ответов.
Биться в невидимую стену непонимания, бояться того, что избранный тобой путь окажется фальшивкой, жалеть о потраченных годах. Культивация для попаданца с самого начала приняла формат некой компьютерной игры. Он сразу, по факту иномирового происхождения, обладал знаниями, находящимися за пределами разумения даже самых просветленных мудрецов Империи.
Поэтому там, где мириады практиков отчаянно бились в поисках ответов он видел лишь бесконечные возможности. И щедро наделял крохами со своего стола всех встреченных людей вокруг. Знания переливались, булькали внутри Саргона, словно вода в переполненном сосуде, выплескивались наружу при малейшем движении. И каждая такая капля была для темных, ничего не знающих новобранцев ценнее любого золота.
В итоге, попаданцу удалось отвязаться от впечатленных и тронутых его великодушием сокомандников только предложением немедленно заняться медитацией, чтобы на практике усвоить собственные знания. Предложение горячо встретили как люди дела Камей и Акургаль, так и теоретики Уру и Юлвей. Все они знали, что лучший способ запомнить теорию — попытаться применить ее в жизни. В этом плане местные немного превосходили прежний мир Саргона, слишком погрязший в бесконечных развалах потребляемой информации. Большей, чем каждый был способен перебрать.
"Охренеть, даже Ма и Вань меня поблагодарили. Это при том, что вор меня терпеть не может, а отец Каня на старости лет стал слишком честолюбив и ревнив до чужих заслуг. Видать, нехило их пробило. Ну да ладно — мне же лучше. Сильнее станут — проще будет отбивать волну. Надоело постоянно погибать не за хвост собачий".
— Хозяин настолько велик, что даже мохнатый людоед просит его совета! А все остальные сины только рты раскрыли! — Восхищенно сказала Айра, стоило им выйти обратно в пустую казарму.
Точнее, ее мягкий, совершенно лишенный детской звонкости голосок едва слышно отобразил похожие на восхищение нотки. Саргон все еще не был до конца уверен в правильной интерпретации. Слишком уж тонкие оттенки использовала Айра. Он не знал, было ли дело в особенностях ее расы, или же в приобретенной привычке к мимикрии. Вполне возможно некое сочетание или развитие изначальной предрасположенности.
"До часа петуха осталось не так уж и много. Четыре, максимум пять часов, не более. Системные часы не показывают время восходов и закатов. Блин, а ведь нужно еще подготовить всю ту хрень, про которую говорил тот ублюдок Лань и решить, наконец, как мне поступить с Айрой", — Саргон украдкой бросил взгляд на сидящую рядом девочку.
Та дернулась, стоило их глазам встретиться, смущенно отвела взгляд, однако кончики ее рта вновь сложились в неприметную улыбку. Во время трогательного рассказа про Бима Черное Ухо он сломил первый лед, поставил ее в незнакомую ситуацию, вызвал бурю эмоций. Но окончательно заработал доверие только вчера. Грандиозный успех, если принять во внимание личность и обстоятельства самой элами.
"Лед тронулся, господа присяжные заседатели, лед тронулся", — Грустно процитировал он известного авантюриста.
"Эх, если бы и меня настигло такое же вдохновение, как этих кровожадных оболдуев после моей речи. Раз и перевернуть картину, посмотреть на ситуацию с другой стороны… Так, стоп! А ведь верно. Нужно лишь изменить угол зрения! А теперь думаем: может ли такое быть, что я изначально неправильно поставил вопрос? Пытался понять, что делать, клял внешние обстоятельства, злился, в то время, как ответ стоило искать в себе самом.
Банально спросить у себя, честно и открыто, чего я вообще хочу достичь своей службой в Форте? Сохранить жизнь? Безусловно! Сохранить здоровье, развиваться дальше? Еще бы! Но этого все еще недостаточно. Ведь я уже достаточно силен, чтобы не слишком беспокоиться о смерти. По крайней мере, не думать о ней постоянно, как в первые свои циклы. Похоже на пирамиду потребностей Маслоу: сначала идут самые примитивные потребности, вроде пищи, жилья, безопасности. А лишь затем — саморазвитие, социализация и многое другое.
Я перерос страх смерти, закрыл самые базовые нужды. У меня появился избыток еды, хорошая по местным меркам одежда, надежные, опять же по местным меркам, товарищи, какое-никакое будущее. Чего теперь я хочу достичь? И как с этим соотносится Айра, моя служба, а также все мои навыки и устремления?"
Он вскочил со своей шконки, отложил пустую плошку, принялся нервно мерять шагами комнату. Лишь спустя пятнадцать-двадцать минут попаданец успокоился настолько, чтобы вновь опуститься вниз и тщательно прокрутить в голове единственный оставшийся вариант событий.
Принятие реальности и собственный циничный ответ давался нелегко. Саргон чувствовал себя грязно, будто какой-то предатель, хоть и видел призрачный шанс избежать самого худшего. Впрочем, шанс этот казался настолько эфемерным, что он и не надеялся на его благополучное завершение. Просто не мог иначе.
— Прости, Айра, мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделала. Я… Не уверен, что тебе это пойдет на пользу. Скорее наоборот, но…
— Хозяин, ваш приказ связан с моей новой тенью, верно? С моим избавлением от боли? Эта несмышленая рабыня поняла, кто ей помог. Она согласна, — Просто ответила невольница.
— Почему? Я ведь даже ничего не успел тебе объяснить…
— Она верит своему хозяину, — Без тени сомнений произнесла Айра, после чего робко и смущенно протянула ему свою ладонь. Лишь спрятала под длинными прядями порозовевшее лицо.
И от этого доверия, которого он не заслуживал, Саргону становилось грустно и больно.
Глава 9
Солнце медленно заходило за горизонт. Здесь, на севере, сумерки шли долго, словно умирающий свет боролся с подступающей тьмой. Он постепенно сдавал позиции, чтобы возродится на следующий день. На юге, в другом мире, где прошло его детство, тьма наступала внезапно, будто кто-то просто щелкал выключателем.
Они стояли на небольшой поляне, в ста шагах от облачной артерии. То самое место, где Саргон с фармацевтом ходили за травами. Где они с ним, Камеем и Айрой каких-то пару дней назад вовсю хлебали ставший алкогольным взвар. Где фармацевт получил свое откровение насчет сводной таблицы ингредиентов. Оно не отпускало его до сих пор и попаданец чувствовал себя слегка неуютно, потому что с того момента так и не нашел времени, чтобы ему помочь.
Впрочем, сейчас на кону стояло нечто важнее удовлетворения исследовательской жилки Юншэна.
— Мы скоро начнём, Айра, — Как можно более мягко сказал ей Саргон, — Осталось только подождать одного человека. Она кивнула ему, кротко и доверчиво.
За весь путь на поляну элами не задала ему ни одного вопроса, ни единым словом или
