своего нового бойфренда.
Я пока не говорила ей, что мой «бойфренд» – босс, чтобы не выслушивать ругательства. Игнат обидел Люську, когда меня искал, и теперь она его ненавидела.
– Черт, – отвечаю я, – ладно, давай.
Вряд ли Игнат согласится пойти со мной на встречу с подругой. Зачем ему это?
– Всё, заметано, – говорит Люся. – В «Якудзу» пойдем.
– Окей.
Прощаюсь с ней и иду покупать комплексный обед. Лозовой дал мне карту лояльности рестика, по которой выдаются два стандартных бизнес-ланча. Так что голодной не останусь.
Приношу обед в кабинет и расставляю боксы перед шефом. Он говорит с кем-то по телефону, но это не мешает ему протянуть руку и погладить мою задницу. Теперь я могу носить юбки без опаски, какое счастье и облегчение. Для меня, если брюки – то джинсы. А джинсы в офис нельзя, босс ввел дресс-код.
Забираю свою еду и иду к своему столу.
– Стоять! – орет Игнат. – Ты куда?
– Обедать за своим столом.
– Нет уж, садись напротив. И дверь запри, – добавляет со странной улыбочкой Чеширского кота.
Только не говорите, что он собрался приставать ко мне здесь! Сколько можно вообще? Какой-то маньяк, ей-богу.
Едим суп и переглядываемся – то он на меня посмотрит и отвернется, то я на него.
– Ешь быстрей, – говорит он, – а то времени не останется.
– На что? – интересуюсь, отложив ложку.
– Как на что? На секс, – улыбается довольно.
– Нет, Игнат Романович, – говорю твердо, – ничего не получится. Мы на работе. Это для меня неприемлемо.
– Еще как приемлемо. Я еле дождался обеда, хотел тебя дернуть еще часов в десять.
– Так, послушайте… На работе я буду выполнять только рабочие обязанности, а вот после окончания раб…
Договорить не успеваю, Игнат подскакивает с кресла, сдергивает меня со стула и прижимает к себе. Целует в губы, и я хочу провалиться сквозь землю, потому что поцелуй получился со вкусом куриного супа. Но ему похоже на это наплевать…
Резко разворачивает к себе задом и скользит ладонями по моей заднице и ногам. Упираюсь обеими руками в его стол и пытаюсь вспомнить, что хотела ему сказать. Хотела ввести правило «Никакого секса в офисе», но он даже не желает меня выслушать. Всё, уже возбудился! Прижимается к попе своей твердью, потом трется об меня, божееее. На выходных он заставил меня кричать, а здесь придется вести себя очень тихо…
Стаскивает колготки вниз и задирает юбку мне на спину. Помнёт ведь, думаю отстраненно. Его рука ныряет вперед, под мои трусики и делает то, от чего у меня подкашиваются колени. С треском сдирает трусики, и я ахаю. Чуть не порвал!
– Ты такая влажненькая, – говорит он, страстно дыша мне в ухо.
– Потише, прошу тебя. Нас могут услышать.
– Пусть слышат.
Слышу шелест разрываемой упаковки, и босс натягивает презерватив. Вчера они у нас внезапно закончились, и теперь я немного переживаю за итоги ночного разгулья. Предлагала ему отложить секс, но куда там… Остановить голыми руками танк и то проще, чем заведенного Лозового.
– Хочу тебя бесконечно.
– Ты сумасшедший.
– Только с тобой. От кого поведешься, – дразнится он и надавливает. Член плавно проскальзывает в меня сзади, и я выгибаю спину. Волосы падают на столешницу. Хватаюсь рукой за его ногу и открываю рот в беззвучном крике.
– Ты такая сладенькая мартышка… Мне нравится быть в тебе.
Держит меня за бедра обеими руками и ритмично двигается.
– Пожалуйста, Игнат… Скорее….
Мне хорошо, но и страшно в то же время. Я слышу шаги и тихие разговоры коллег. Они совсем рядом, а мы тут… оооох. Толчок получается слишком глубоким, и я ложусь животом на стол. Так ему даже удобнее.
– Какая у тебя попка, Нат. Ты отдашь ее мне?
– Что-о? – переспрашиваю сухими губами.
– Отдашь мне попку, спрашиваю, – хрипит и слегка раздвигает ягодицы.
Он совершенно невыносим!
– Нет, – почти рычу и грубо заряжаю ему по руке.
Босс смеется и убыстряется. Потом стаскивает презерватив и кончает на тот участок моего тела, о котором только что говорил.
– Что ты наделал? – злюсь.
– Мне так захотелось, – отвечает самодовольно. И в тот же момент получает кулаком по бедру и ойкает.
Скручивает мне руки и прижимает к себе.
– Ну вот, я тоже испачкался, – говорит интимным тоном. – Это естественные вещи малышка, и тебе придется многому научиться и многое принять.
Натягивает на меня трусы, потом колготки. Распрямляет юбку, приводя меня в первоначальный вид.
– Про мой зад забудь, – говорю с вызовом, и он ржет. Заправляет рубашку в брюки и поправляет галстук.
– Не могу, – веселится босс. – Уж очень он аппетитный.
– Я Вам не шалава, чтобы…
Даже выговорить не могу, язык не поворачивается. Хотела сказать что-то вроде «давать во все места», но не намерена обсуждать с ним подобные НЕПРИЕМЛЕМЫЕ для меня вещи.
– Смешная ты, Наташка, – говорит босс и отвешивает мне шлепок по попе.
И зачем я только с ним связалась? Знала же, что жутко развратный тип. И человеческого в нем очень мало.
– У Вас есть влажные салфетки? – спрашиваю чуточку пристыженно.
– Нет. И не смей вытираться, я хочу, чтобы ты ходила так до конца дня.
– Извращенец, – шиплю, как гадюка.
– Еще какой! – не спорит он.
Как животное пометил территорию своими выделениями. Можно подумать ко мне тут очередь из самцов стоит! Фыркаю и убираю со стола посуду, стараясь не обращать внимания на липкие трусы. Какой же он гад, а! Невыносимый, озабоченный мерзавец! Скорее бы Алина вышла из больницы, и я сложу с себя все полномочия.
34
– Какие у тебя планы на вечер? – спрашивает босс часа в четыре.
Поднимаю голову от бумаг и смотрю на него честными глазами:
– Встречаюсь с подругой. Она хочет познакомить меня со своим парнем.
– И когда ты собиралась мне об этом сказать? – вздергивает бровь. – Ведь собиралась же?
Неа. Не было такого уговора, чтобы я перед ним отчитывалась.
– Вот сейчас сообщаю.
– Я иду с тобой, – говорит решительно.
– Вам не понравится место, там… м-м… дешево и вкусно.
– Тогда почему мне должно не понравиться, если вкусно? – сверлит меня зеленым взглядом.
– Эм, боюсь у нас разные критерии вкуса.
– Разве? – удивляется он. – Наши вкусы в еде совпадают на 99%. Признайся, что ты просто не хочешь, чтобы я пошел с тобой, – скрещивает руки на груди. Кремовая рубашка натягивается на бицепсах, угрожая треснуть в любой момент.
– Но Вы с Люськой не ладите, – наконец выдаю истинную причину.
– Ничего, поладим, – отмахивается.
– Ты ее обидел. Придется просить прощения.
– Ни за что, – отрезает босс.
– Тогда ты не идешь, – делаю ком из
