лёжа в шезлонге. Солнышко припекает. А мысли самой женщины о красавчике из холла, который так любезно ей помог. Правда, сначала она рассердилась, а теперь, вспоминая глаза этого мужчины, она размечталась. Но… Она приехала отдыхать, наслаждаться жизнью. А тут. У неё же есть любимый – правда, они встречаются уже 5 лет, а он всё никак не может сделать предложение. Она устала делать намёки, но она его любит. Но, увидев Его, никак не могла забыть взгляд таких притягательных глаз цвета моря и милой улыбки на губах.
Днём ей представился случай снова поговорить с красавцем.
– Простите, вы не могли бы задержаться, – остановил он её в холле гостиницы.
– Да. Опять вопросы?
– Нет. Всё в порядке. Просто вечером я свободен и хотел бы вас пригласить на прогулку.
– Я не против.
До вечера Злата не находила себе места. Не знала, чем себя занять. Она решилась пройти по аллеям парка. Гуляя, она думала о предстоящем свидании, и когда зазвонил телефон, то слегка вздрогнула.
– Алло, – как-то раздражённо ответила.
– Привет, дорогая. Как отдыхается?
– Всё хорошо.
– Я рад. Когда ты приедешь, мы поговорим. Я тут присмотрел дом…
– Откуда деньги? Тебе заплатили?
– Нет. Мы возьмём кредит, но на твоё имя. Ты же знаешь, мне не дадут.
– Ты прав, поговорим, когда я вернусь.
Отключив телефон, Злата задумалась: «Опять кредит. Мы только что расплатились с кредитом на квартиру. А тут… Когда речь заходит о работе, то сразу он переводит тему. Я даже не знаю, работает ли он. Столько лет встречаемся, а я ничего о нём не знаю. Он всегда уходит от темы. И опять кредит. Не хочу больше об этом думать. Ну ладно. Сейчас я не хочу портить себе отпуск, но придётся об этом поговорить. А сейчас нужно отключиться от всех рабочих моментов».
Вечером Злата встретилась на пляже с красавцем.
– Рад, что вы пришли, – проговорил юноша. – Я Дмитрий, можно просто Дима.
– Я Злата.
– Очень необычное имя, и ты сама необычна.
– Спасибо. Ты это говоришь всем девушкам?
– Но с таким чувством, как к тебе, не говорю. Ты мне очень понравилась. Когда я тебя увидел, то подумал, что такое бывает только в кино.
– Со мной тоже похожее произошло. Я не могу сама себе это объяснить.
– Это судьба.
– Но не будем торопить события.
Гуляя по берегу, они то говорили, как старые друзья, то молчали, иногда их взгляды встречались, и им было хорошо.
Злата узнала, что её спутник работает в отеле, пишет диссертацию по работе и скоро должен её защитить. Пока не женат, но были отношения, которые давно закончились. Сейчас он ни о чём не жалеет, хоть расставание и было для него очень болезненным. Но он прошлое оставил в прошлом и переехал в другой город.
Молодые люди говорили обо всём или просто молча шли вдоль кромки воды, держась за руки, как школьники. А когда пришло время идти в гостиницу, Дмитрий спросил:
– Ты не против завтра провести со мной весь день? У меня завтра выходной, и я хотел бы показать тебе город.
– Буду только рада.
На следующий день молодые люди встретились утром, и новый гид, в лице Дмитрия, пригласил гостью на экскурсию по городу. А вечером пригласил в кафе. Этот день запомнился обоим. А проводив до номера, поцеловал.
Злата весь день чувствовала себя принцессой, и так хотелось продлить эту сказку. Вечерами они продолжали гулять по набережной, говорить обо всём или просто молчать. Им было хорошо вместе. И когда подошло время уезжать, Дмитрий, зная о любви девушки к мягким игрушкам, подарил ей большого белого плюшевого медведя.
– Оставь мне свой номер мобильного, – попросил Дмитрий.
– Хорошо.
Прошёл месяц. Дмитрий позвонил через день, и теперь все их вечера посвящены друг другу. И теперь Злата снова отправится в этот город, но уже в качестве жены человека, которого ей подарила Судьба и море.
Д. Г. Пасценди
Dance Macabre
Vita nostra brevis est,
Brevi finiētur.
Venit mors velocĭter,
Rapit nos atrocĭter,
Nemini parcētur!
Gaudeamus, старинный студенческий гимн
Я несколько раз был свидетелем смерти человека.
В первый раз это было, когда я лежал после операции в больнице. В палате было 16 мест.
Первым умер мой сосед – после второй операции на желудке: разошлись швы.
Вторым был мужик, которого привезли с острым приступом холецистита – схватило за праздничным столом, был сильно пьян, опьянение в сочетании с наркозом привело к психозу. Его привязали к кровати, чтобы не вскакивал и не вырывал трубки капельницы и дренажа – к утру он умер от отёка лёгких…
Третий скончался тоже после второй операции на желудке.
Что стоит отметить: все умерли тогда, когда рядом с ними не было никого из близких. Первый держался, пока его жена не отошла на полчаса поговорить с доктором. Семья второго уехала домой после операции, когда его спустили в палату. Третий тоже умер вскоре после того, как жена оставила его на ночь.
У меня есть стойкое убеждение, что человеку – даже смертельно больному – легче держаться и выжить, когда рядом кто-то близкий, кто держит его за руку и думает о нём.
Не оставляйте близких в беде…
У меня, кстати, не получилось. Видимо, когда приходит время умирать, неспроста так многие уходят в одиночестве.
После я близко видел смерть ещё дважды. Но это была мгновенная – и случайная – смерть.
В первый раз зимой в конце перестройки я входил в наш универсам. Навстречу мне выходил мужчина лет тридцати пяти. Он поскользнулся, упал навзничь и ударился о железный порог. Короткий хруст, судороги, неподвижность.
Второй раз, уже в середине 90-х, в конце зимы на ярмарке недалеко от метро какой-то бомжеватый дядька слегка «усталого» вида таскался за другим мужиком, выглядевшим чуть лучше. Приставал к нему с невразумительными претензиями: то ли «дай денег», то ли «ты меня уважаешь?». Слово за слово – и бомжеватый толкнул мужика. Тот опрокинулся навзничь – затылком на бетонную тумбу. Опять короткий хруст… Прибежали охранники ярмарки, схватили бомжеватого, куда-то повели… А толку…
Хрупкое всё-таки существо человек.
Сосед Игорь
Трезвым я его не видел ни разу.
Было ему под пятьдесят, чуть больше, чем мне тогда. Майор в отставке. Чернявый, худощавый, подтянутый.
На нашей лестничной площадке четыре квартиры: две двушки, как у нас с женой, и две однокомнатные. Вот Игорь жил
