Меня выводит из себя тот факт, что прямо сейчас я испытываю немного слишком сильно зависть и чувство собственности. Немного слишком комфортно чувствую себя рядом с ним. Несомненно, у нас поздний завтрак вместе, и да, я ношу его одежду — и уверена, слова, сказанные им обо мне на свадьбе, были одними из самых приятных, которые кто-либо говорил обо мне.
Но Джакс — это Джакс, он мастер заставлять девчонок терять голову и клеиться к нему. Сам он тоже не может остаться равнодушным. Я знала это с первой секунды, как встретила его, что если потеряю бдительность и начну верить во всю эту ерунду, то окажусь в беде.
Я провела восемь лет своей жизни, позволяя обманывать себя, потому что чувствовала себя удобно — и не собираюсь повторять все это снова.
Джакс не относится к тому типу парней, которые подходят для отношений. Он не такой, и никогда не будет таким. Прекрати. Это. Все.
— Ты готова сделать заказ? — спрашивает Джакс.
— Ммм… да.
Я сохраняю спокойствие во время еды, подыгрывая манере Джакса говорить смешные вещи невозмутимо спокойным тоном. Он проницателен, и большую часть времени, которое мы провели вместе, читал меня, как книгу. В этот раз я не хочу, чтобы он узнал, какая война разразилась в моей голове.
Мы заканчиваем наш поздний завтрак, блондинка приносит нам чек, и Джакс предлагает прогуляться еще, но я уже приняла решение. Мне нужно немного времени для себя, немного возможности, чтобы подумать. Кроме этого, за последние несколько дней я лишь много трахаюсь, восстанавливаюсь после траханья и размышляю о траханье, поэтому у меня накопилось много дел.
Именно тогда до меня доходит, что осталось два дня нашей сделки. Джакс даже не упомянул об этом. Это потому что ему плевать? Или он забыл? Но нет, конечно, он не забыл. Он согласился на эту договоренность, потому что она подразумевала всего лишь семь дней и никаких обязательств. Таким образом, почему он должен об этом думать? После этого он сможет вернуться к своему обычному образу жизни. Почему он должен хотеть, чтобы все было по-другому?
Я сохраняю спокойствие, мы говорим друг другу «пока», а потом я ухожу.
Вот так просто я принимаю решение, что больше не могу быть с Джаксом. К черту сделку. Мне больше не требуется ни дня с ним. Я многому научилась и не могу позволить себе влюбиться в этого парня. Лучше познакомлюсь с кем-то другим.
Я приезжаю домой и трачу несколько часов, притворяясь, что разбираюсь с кучей «срочных» писем, ожидающих ответов, привожу в порядок свою квартиру, которая ощущается вдвойне более грязной и маленькой, после проведенной ночи в доме Джакса, затем проверяю холодильник и понимаю, что нет… ну, всего. Мне давно пора устроить себе пару ночей заедания проблем в пижаме, и я не хочу оказаться без ведерка «Ben & Jerry», поэтому решаю съездить в продуктовый магазин.
Бросаю одежду Джакса в машину, надеваю штаны для йоги и майку, а затем отправляюсь в магазин, мысленно перечисляя все, что мне необходимо, чтобы снова не начать размышлять о Джаксе.
Когда кладу в свою тележку несколько продуктов, которые мне нет необходимости покупать, но я знаю, что съем их, и продукты, которые мне необходимы, но знаю, что не съем их, приходит сообщение от Джакса.
Просто фотография его мускулистого потного торса на фоне его личного тренажерного зала, без какой-либо подписи.
Я не хочу, но все же уставилась на совершенство торса Джакса, словно это самое потрясающее, что я видела в продуктовом магазине до сих пор. Я так увлечена этим, что заворачиваю свою тележку в другой проход и врезаюсь ее углом прямо в пах высокого мужчины.
— Уф! — восклицает он, скорчившись и сгорбившись над своей интимной частью тела.
— Дерьмо! Боже мой! Мне так жаль, — говорю я, оставив свою тележку и положив руку на его спину.
Он тихо стонет, а затем выпрямляется и направляет насыщенно-голубые глаза на меня. Как только его глаза встречаются с моими, его точеная линия подбородка превращается в теплую, слегка глупую, но чертовски милую улыбку.
— Это лучший удар, который я видел за весь день, — смеется он, и когда видит растерянное выражение на моем лице, указывает на значок на своей тренировочной одежде, — я тренирую команду младшей лиги.
— Ах, — говорю я, когда он поправляет свою бейсболку и слегка вздрагивает. — Ну, ты в порядке?
— Да. Все будет хорошо. Я всегда держу удар.
Я смеюсь и возвращаюсь к своей тележке.
— Эй, — зовет он, когда я собираюсь продолжить свой путь к сырному отделу, — кажется, я видел тебя раньше.
Я смотрю на него и пытаюсь вспомнить, встречались ли мы.
— Ты модель, верно? — продолжает он. — Если нет, тогда тебе определенно следует заняться этим.
По какой-то причине его невинная улыбка и нежный тон заставляют меня смеяться. Когда я поднимаю голову, откидывая волосы назад, то смотрю прямо в это милое лицо и говорю:
— Вау, это реально отстой. Это, возможно, худший подкат, который я когда-либо слышала.
Он добродушно пожимает плечами.
— Как бы ты это сделала? — спрашивает он, наполовину искренне, наполовину просто пытаясь поддержать разговор.
Я оглядываю его с головы до ног и замечаю хорошую осанку, красивое лицо и непринужденную манеру.
— Эта бейсбольная куртка, по крайней мере, на два размера больше. У тебя, кажется, хорошие мышцы, и тебе следует демонстрировать их. И никаких подкатов или, во всяком случае, ничего, что звучит так, словно ты сам не веришь в это. И сними бейсболку — ты же не на поле прямо сейчас. В ней ты выглядишь так, словно скрываешь плешь или что-то вроде того.
Он снимает кепку и склоняет голову, словно выполняет королевский реверанс.
— Мне нечего скрывать, ваша честь.
Я смеюсь и жестами показываю ему выпрямиться, когда замечаю, что люди смотрят на нас.
— Ты эксперт в этом? — спрашивает он.
— Я… научилась некоторым приемам, — снисходительно говорю я.
— Ну, скольким приемам ты можешь меня научить в обмен на кофе и круассан? Я знаю отличное место в паре кварталов отсюда.
Я убираю прядь волос за ухо, размышляя над его предложением.
— Это… прямолинейно. Властно, но не тупо. Возможно, у тебя есть потенциал, — я поражена тем, как легко все слетает с моего языка, пока не осознаю, что говорю, как Джакс. И затем еще одно осознание поражает меня — у меня получается.
Он широко улыбается, и я замечаю, как сильно сияют его глаза на фоне щетины и ямочек на щеках.
— Это значит «да»?
— Я даже не знаю твоего имени, — но я улыбаюсь, когда говорю это.
Он протягивает руку.
— Джеймс.
— Лиззи.
— Приятно познакомиться, Лиззи.
