Вышли мы с Яной вести эту программу и понимаем, что артисты не успели ни переодеться, ни накраситься. Естественно, только я шикарно выглядел сразу с трапа самолета, в мейк-апе, в прическе, в одежде, в аксессуарах, как настоящая скандальная мегазвезда. Пока все эти «плюшки» переодевались и делали себе мейк-ап, я уже был в образе. Поэтому я вышел и первый открывал концерт.
Помню, что взял в руки знамя «Единая Россия» и пошел прямо на зрителей. Весь стадион стоял на ногах. Меня очень хорошо принимали. Я с этим флагом «Единой России» дошел до зрительных рядов. С одной стороны охрана, а с другой — я и зрители. Там охрана была сильная, время было неспокойное. Я со знаменем обошел весь стадион. Люди были в шоке, все кричали, поддерживали. Такое было тепло, от зрителей шел очень горячий ореол, хотя была зима и холодно. Потом я взял чеченский флаг. С ним прошелся по стадиону. Меня не отпусками, вместо двух песен я спел пять. По-моему, зрители на мне выложились так, что артистам выступавшим после меня было сложно. Тяжело затмить такую харизму, и понятно было, что нельзя меня выпускать первым.
Перед тем как пойти на зрительские трибуны, я спросил, где сидит президент. Мне показали это место, этот балкон. Я пошел туда, думая, увижу я его или нет. Увидел я президента, и он увидел меня. Это был Рамзан Кадыров, он стоял в окружении своих министров. Все чеченское правительство было там.
После этого концерта вечером должен был быть еще один. И никакой возможности отдохнуть у меня не было. Например, артисты выступали и бежали в машину отогреваться, а мы с Яной этого сделать не могли. Мы постоянно находились на открытой площадке, вели программу, объявляли, давали интервью и автографы.
В промежутке между концертами президент Чечни Рамзан Кадыров устроил праздничный ужин для артистов. На нем присутствовали моя подруга Катя Лель, «шоколадный заяц» Нарцисс Пьер, певица Сабрина, Яна Рудковская и многие другие. Я не пью вообще, но там нельзя было не пить. Один тост подняли, второй тост, и вдруг Рамзан говорит:
— Сейчас скажет тост Сергей Зверев.
Наливает мне небольшую рюмочку водки. А я возмущаюсь:
— Что ж так мало налил, как полсобаки?
Он тогда берет огромный стакан стеклянный, как для коктейлей, очень высокий, и наливает его до краев, мне даже показалось, что с горкой, как мороженое. Все замерли. Я встал, взял этот стакан. Произнес тост. Все чеченцы встали, когда я тост говорил, он очень важный получился. После тоста выпил водку, залпом, как минеральную воду без газа. Поставил на стол стакан. Вокруг тишина. Я сел и говорю Сабрине, чтоб не спускала с меня глаз. Она все поняла. Потом нам несколько раз еще по чуть-чуть налили, мы подняли еще несколько тостов подряд. Впереди концерт, а отдохнуть и в себя прийти возможности не было. Помню, сидел уже под конец этого ужина и думал, что же будет.
Ужин закончился, мы с Сабриной встали. Я «ровно» шел, красиво. Артисты все поняли, что меня надо выручать. Ясно было, что я не могу выйти в начале и в середине. Хорошо бы, к концу привести себя в порядок. Сабрина довела меня до гримерки, и я просто рухнул возле унитаза. Когда артисты пели, меня мутило особенно под Сабрину. Когда она запела, я еще подумал, как же хорошо поет, как же под ее песни хорошо меня чистит.
Когда выступал «шоколадный заяц» Нарцисс Пьер, в перерывах между песнями он спрашивал, как я там, а девчонки говорили, что нереально, еще не сможет выйти. Катя Лель выступает и тоже спрашивает со сцены глазами, а ей показывают из-за кулис, пой, мол, еще; он пока никакой. Пока Катя тянула время, как могла, я окончательно пришел в себя, принял душ, сделал мейк-ап, оделся и как ни в чем не бывало трезвый вышел на сцену. Звезда в шоке!
Спел я все свои песни, последнюю — «Цыганочку» — попросили на бис. Но на нее у меня уже не оставалось сил, а Рамзан сам просит, и все окружение президентское просит. Делать нечего, собрался и запел. В этот момент Катя поняла, что мне п…ц наступает, вышла на сцену и начала плясать, поддерживая меня, потому что я уже еле стоял на ногах. Меня сильно развезло от софитов, от этого яркого света и тепла. Спели мы, но тут, как назло, у меня на бис еще одну песню просят. Это была песня «Небеса», которая очень нравится Сабрине. Я тогда Яну Рудковскую глазами подозвал, она вышла и танцевала со мной медленный танец, пока я пел. Когда я допел, Яна довела меня до гримерки, и больше я в этот вечер выйти уже не смог.
В гримерке меня просто вырубило на какое-то время. Оклемавшись, я кое-как вошел в образ и посмотрел выступление местной «фабрики звезд». У меня был просто шок, как они поют — это нереально круто. Это настоящие артисты. Все, и ребята, и девушки с харизмой, с голосом. Я смотреть не могу на бездарность. А в местной чеченской «фабрике» я просто растворился. Там нереально красивое молодое поколение, очень талантливые местные артисты. С мощными голосами, вот что значит здоровая нация.
Вообще, когда я в первый раз с концертами попал в Чечню, то был поражен: там нет детских домов, там нет домов престарелых. Это признак здоровой нации, когда люди не бросают своих отцов и детей. Оказывается, президент Чечни издал указ за здоровый образ жизни, за здоровье. В этой стране никто не курит. У них молодежь не пьет. Это очень важно, когда здоровое общество, здоровая, красивая молодежь. Когда я приехал на их центральную площадь и увидел этих молодых людей, мужчин и женщин, юношей и девушек, то было видно, что это очень здоровая красивая, сильная нация.
Первый концерт, который я дал в Чечне, — мое самое незабываемое и яркое выступление в жизни, хотя на нем я чуть не окочурился. Потом мне президент Рамзан Кадыров лично сказал, что ему очень понравилось мое выступление. Я очень рад, что с ним познакомился. Рамзан — очень сильный человек. Он за короткое время поднял свою страну буквально из руин до достойного уровня. Смотришь и глазам не веришь, ведь это невозможно было сделать за такое короткое время. Так выстроить город, дать людям, которые потеряли жилье, новые дома. Там просто у всех есть свои дома, свои новенькие квартиры. В городе полно магазинов, бутиков, парикмахерских. Город отстроен так, как будто его никто и никогда не трогал. Для меня это был просто шок. Город с сильными, гордыми людьми.
После этого выступления я еще несколько раз возвращался в Чечню. Каждый раз давал там по два концерта.
Мечтаю спеть песню о дружбе народов России и Чечни, и о моем друге Рамзане. Лучше петь, дружить, строить, созидать, чем воевать и разрушать. Рамзан, клянусь, скоро спою эту песню. Назову ее «Родина», в честь нашей дружбы.
Люди устали от войн, от негатива. Всем хочется пожить в радости и достатке. Был бы сейчас жив мой папа и брат, они бы за меня порадовались, да и мне было бы полегче. Одному тяжело.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
