– Джереми, а не ты ли учил ее, что если бы не было ковра-самолета, то существование самого самолета оставалось бы под вопросом? А Чапек с его «Средством Макропулоса»? Самая давняя мечта человека о вечной молодости, начиная еще с Древнего Египта. А может быть, и она уже реальность, но не для всех, – мама чуть заметно улыбнулась.
Я слушаю спор родителей и чувствую, как напряжение отпускает Мориса.
– Мистер Балантен, – папа останавливается напротив нас, – вы можете встать на мое место? Я – инженер, авиаконструктор, уже в возрасте, гожусь вам в отцы. Вы бы поверили?
– Неужели ты не видишь, Джереми, бедный мальчик растерян не меньше нашего. Столько перенести в жизни, да на его плечах груз, непосильный для обычного человека! Поставь бутылку бренди на место! Представляю, как он ожесточен, а какой характер! Ждать, что тебя ожидает вечность, и не потерять рассудок!
Брови Мориса удивленно и трогательно дрогнули. Милый Морис, давно тебя никто не называл бедным мальчиком. Но, по-моему, ему самому это начинает нравиться. Он расслабился и вальяжно развалился в кресле. Да он забавляется! И голос у него веселый и даже какой-то жизнерадостный.
– Ты права, Гленда, – родители изумленно взглянули на нас, они ведь еще не знают, что он умеет читать мысли, – вот уже лет восемьдесят меня никто не называл мальчиком. Благодарю вас, Сьюин, это очень трогательно. И вечности, предстоящей мне, я даже рад. А вот кто кому годится в отцы, Джереми, я бы еще поспорил!
– Гленда-Сью, налей мне все-таки выпить… Он еще издевается! Хорошо, – папа делает большой глоток, – тогда поговорим о страшилках. Если вы действительно вампир, раз уж вам так нравится, то должны питаться кровью. И как нам прикажете к этому относиться, уважаемый Мастер?
– Готов прямо сейчас продемонстрировать, как я это делаю.
Нет, Морис смеется, любит же он попугать нас, смертных. А еще говорил, что его это уже давно не развлекает. Не мальчик – мальчишка! Папа театрально вскинул руки:
– Ну уж, увольте! Вот только кровопролития нам и не хватало. На спор я тоже могу выпить пару стаканчиков бычьей крови. Фр-р, мерзость! Завтра и проверим!
Морис плавно поднялся, его глаза похожи на два осколка черного льда. Голос даже не дрогнул: беспощадный, тихий до шепота, почти утробный, подчиняющий до оцепенения:
– Я питаюсь только человеческой кровью! – Мама побледнела, почувствовав наконец в его словах правду. – Но никого не убиваю и не обращаю в себе подобных. Причинять людям вред нам запрещено Законом, и я к тому же обязан это контролировать.
Папа, нахмурившись, подошел к Морису и взглянул ему прямо в глаза. Мастер тут же отвернулся.
– Я все равно не хочу до конца верить в то, что здесь наговорили, мне проще считать это болезнью. Как она может называться – вампиризм? Есть такое понятие?
– Это называется порфирией. Генетическое заболевание крови и тканей организма, – уточнил Морис. – Только истинного его объяснения так до сих пор и не найдено.
– Все, на сегодня хватит, пойдем спать, Сьюин!
Я с грустью смотрю вслед удаляющимся родителям. Отлично понимаю, что не так просто поверить, не то что принять, неоспоримый факт существования вампиров в целом и Мориса, не совсем человека, в частности. Мне на это понадобился не один день. А у мамы с папой и этого времени нет.
Морис молча кивает моим мыслям. Ему не меньше моего необходимо, чтобы мои родные правильно оценили ситуацию. От этого зависит и наше благополучие тоже.
Наконец-то в нашей комнате я отдаюсь во власть шелковых губ, сильных нежных рук. Растворяюсь в неге, наслаждаюсь. И чем больше я возбуждаюсь, тем теплее становится его тело, его сердце начинает биться чаще, в унисон с моим. Сплетение наших тел – гармония любви…
А это еще что значит? Черт возьми, да он смеется, уткнувшись мне в плечо! Ах, он слышит, о чем говорят родители! Спрятать подальше чеснок, убрать серебряные ножи и вилки… Ой, папа, мама, если бы вы знали, какой роскошный серебряный сервиз в доме Мориса в Лос-Анджелесе! Обсуждают фильмы про вампиров… Спорят, существует ли реально тот, с кем они только что сидели за столом… Действительно смешно! Я в детстве считала, что в кентервилльском привидении нет ничего странного. Американцы со своим прагматизмом опередили старушку Европу, напичканную суевериями. Вот и папа с мамой думают не о том, как бороться с вампирами, а как не доставить Морису неудобств и проблем.
Зажимаю ему уши ладонями. Прекрати подслушивать и займись наконец-то мной.
8
Только на ферме может быть такое доброе утро! Птицы стараются на все голоса. Слышны знакомые с детства звуки: мычание телят, стук топора, кудахтанье кур. А мой любимый вампир спит. Ну и пусть это его любимая поза, по крайней мере, не храпит и не ворочается, стаскивая с меня одеяло. Вот я наверняка его беспокою. Еще бы, сто шестьдесят лет засыпать и просыпаться одному – конечно, это гораздо привычнее. Только не делай для нас разные спальни. Я верчусь с боку на бок, только когда путешествую во сне, да и то встаю и начинаю записывать.
Спускаюсь вниз. Пусть Морис еще поспит спокойно. А ты, Гленда, в последнее время спишь мало, много волнуешься. И ничего странного! Как все невесты перед свадьбой, да еще в церкви. Ведь с Майклом мы только расписывались в мэрии.
Для меня не составит труда поменять режим дня. Я люблю ночью поработать. А ночь – это день вампира. Позже мы с родителями перечитаем записи, которые вела миссис Балантен. Это гораздо полезнее, чем дурацкие фильмы и глупые домыслы.
Все разошлись по делам. Чашечка кофе, и пойду на ферму, поздороваюсь с ребятами. Зайду к миссис Куэйт, занесу ей свою последнюю книгу.
Потом приготовлю на обед что-нибудь вкусненькое. Бульончик из свежей индейки понравится Рею и, может быть, Морису. Издалека слышно, как смеется в телятнике Рей. Ну, конечно, он здесь со своей подружкой – Энджелой Куэйт.
– Доброе утро, милый, здравствуй, Энджи, привет, ребята! Нет, свадьба не здесь, а в Лос-Анджелесе. С женихом еще познакомитесь… Праздник в поселке? Придем… Морис верхом на быке? Думаю, он укротит его взглядом… Люси вышла замуж? Зайду поздравлю… Когда папа проснется, мы тебя найдем, Рей. Только не лезь под ноги лошадям.
Иду обратно к дому, надо заняться делами. Можно начинать новую книгу. По утрам вполне могу работать, приглядывая за сыном. Интересно, как это – быть женой Мастера вампиров? Да, записи миссис Балантен! Надо прочитать кучу литературы, запомнить терминологию. Морис, думаю, подберет мне книги или сам расскажет. А вот после свадьбы можно ли будет взять Рея с собой в Дак-Сити? Ему очень хочется быть вместе с папой и мамой. Я-то с него глаз не спущу, а Морис должен гарантировать нам безопасность. Ему необходимо отслужить полицейским еще полтора-два года, а потом мы сможем перебраться в другое место. Салат готов, бульон уже на подходе, пирог – в духовку. Фасоль со свининой очень ароматна! Плетеное кресло на поляне, книжка. Как хорошо дома! Кто это хулиганит? Попасть прямо в нос сломанной пуговицей! Морис проснулся! Стоит в проеме окна обнаженный по пояс и улыбается! Замахала обеими руками. Я когда-нибудь говорила ему, какой он красивый? Да тысячу раз!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
