ему доброго пути.
Голове моей не давали покоя мысли о нашем дальнейшем обустройстве. Не зная, у кого спросить совета, я постучалась в кабинет мэтра Хаксли. Нотариус благосклонно принял меня. Я стала расспрашивать, где бы он рекомендовал нам найти постоянный очаг, ведь вечно пребывать в статусе гостей мы с отцом не можем. Добрый наш хозяин рассказал, что в городе есть несколько заброшенных строений, по разным причинам покинутых владельцами: чью-то семью напрочь выкосили болезни, кто-то перебрался в другие места. Бесхозное жильё, по закону, можно занять, уплатив в городскую казну соответствующую пошлину за строение да за землю. Он посоветовал мне самой осмотреть такие дома и приказал одному из слуг сопроводить меня по городу, указывая путь.
Я просмотрела несколько пустующих домиков, но они были недостаточно просторными для того, чтобы оборудовать в них мастерскую. Только к концу дня старания увенчались успехом. Мы дошли до одого из ремесленнических кварталов, и я, наконец, увидела то, что искала.
Как рассказал слуга, в прошлом это здание принадлежало местному кожевеннику, который по какой-то причине покинул здешние края, оставив хозяйство в ведение городской управы. Дом, построенный из местного камня с крышей, покрытой черепицей, и запиравшимися деревянными ставнями окнами, имел размеры примерно в тридцать-сорок квадратных метров. Снаружи он был окружён небольшим садом, уже довольно заросшим сорняками.
Ворота были не заперты, и мы вошли внутрь. Внутри дома стены были оштукатурены и покрашены в светлые тона. Пол в жилище оказался деревянный, а потолок балочный. Я осмотрела основные помещения: кухню, спальню и мастерскую. Маленькую кухоньку прежние хозяева оборудовали печью, столом и стульями. Спальня порадовала прочной кроватью и пустым сундуком. В относительно просторной мастерской лежали остатки кожаных полотен и пара заржавевших инструментов.
В целом, решила я, это здание можно считать простым и функциональным жильем, которое обеспечит нам с кузнецом рабочие и житейские потребности. Я поспешила домой, чтобы побыстрее рассказать отцу о своей находке.
Кузнец, уже вернувшийся от бургомистра, тоже поделился хорошими вестями. Его желание поселиться в городе, благодаря рекомендации барона, было принято благосклонно, и он получил разрешение на жительство. Я, в свою очередь, рассказала о столь нужной нам находке. Кузнец тут же отправился со мной осмотреть заброшенный дом, и, изучив обстановку, остался доволен. Предстояло только утрясти формальности и переехать.
Так я и отец обрели первую крышу над головой в городе. Вселившись в новое жильё, мы днями напролёт занимались его благоустройством. Бывшую мастерскую кожевенника кузнец переделал под свое ремесло, оборудовав всем необходимым для изготовления и ремонта оружия, а также для создания различных металлических предметов. В мастерской разместился горн, наковальня, молот, клещи, напильник и другие инструменты. Появились полки для различных видов металла, таких как железо, сталь, медь и бронза. Всё это отец на первых порах взял в аренду у гильдии, обещаясь со временем выкупить в полную собственность.
Потекли наши трудовые будни, пришли первые заказы. Староста гильдии направлял к нам тех клиентов, которых не успевали обслуживать их мастера. Оружейник работал в своей мастерской либо один, либо с помощниками, которые жаждали научиться отцовскому ремеслу.
Я старательно наблюдала за работой отца и всё больше вникала в неё. День в мастерской начинался обычно с проверки состояния инструментов и материалов. После этого кузнец приступал к изготовлению заготовок для будущих изделий. Затем они обрабатывались с помощью молота и клещей, получая нужную форму. После этого поверхность заготовок шлифовалась напильником до идеальной гладкости.
Далее отец приступал к отделке изделий. По желанию заказчика он мог украсить оружие или доспех с помощью гравировки, инкрустации или чеканки. В конце рабочего дня отец относил готовое оружие и доспехи в небольшой склад во дворе, ожидая, когда их заберут клиенты.
Пока отец работал, я тоже не сидела сложа руки. В одной из дворовых хозяйственных построек я оборудовала небольшой кабинет для приёма будущих пациентов. Я надеялась применить на благо нашей семьи все свои медицинские навыки.
И вскоре такие случаи представились…
Глава 21
Мой первый опыт городской врачебной практики случился благодаря отцу. Один из мастеров, товарищ по гильдии, случайно пожаловался на зубную боль. Кузнец поведал ему, что, мол, дочь его весьма искусна в лекарском деле и на всю округу прославилась, хвори людские исцеляя.
Так ко мне пришёл первый пациент, городской ремесленник средних лет. Его случай оказался типичным для практикующего стоматолога. Один из резцов в ротовой полости расшатался и заметно разрушился. Выходом из этой ситуации было одно - полное удаление: извлечение коронки с корнями после отделения мягких тканей и разрыва связок. Операция была несложной, и мне без труда удалось усыпить больного и безопасно извлечь проблемный зуб.
- Ну, барышня, век вам этого не забуду! – долго благодарил и кланялся оружейник, придя в себя после анестезии. – И ведь не почуял даже! Правду говорил ваш батюшка, Богом вам дар целительства дан! Руки у вас золотые, да и сердце, вижу, жалостливое. И я от души добром отплачу: всех, кто захворает, к вам посылать буду, да расхваливать. В долгу не останусь!
Щедро расплатившись со мной и ещё раз поклонившись напоследок, обрадованный ремесленник покинул наш дом. Он сдержал своё слово, и с этого дня ко мне стали приходить горожане с больными зубами. Потянулись дни, я приняла уже десятки пациентов. Молва о новой лекарне, где врачуют без боли, разошлась по городу быстро. Ко мне стали наведываться не только люди из простонародья, но и чиновники, купцы и порой даже дворяне.
Я задумалась, а не расширить ли свою практику? Что, если местным жителям лечить не только зубы, но и другие заболевания? Моё университетское образование позволяло выйти за пределы узкой специализации. Как и все студенты, я изучала анатомию, оперативную хирургию, фармакологию, медицинскую реабилитацию и много других дисциплин. Вряд ли местные лекари обладали хоть малой толикой подобных знаний. Значит, их надо применять на практике.
Вскоре такой случай и подвернулся. Однажды поздним вечером, после обычного трудового дня, отужинав, мы с отцом собирались укладываться спать. Как вдруг раздался громкий стук в наши ворота. Кузнец вышел во двор, чтобы отпереть, и вскоре вернулся в сопровождении прилично одетого незнакомца.
- Не вы ли будете та самая Лира Лидс, которую молва называет врачевательницей? – учтиво обратился ко мне гость. – Я дворецкий графа Хэмфри де Богуна, и прибыл к вам по неотложному делу. Господину моему нынче совсем худо стало. Недуг живота его сильнейший схватил. Боли адские, боимся, как бы не преставился, упаси Господь!
