Она накрыла на стол, поставила большую плоскую тарелку с красиво разложенной едой, пока Егор ходил в ванную мыть руки. Денис отказался составить Егору компанию, сославшись на сытость.
– Ну что? – спросил Егор, принимаясь за еду. – Беседа с Вениамином Андреевичем состоится?
– А то как же! – ответил веселеньким таким тоном Денис. – Его мои ребята часа два назад доставили в одно симпатичное уютное место, где он и сидит, ничего не понимая.
– Тогда почему мы сидим не там? – спросила Вика.
– Пусть мальчик дозреет, – продолжал веселиться Денис. – Его нежно взяли, ничего не объяснили, надели наручники и ушли. Нервная система у доктора слабая, сейчас он, наверное, уже плачет, а часа через полтора будет готов петь соловьем, признаваясь во всех своих грехах, по ходу сдавая всех сообщников.
– А куда Степку девать, пока мы будем с ним беседовать? – спохватилась Вика.
– Степан поедет ко мне в гости, – ответил Денис. – У меня двое сыновей, погодки: одному шесть, а второму пять. Думаю, скучать они не будут.
– Может, лучше к моим родителям? – предложил Егор.
Вика тут же напряглась. Вот уж нет! Ни к каким таким родителям Егора Дмитриевича она Степку не пустит! Бабушка, дедушка, ахи, охи, укоризненные взгляды на непонятную мамашу, расспросы. Да пошли они дружно, всем семейством Князевых куда подальше!
Нет уж, спасибо, обойдемся!
– К твоим нельзя. Вике со Степаном лучше уже завтра с утра поменять место пребывания. Как я и предполагал, организация эта серьезная, служба безопасности у них толковая, если не сказать больше. Уже сегодня они выяснят, кто отец Степана. То, что вы быстро сделали обследование, – это очень хорошо, но то, что вы нарисовались втроем у тебя в клинике, плохо. Теперь они будут знать, что Вика пришла к тебе. Кстати, результаты анализов получены?
– Не все, некоторые пришли вечером. По этим анализам полный порядок, – сказал Егор. – А в клинику они просто так не попадут, и им никто ничего не скажет.
Денис махнул рукой на Егора, как на неразумное дитя, и поморщился:
– Не обольщайся. У вас ведь не стратегический объект, придут как обычные пациенты, а задавать вопросы они умеют, в их службе безопасности половина бывших, конторских.
– Да зачем им это? Ну, выйдут на Егора, проследят, убедятся, что меня здесь нет, и успокоятся. Зачем кого-то расспрашивать?
– Вика, они профи и ничего не будут делать наполовину. Проследить за ним они, конечно, проследят, но опросят друзей, коллег по работе, родственников, и сделают это так тонко, что те даже не поймут, что рассказали.
– Значит, завтра они узнают, что я в Москве, – рассуждала Вика, – что мы сделали обследование и я убедилась, что Степик здоров. Они поймут, что я действую, и быстренько обрубят концы, через которые я к ним попала, просто убрав с работы на какое-то время участковую и Вениамина Андреевича.
– Не совсем так, – возразил Денис. – Завтра Егор расскажет на работе, что вы не общаетесь, несколько лет вообще не виделись, а тут вы неожиданно появились, попросили провести обследование сына, получили результаты и скрылись в неизвестном направлении, ничего не объяснив. Они убедятся, что вы скрываетесь и боитесь кому-либо рассказывать о своих подозрениях. Ни родные, ни Егор, ни друзья не знают, где вы и почему прячетесь. Им это только на руку.
– И станут нас искать еще усерднее.
– Да, – согласился Денис, – но теперь, если вас найдут, вы со Степкой из их цеха по пересадке уже не выйдете. Оба.
– Значит, надо, чтобы они нас не нашли, – не испугалась Вика.
– Не найдут! – сказал Егор.
«Симпатичным местом», где уже почти четыре часа сидел Вениамин Андреевич, прикованный к батарее, оказалась обшарпанная комната в доме, предназначенном под снос, откуда выселили всех жильцов. Комната была совершенно пустой, за исключением четырех стульев, специально принесенных ребятами Дениса, охранявшими доктора.
С него сняли наручники и посадили на стул. Вика поставила второй стул напротив него, села и поздоровалась:
– Добрый вечер, Вениамин Андреевич.
– До-добрый, – ответил он, заикаясь и позеленев от ужаса.
– Говорят, вы навестили моих родных. Зачем? – нежненькой барышенькой спросила Вика.
Он сглотнул, затравленно посмотрел на Дениса с Егором, перевел взгляд на Вику и постарался взять себя в руки, у него почти получилось, он, немного приосанившись, даже попытался отчитать ее:
– Виктория Борисовна, зачем вы ушли из больницы? Мальчику срочно нужна операция!
– Стоп! – оборвал его Денис. – Начнем сначала. Вы разве не поняли, что находитесь здесь потому, что Виктория Борисовна знает, что ее сына хотели сделать донором? Сейчас вы подробненько расскажете: от кого вы получаете приказы, куда отвозите детей, как находят доноров? Ну, много чего расскажете бойко, весело и толково. Правда, Вениамин Андреевич?
– Но я ничего не знаю!! – взвизгнул Вениамин Андреевич, и его пухленькие щечки колыхнулись и покраснели.
– Ну, как же не знаете, куда-то вы же отвозили детей, – мягко, почти любовно спросил Денис и, резко изменив тон, почти крикнул: – Куда?
Щечки опять колыхнулись и поменяли окрас с красного на землисто-серый.
– Но я действительно не знаю, – пискнул доктор. – Я должен был привезти, оформить и сопроводить материал из больницы!
– Что сопроводить? – наклонившись к нему, пугающе тихим голосом переспросила Вика.
– Ма-а-атериал, – переведя полный ужаса взгляд с Дениса на нее, проблеял Вениамин Андреевич.
– Ах ты, хорек жирный!! – закричала Вика и одним быстрым движением, на которое не успели среагировать мужчины, кинулась к нему.
Она вцепилась Вениамину в горло, стул, на котором он сидел, перевернулся, и они упали на пол. Он визжал фальцетом, пытался оторвать ее руки от своего горла, бил толстыми ногами по полу, выворачивался. Несколько раз он почти скинул ее, но Вика, ничего не видя вокруг, сжимала сильнее и сильнее его горло, она встала одним коленом на пол, а вторым уперлась ему в живот, лишив свою жертву возможности вывернуться, действуя неосознанно. Фальцет перешел в хрип, его лицо налилось сизо-красным цветом, руки судорожно хватали Викины запястья, пытаясь освободиться.
Денис с Егором спокойно смотрели и некоторое время не делали попыток остановить происходящее. Когда хрип доктора перешел в сипение, Денис сказал:
– Все, Вика, хватит, ты его задушишь, но скорее он помрет от страха!
Вика не слышала, у нее крутилось в голове: «Материал, материал…»
– Вика! – повысил голос Денис.
Егор взял Вику за талию двумя руками и сильно дернул вверх. Она не выпустила горло гаденыша из рук и потянула сипящего Вениамина Андреевича за собой.
