— Я говорила не об этом. Какие просьбы нужно отправить богам? Ты знаешь?
Пришлось вспоминать, что там бормотала рехет. В деревне бывали раны и переломы, она их лечила. Видимо, придётся фантазировать.
— Прикажи отнести господина Саптаха в святилище Птаха. Там он будет ближе к своему ниути. А мне надо попробовать составить текст обращения.
А что делать? Поздно отказываться, когда уже ввязался в бой. С меня спросят теперь, я же не сказал ритуальной фразы лекаря: «Эту болезнь я не смогу излечить», — значит, взял вину на себя.
Глава 9
Ох, наверное, рассердилась на меня жена Саптаха, когда увидела, как я пошёл в свой угол и растянулся на лежанке. Неферу ведь не знает, что в подголовнике лежит пластина с заклинанием. Как ей догадаться, что я не маюсь дурью, а вспоминаю, что бормотала деревенская знахарка?
Уж не знаю, что помогло больше — расслабленное состояние или в самом деле от амулета исходит что-то магическое, но я и действительно кое-что вспомнил.
Рехет начинала волшебные формулы со слов «Я бог такой-то», а пациента называла «Он бог такой-то». Правда, это каждый раз были разные имена. Наверное, в этом есть какая-то логика, есть связь с диагнозом или временем суток. Если и есть, то мне она непонятна.
Так что свою волшебную формулу я начал с отождествления себя с Тотом, а Саптаха с его ниути — Птахом. Честно говоря, было трудно. Не подобает человеку звать себя божеством, но я нашёл некоторый компромисс со своей совестью: в каждом человеке есть искра божьего творения, так что на уровне осознания и веры принял замену с «я — бог» на «бог во мне». Это и уже вовсе не кощунственно (не демона же впускаю), и не меняет сути ритуальной формулы.
А вот с тем, что дальше — есть затруднения.
Когда односельчанина боднула корова и на его голове образовалась рваная рана настолько глубокая, что скальп болтался, рехет говорила что-то вроде такого:
'Изыди враг, который в ране,
Выходи дух, который в крови.
Соперник Гора по обе стороны рта Изиды.
Эта крепость не падет,
Нет врагов изнутри.
Он под защитой Изиды,
Спасёт его сын Осириса'.
(авт.: из папируса Смита)
Только я не могу относиться к этому серьёзно. Возможно, есть и такие случаи в таком-то странном мире, но я-то знаю, что вызывает воспаления. Никак не могу себе представить, что уродливые существа, ходящие на голове, могут быть иносказаниями для патогенных микроорганизмов.
Без веры никакая магия не сработает. Магия — это механизм, вера в себя и в результат — это то, что управляет этим механизмом. Если ритуал построен по чуждым тебе схемам, в нём есть непонятные тебе пласты смыслов и контексты, то ничего не получится. Так что надо придумывать что-то своё. То, что мне самому покажется убедительным и способствующим исцелению, но в то же время должно быть в стиле, понятном местным. Не жителям, а богам, ими порождёнными.
Символизм должен быть понятный для меня, не до конца принявшего древнюю реальность с её мифологическим типом мышления.
Потёр камень-черновик о землю, стирая уже написанное, когда увидел, что Саптаха волокут в святилище. Надо сменить подход. Написал так:
«Перед взором творца богов и людей Птаха я становлюсь божественным врачом Тотом, а тот, на которого я возлагаю руки, становится Гором», — вот так будет правильно.
Глаз Гора имеет исцеляющую силу, а сам он покровитель медицины. Хорошо бы мне назваться Имхотепом, он вовсе провозглашён богом медицины, но уж лучше пойти по отработанной схеме, раз я седой. К тому же, и Джехути связан с медициной.
А дальше должны быть слова, подтверждающие то, что всё выполнено правильно, что лечебные процедуры не просто фантазии, а соответствуют маат. Что лечением занимался не мальчишка из деревни, а крутой профессионал:
«Я пришёл из Гелиополя со старцем из храма, правителем вечности; я пришёл из Саиса с матерью богов. Они дали мне свою защиту. У меня есть формулы силы, составленные владыкой вселенной, чтобы изгнать недуги, которые находятся в ранах и в крови. Я Джехути, кто научил людей письму и составлять книги; я даю Имхотепу и знающим силу лечить. Говорю: „Я, Джехути, спасу его от врагов и буду его проводником. Того, на кого возлагаю руки, того, кого любят боги, сохраню в живых“».
(авт.: в Саисе распространён культ Нейт, в Гермополе — Атума, «всё и ничто», изображался усталым старцем)
Не знаю, насколько хорошо составлена формула. Вроде есть противоречия между первой и второй частью, Гор и Имхотеп не одно. Да только не в древнем мышлении, суммирующем свойства, а не противопоставляющем. Не буду ничего заменять, так даже лучше, если в словах будут два символа: Гор как символ возрождения, и Имхотеп, как лекарь-мудрец.
Лично я бы лучше посоветовал отслужить службу за здравие, да поставить свечку святому Пантелеймону, да боюсь не поймут меня. Я и сам себя не пойму.
Сказано же, что воздастся по вере. И сейчас, когда до рождения Пантелеймона ещё тысячи лет, как-то не кажется мне эта идея здравой.
Но ведь суть-то та же, так? Свечка святому и подношение как Имхотепу. Велика ли разница?
Однако, местные традиции я всё-таки нарушил. Мало эпитетов богов указал. Египтяне считают, что сущность богов напрямую познать невозможно слабым человеческим умом, их не описать простенькими человеческими словами. Поэтому чем больше эпитетов укажешь, тем ближе подберёшься к сути божества. У Сехмет их сотни, насколько я знаю, только она к нашему случаю не подходит — никаких эпидемий и неведомых хворей нет.
Когда я шёл в святилище Птаха, то опять почувствовал объятие крыльев неведомой сущности. Посчитал это добрым знаком. Значит, всё правильно делаю.
Когда вошёл туда, то заметил, что компания расширилась. Собралась вся семья. Не знаю, где были остальные раньше, видимо вернулись откуда-то. Нефернен, наверное, учился в храме в Элефантине. Канефер занимается делами, вроде бы что-то торговое, но в детали меня не посвятили. А Миут даже предположить не могу, где могла быть. Я всегда считал, что она при матери и отце должна быть, если не замужняя. Наверное, у подруг сидела?
Отвлёкся. Просто не нравится мне, что зрителей так много. Зыркают на меня все недовольно, кроме Неферу.
Я их понимаю. Доверили важное дело мальчишке двенадцати лет. Кто в это поверит? Это же фактически безумие. Однако Саптах одобряет. Он очнулся, видать, мандрагора выводится потихоньку.
Неферу его поддерживает:
— Начинай, — скомандовала суровым голосом.
Я не
