самым невинным видом предложил мне почитать некий исторический трактат. В тот же вечер я решила, чем буду заниматься в жизни.
Я использовала время, оставшееся до нашего обратного переезда на Альзир для того, чтобы закончить (не под своим настоящим именем, конечно) исторический факультет Академии Содружества Десяти, в качестве ближайшего к нам учебного центра, и защитить там сначала кандидатскую, а потом и докторскую диссертацию. Разумеется, я не остановилась на этом, и в настоящее время являюсь членом-корреспондентом Галактической Академии Наук. Публиковать научные труды и статьи в наш межзвездный век можно и без личного присутствия, а если что, всегда можно изменить свой облик при помощи Призрачной Вуали. В научных кругах меня знают в качестве непрошибаемого и невероятно упрямого защитника альтернативной истории, крайне нелюдимого чудака. Подобно маме в ее время, я скрылась под маской мужчины. Учитывая мой род занятий, это невероятно удобно. Второй дедушка посмеивается надо мной, говоря, что здесь имеет место повторение жизненного сценария мамы, на что я всегда требую, и даже не в шутку, чтобы он передал мне легендарный научный амулет семьи Львовых. И это естественно, так как при создании своего призрачного облика для появления на тех мероприятиях, которые не посещать невозможно, я опираюсь на внешность прадеда, даже взяла себе его имя, и прекрасно знаю о том, что меня даже считают его родственником.
Каждый мой опубликованный труд взрывает все научное сообщество обитаемой Вселенной и заставляет приверженцев классической истории яростно скрежетать зубами. У меня есть враги в этом научном сообществе, есть и друзья. На все это нужно много времени, и порой это довольно утомительно, но я считаю, что оно того стоит. Я верю в то, что где-то, когда-то, пусть даже через много лет после того, как я навсегда закрою свои глаза, какой-нибудь молодой студент основанного мной факультета альтернативной истории откроет тот самый исторический трактат, который в свое время дал мне почитать второй дедушка, и выберет темой своей работы биографию самой спорной и противоречивой фигуры за всю историю древней Унганы, ее легендарного принца-регента Цзинь Мо. Я верю, что он задумается над теми несоответствиями, которые бросились в глаза мне. Верю, что ему удастся пролить свет на истинную историю Октавиана Унганского, по крайней мере, до момента его казни Императором Чжэнъи, и, хотя бы немного, обелить его имя, пусть даже к тому времени само оно окончательно забудется. Пусть хотя бы ему это удастся, раз мне самой мама категорически запретила это делать. Я должна проложить путь и расширить дорогу, по которой пойдут наши дети и дети наших детей. Такова воля Небес о мне самой.
Я открыла дверь своего кабинета и прошла по коридору в свои покои. Быстро переодевшись и наложив необходимый макияж, я покрутилась перед большим напольным зеркалом и выпорхнула наружу.
Уже конец рабочего дня, он, наверное, уже ждет меня.
Эгир на этот раз даже успел переодеться, сменив свою военную форму на гражданский костюм, и терпеливо ждал меня у запасного выхода. Хорошо, мне всегда не нравится, как на него засматриваются девушки, когда мы гуляем по улицам. Он выше меня, и, когда мы разговариваем, мне всегда приходится запрокидывать голову. Как и сейчас.
— Ваше Высочество. — официально поклонился начальник охраны императорского дворца, целуя мне руку.
Я воспользовалась этим, чтобы обнять его за плечи и запечатлеть легкий поцелуй на его щеке. Щеки Эгира немедленно вспыхнули легким румянцем, но в целом он остался совершенно бесстрастным, только аккуратно отстранил меня.
— Мы же договорились, что после работы ты меня так не называешь. — озорно улыбнулась я.
Эгир отвел глаза, смущенно кашлянув в сторону.
— Люди… могут увидеть. — сообщил он, все еще не смотря на меня.
— Ну, это вряд ли. — успокоила я, беря его широкую ладонь в свою руку.
По прибытии я сразу наложила Призрачную Вуаль на это место, он не мог этого не почувствовать, просто, как всегда, стеснялся. Наши ауры Отражающих Лилию и Лотос соответственно плавно перетекали друг в друга в местах, где мы соприкасались, даря ощущение невероятной теплоты и близости, от которых в животе начинали порхать маленькие бабочки.
Эгир улыбнулся, прямо посмотрев на меня. Он уже стряхнул с себя личину безупречного государственного служащего.
— На этот раз в третий павильон? — спросил он, предлагая мне руку.
— Да, хочу посмотреть, что еще бесполезного там можно купить. — ответила я.
Эгир когда-то был одним из боевых офицеров флота под командованием папы. Он сопровождал его в так называемой прогулочной поездке на Спектр-1055 в составе экипажа одного из кораблей сопровождения, и остался с ним на планете после первичной деактивации Лотоса. Излишне говорить о том, что в тот момент, подобно многим остальным, у него пробудился наследственный дар Хранителя.
Эгир, глубокое море. Дядя любит сравнивать внутреннее пространство Зеркала с этой прекрасной стихией, которой, увы, физически не существует на Саенар Хээде. Второй дедушка тогда сразу протестировал всех пробужденных потомков клана на предмет способности к Отражению Лотоса. Из всех присутствовавших тогда на планете только Эгир оказался пригоден к этому. Папа тогда сразу остановился на нем, отказавшись рассматривать других возможных кандидатов. Мама и дядя одобрили его выбор, а бабушка, проверив что-то по своим каналам, окончательно утвердила. И это было совершенно естественно, учитывая невероятную одаренность и личную преданность папе этого человека. Когда он был еще ребенком, папа спас ему жизнь, и с тех самых пор Эгир следовал за ним, став одним из самых надежных его людей.
Когда мы еще жили в Цитадели Хранителей, я любила убегать в город и бродить там в одиночестве. Тем, кто находил меня первым, всегда был Эгир. Потом я уже убегала, чтобы найти его. После передачи дядей Лотоса папа довольно скоро попросил Эгира о помощи. Я тогда прыгала от радости, пусть даже он и оставался на Саенар Хээде после нашего отъезда. С учетом того, что я рано научилась открывать Барьер-между-мирами и практически всегда могла четко определить его местонахождение, избавиться от моего общества ему было очень нелегко. А потом я повзрослела внешне, и все стало совсем просто.
Я практически точная копия мамы, только глаза у меня зеленые, как у папы. Я очень наблюдательная и всегда четко знаю, чего хочу. Зная о способности бабушки заглядывать в будущее и просчитывать его возможные варианты, я прекрасно понимаю, что она не просто так дала тогда свое разрешение и даже лично подняла скорость поглощения хода времени моего любимого до уровня папы. Так что, в довольно скором времени ему придется служить папе не
