Ловлю ее взгляд и понимаю, не умом, сердцем: я все сделал правильно, эта чудесная женщина меня искренне любит и никогда не предаст.
Дмитрий Васильевич улыбается, глядя на нас, и произносит:
— А сейчас предлагаю девочкам пойти поболтать, побаловать себя кофе с пирожными, а мы с тобой, Дима, обсудим все детали…
Эпилог
Четыре месяца спустя. Я ношусь по хрущевке, запихивая в сумки и пакеты последние вещи. В дверь раздается звонок. Бегу открывать, на пороге Ритка и мои сорванцы. Все засыпаны снегом, потому что за окном бушует метель.
— Захарова, когда ты на права сдашь и свою машину купишь! Достало уже твоим водителем быть! И нянькой! — бурчит Ритка, стряхивая с себя и детей пушистые, быстро тающие снежинки.
Виновато улыбаюсь в ответ и возмущаюсь.
— Ритка! Я уже несколько дней как не Захарова! А что касается машины, ну… какие мне курсы! Ты что забыла, в каком я положении, — заботливо кладу ладошку на совсем чуток выпирающий животик. — Я как-никак беременна!
— Берременна это врременно! — тут же орет Гоша.
— Временно, но непросто! — отвечаю я разговорчивой птице и вздыхаю.
— Нормально себя чувствуешь? — Марго смотрит на меня взволнованно.
— Сегодня да. Только устала. Но это радостные хлопоты, Ритка. День великого переезда! Я даже не готовила ничего. ДОМА поедим.
— А дети?
— Потерпят немного, лучше помогите сумки к порогу вытащить, машина через час будет. Аня, Иван, я еще ваши игрушки не собрала. Вперед! — отдаю команду близнецам.
…За этот небольшой период произошло много всего. Я развелась. Через суд, который установил размер алиментов кратным прожиточному минимуму. Потому что Кирилл остался без работы, несостоявшийся тесть дал ему пинка под седалищные мышцы, как только узнал про брачные "аферы" мамочки и сыночка Захаровых. Теперь Оленька встречается со своим ровесником и очень счастлива. Я вышла замуж. Правда, свадьбы у нас с Димкой как таковой не было. Мы просто расписались и отметили это событие небольшой компанией. Сами молодожены, дети, Дмитрий Васильевич с Любушкой, Марго и друг Димы Толян, которые были свидетелями. Кстати, они друг другу понравились и теперь встречаются. Я вступила во владение "Хлебопеком". Но быть хлебной феей мне показалась скучным. Передала полномочия мужу. Но мой Димка молодец, справляется и с хлебным бизнесом, и работу у Дмитрия Васильевича не бросает. Я забеременела, чему мы с Димкой невероятно рады. Но из-за стрессов и нервозной обстановки последнего года меня мучит токсикоз.
И да, у меня получилось забрать дом у Несси и вернуть его своим детям. Я была настолько уверена в своей затее, что в конце августа даже записала Аньку и Ваньку в ту самую лучшую гимназию, что рядом с особняком. Но они еще маленькие, чтобы ходить на учебу самостоятельно. Утром детей отвозил на занятия Димка, а после забирала Ритка. Меня подруга и муж берегут из-за угрозы выкидыша и не позволяют делать лишних телодвижений Но сегодня, за день до Нового года, этим мытарствам наступит конец. Я переезжаю в особняк, а бывшие свекровь и муж сюда, в эту квартиру. Элла Марковна, узнав, кто выкупил дом, просто буйствовала. Даже разнесла часть мебели и посуды в особняке. Потом смирилась, позвонила и запела голосистым соловьем:
– Настенька, дочка, мы же не чужие. Дом большой, комнат много, места всем хватит. А, может, еще и с Кирюшей помиритесь. Детки же у вас, о них подумай.
— Что-то вы, Элла Марковна, об этих самых детях не подумали, когда их за порог выставляли.
Несси нечем крыть такой аргумент, она молчит. А я непреклонна и продолжаю "добивать" свекровь:
— И не надейтесь ни на что, Элла Марковна. Я, между прочим, замуж вышла. Официально. Как же мы все под одной крышей, а?
— Замуж вышла?! — визжит свекровь. — Вот, значит, как ты Кирилла любила. Не успели расстаться…
— Все, Элла Марковна, разговор окончен. Ключи от съемной квартиры оставлю у соседей снизу. Вы же ее на год оплатили, так что под забором не останетесь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Настя, ну чего замерла как истукан? — ругается Ритка, возвращая меня в реальность, — вещи собраны, дети одеты. Поехали, а?
— Выходите, — отвечаю я.
Навсегда запираю дверь временного пристанища, отношу ключи соседям и сажусь в Риткину машину.
— Мама, мы возвращаемся домой? — спрашивает Ваня.
— Да, сынок.
— Навсегда?
— Навсегда…
Дома нас встречают Даша и Света. Я не стала увольнять Дарью. Конечно, язык у нее длинный, но работает она хорошо. А уж про Светлану и речи нет. Я обнимаю повариху. Она улыбается и говорит с улыбкой:
— Настя, не зря говорят, месть — это блюдо, которое подают холодным, ты его отлично приготовила. Я рада, что все так получилось.
Анька и Ванька несутся на второй этаж. Они соскучились по своим комнатам, по оставшимся игрушкам. Стас уже дома, его выдает молодежная музыка, что раздается сверху. Я вручаю Дарье клетку с Гошей, велю обустроить его в своей спальне. Привыкла к пернатому зануде, уже не смогу без него.
…Через час Света накрыла на стол и накормила всю нашу ватагу. Марго решила остаться сегодня у меня, завтра Новый год, который мы, конечно же, будем справлять вместе. Вскоре я услышала в холле голоса Димы и его друга Толика. И еще уловила запах хвои. Так и есть, Димка втащил в дом огромную и на редкость пушистую елку.
— Дим, — возмутилась я. — Не люблю живые елки, мне их жалко.
— Мне тоже! — отвел муж. — Но я не покупал ее, Настя. Мне Федор в поместье вручил. Мол, подарок к Новому году. Я не стал отказываться, пусть у нас Новый год будет самым настоящим!
— Ну тогда мужчины устанавливают лесную красавицу, а девочки наряжают! — скомандовала и отправилась в подвал, где хранились новогодние игрушки.
За время, что я жила в доме Несси, мы только пару раз справляли новогодние праздники всей семьей, когда Анька Ванька были еще совсем малы… По большей части встречали новый год за границей. Вскоре великолепная елочка украшала самый большой зал особняка. Мужчины — Ваня, Толик и Димка — занимались гирляндами, проверяли их. Мы с Анькой и Риткой стали вытаскивать игрушки из коробок. Внезапно я замерла с одной игрушкой в руке. Это был… золотой олень! Тихонько позвала подругу:
— Рит, смотри!
Та увидела, и мы дружно расхохотались, косясь на Димку. Мой муж это заметил, подошел, обнял меня:
— Девчонки, что вас так рассмешило? Олень, что ли? Вон тот снеговик намного прикольнее. Мне он больше нравится.
— А мне безумно нравится этот олень! — ответила я. — Он вот здесь, в самом центре, висеть будет.
— Как скажешь, любимая! — ласково шепнул мне на ушко муж. — Иногда ты у меня такая загадочная! Этот олень какой-то особенный?
Вот пристал, любопытны! Димке всего знать не положено, женщины имеют право на небольшие секреты. Да, я мечтала о золотом олене, но вместо этого приобрела то, что дороже всех сокровищ в мире — лучшего мужчину, настоящую любовь и безграничное счастье…
Я осторожно, с нежностью и любовью взяла в руку символичное для меня елочное украшение и аккуратно закрепила на ветке.
Конец
