нему.
Привстала на носочки и, положив ладони на мужскую грудь, чмокнула графа в подбородок.
О! А кому-то понравилась моя импровизация!
Лиам судорожно вздохнул и снова обнял меня, только теперь уже бережно, а не так, будто из меня соки нужно выжать. И накрыл мои губы своими...
Возникло ощущение, что мой весьма деятельный и активно мыслящий мозг застыл. На меня нахлынули непередаваемые и яркие ощущения.
Поняла, что мне очень понравилось чувствовать мягкость его губ, дразнящие ласки языка, крепкие, но бережные объятия. Я так крепко вцепилась в его рубашку, будто вот-вот упаду. Но знала, что это не так. Не сразу осознала, что целую Лиама в ответ. Жар вспыхнул молниеносно, будто мы горючая смесь, а в нас бросили горящую спичку. Тело воспламенилось.
Каждый мой нерв стал похож на оголённый провод под высоким напряжением.
Поняла, что мне нравится его запах (не тогда, когда он становится мохнатым), а вот как сейчас... Лиам был горячим, в прямом смысле этого слова. От него исходил жар, как от палящего знойного солнца. И этот жар смешивался со свежестью дождя и тумана. У него был потрясающий запах. И на вкус он был, таким... восхитительным и пьянящим, как осенний глинтвейн.
Физические ощущения смешались с моими эмоциями и тем фактом, что я ему понравилась, что он запал на меня. И вот мне уже скрутило низ живота, и, чёрт побери, очень сильно захотелось клубнички...
И возникла мысль: «А может, правда, не уезжать? А может, лучше прямо отсюда сразу в спальню?»
Не успела решить эту задачу, как Лиам прервал поцелуй, прислонился своим лбом к моему и прошептал:
- У тебя ровно десять секунд, Аврора, иначе я тебя не отпущу...
И эти слова подстегнули меня разорвать объятия, сделать шаг назад, хотя так не хотелось... И холодно вдруг стало...
Я улыбнулась мужчине и поняла, что эта недолгая разлука для меня и для него будет сладким испытанием. Что-то есть особенное, таинственное и предвкушающее в этом состоянии. И какой же трепетной и сладострастной будет наша следующая встреча? Что ж, пусть Лиам думает обо мне, представляет, чтобы он сделал со мной, если бы я осталась...
А чтобы усилить его желание и не позволить мыслям обо мне покинуть его светлую голову, по приезду домой напишу ему письмо... сексуальное... Распишу свою фантазию. Надеюсь, он не будет шокирован моей откровенностью?
Чтобы проверить, что граф действительно не ханжа, я сказала томным голосом:
- Лиам, я буду думать о тебе... Твоих губах... Твоих руках... О том, как бы твои руки сняли с меня это платье...
Янтарного цвета глаза мужчины как-то резко потемнели… Лиам замер, будто закаменел весь. Даже дышать перестал. Он гулко сглотнул и открыл рот, чтобы что-то сказать, но с его губ сорвался лишь сдавленный стон. И я не смогла не заметить, как кое-что выпуклое стало вдруг таким большим... О-о-о...
- До скорой встречи! - пропела я.
На этой позитивной ноте забралась в салон экипажа, слуга закрыл дверцу и похлопал по крыше повозки.
Я уехала домой.
* * *
Не смогла не остановиться у тех самых кустов с розами, которые по словам графа, ужас, какие они опасные, вплоть до смертельного исхода. Улыбнулась, когда увидела свой пояс-ленту. Его я крепко повязала на ветках колючих кустов.
Кучер ворчал, что, мол, нельзя останавливаться, что граф ему все конечности оторвёт... Я ответила, что графа здесь нет, а раз его нет, значит, я главная и меня нужно слушать.
Кучер продолжал бухтеть себе под нос, а я покопалась в своей сумочке, куда заранее на дно уложила садовые ножницы и тканевую сумку. Надела перчатки (садовых с собой не было и пришлось пожертвовать красивыми лайковыми).
Прежде чем приступать к обрезке, полюбовалась диким, даже зловещим, но таким красивым розовым кустом и сказала вслух:
- Ты прекрасна. Твои цветы божественны. И аромат...
Вдохнула сладкий запах и не сдержала стон:
- Ммм... Прелестно. И чего Лиам на вас наговаривает? Хорошие и красивые цветы, природное украшение любого места. Так-с, приступим.
Погладила ветки и произнесла:
- Я сейчас аккуратно срежу несколько побегов. Не забавы ради, а для дела. Цветы — моя жизнь, так что... Только не сердись сильно. Я сделаю всё быстро. И рука у меня лёгкая.
Закусила кончик языка, и со знанием дела начала искать здоровые ветки с черенками.
Кусты были густые, колючие, мне даже показалось, что они пытались обвить мои руки, как вьюны. Но со мной этот финт ушами не пройдёт, я мягко, но уверенно отводила от себя эти назойливые ветви. Немного поцарапалась, колючек было много и все они острые. Но я всё равно сделала, что хотела - срезала два здоровых побега с куста. Потом из середины ветки нарезала черенки. Нашла такие, чтобы на каждом было по три почки.
После этого достала из кармана нож и сделала срез наискосок, сверху - прямо, на пять миллиметров выше почки. Оборвала нижние листики, оставшиеся отрезала наполовину. Этот метод уменьшает испарение влаги.
У меня с собой были две небольшие фляжки с водой. Но горлышко у них узкое.
Озадачила кучера и чуть ли не запрыгала от радости, когда он явил мне металлическую кружку. Налила туда воды и поставила в кружку черенки.
К огромному облегчению и радости кучера мы тронулись дальше в путь. Остановок больше не делали. Дорогая вышла лёгкой, быстрой и неутомительной.
Немного дождик покапал, и это все события за всю мою поездку обратно домой. Зато по пути я поняла, что не поговорила с Лиамом о свадебном торжестве. Точнее, о гостях, которых с моей стороны будет, ой, как немало.
А ещё платье... И его костюм... Наша одежда должна сочетаться.
А свадебные украшения? Кольца не выбраны. Меню не обсудили. О приёмных детях граф чётко дал понять — его зверь их не примет. Скорее всего.
По факту, я ни шиша не сделала!
Хотя...
Если подумать, то на самом деле я сделала самое главное - навела мосты с самим графом Найтмэром. Не явись я заранее, а, как и было оговорено в сопровождении министра, то я уверена на сто процентов, у нас с графом не случилось бы дружелюбного диалога.
А не случилось бы контакта из-за госслужащего. Чёртов министр неустанно стоял бы над душой. В принципе так и будет. Зато Лиам уже примерно знает, кто я такая и что я совершенно нормально отношусь к его особенности с этим оборотничеством. Главное, противоаллергическим запастись на сто
