Читаем без скачивания Где распростерся мрак… - Майкл Ридпат

— Вы пришли поговорить насчет Агнара Харальдссона?

— Вас это удивляет? — прищурился Магнус.

— Да нет, просто мне казалось, что вы пожалуете гораздо раньше.

В этой ремарке читался вызов и даже упрек: мол, полиция работает спустя рукава.

— Мы бы так и сделали, если бы ваша родная сестра с самого начала вела себя искренне. К тому же вам никто не мешал связаться с нами по собственному почину.

Петур иронически вздернул светлые брови.

— И на какой конкретно предмет?

— Вы знали, что Инкилейф пыталась продать «Сагу о Гекуре» через Агнара?

Мужчина кивнул:

— Да, вопреки моим протестам.

— Вы с ним встречались?

— Нет. Вернее говоря, не в последнее время. Возможно, я с ним пару раз мельком пересекся, когда сестра была еще студенткой. А с тех пор — нет. К тому же я четко дал понять, что не желаю принимать участие в переговорах насчет этой саги.

— Хотя и не возражали получить свою долю от выручки? — вмешался Арни.

— Разумеется, — сухо ответил Петур и осмотрелся. — Времена нынче нелегкие. Банкиры как с цепи сорвались. Я ведь тоже набрал разных ссуд, как и все прочие.

— Это ваш единственный клуб? — Они сидели в «Неоне» на Естурстрайти, торговой улочке в центре города.

— Нет, — помотал головой Петур. — Третий. Я начинал с «Темы» на Лейгавегуре.

— Прошу прощения, но я о нем не слышал, — сказал Магнус. — Давненько не бывал в Исландии.

— А, я так и думал, что у вас американский акцент, — кивнул Петур. — В общем, несколько лет назад «Тема» была самым популярным ночным клубом в Рейкьявике. Сам я провел несколько лет в Лондоне, учился, так сказать, премудростям этого бизнеса, но когда стало ясно, что Рейкьявик всерьез вознамерился превратиться в северную Ивису, я решил попытать счастья сам. Поначалу «Тема» была простой кофейней, но мне удалось устроить в ней танцпол… и, знаете, дела пошли в гору. Клуб вмиг стал очень популярным, а поскольку места в нем маловато, народ занимал очередь на улице. А ведь нет на свете более счастливого существа, чем семнадцатилетняя исландка в коротенькой маечке, которая в три часа ночи стоит на заснеженной улице у дверей ночного клуба.

— И что случилось с этим заведением? — полюбопытствовал Магнус.

— Да ничего не случилось; клуб как работал, так и работает, хотя уже и не столь популярен. Я вовремя это заметил и открыл «Сохо», а потом и вот этот «Неон». — Петур усмехнулся. — Наши горожане очень капризны. Надо все время опережать моду на один шаг, или пиши пропало.

От мужчины так и веяло уверенностью. Уж он-то не позволит себя задавить.

— Вы сами-то читали «Сагу о Гекуре»? — спросил сержант.

— Читал ли я?! Да я ее наизусть выучил! Во всяком случае, было такое время…

— А вот ваша сестра утверждает, будто вы сагой не интересовались.

Петур улыбнулся:

— Сейчас-то оно так и есть. А в юности… Понимаете, отец с дедом на ней словно помешались, да и меня заразили… Вы ее читали?

Магнус с Арни синхронно кивнули.

— Я обожал деда и те истории, которые он мне рассказывал. Про Исилдура, Гекура, Асгрима… Предполагалось, что когда я вырасту, то сам стану хранителем саги, так сказать, владельцем родовой тайны… Причем меня интересовала не только «Сага о Гекуре», но и все остальные сказания.

— Вы знали о том, что ваш дед нашел кольцо? — спросил Магнус.

Петур нахмурился.

— Вы это от сестры слышали? Я и не подозревал, что она в курсе…

Магнус кивнул.

— Она передала нам письмо Толкина, в котором содержится намек, что ваш дед Хегни разыскал кольцо.

— И вернул его на место, — тут же добавил Петур.

— Да-да, в письме об этом тоже сказано, — согласился сержант. Он задумчиво разглядывал мужчину. Отчетливо видно, что упоминание о кольце расстроило Петура. — Ну и почему вы потеряли интерес к саге?

Тот глубоко вздохнул.

— Мы с отцом — как раз незадолго до его гибели — спорили насчет этого кольца. Видите ли, дед перестал доверять отцу, когда тот рассказал о саге всей нашей семье. Ведь этого нельзя было делать: секрет полагалось открыть только старшему сыну, то есть мне. — В его голосе скользнули горькие нотки. — Словом, дед решил на ушко признаться, что нашел кольцо, но это случилось буквально за несколько месяцев до его смерти. Дед категорически требовал, чтобы кольцо оставили в покое. Я, помнится, жутко перепугался. Он сумел убедить меня, что, если извлечь кольцо из тайника, страшные беды обрушатся на весь мир.

— Например? — заинтересовался Магнус.

— Понятия не имею. Дед и сам толком не знал. В общем, мне казалось, это будет что-то вроде ядерной войны. Я в ту пору только-только прочел «На берегу» Невила Шюта… ну, вы, наверное, слышали: это про выживших после ядерного апокалипсиса в Австралии… Жуткая книга… Словом, на следующий день после смерти деда отец отправился в ущелье Тьоурсаудалур на поиски кольца. Я заклинал его не ходить, но он попросту отказывался слушать…

— И вы не составили ему компанию?

— Так ведь я в ту пору в школу ходил. Да и все равно не согласился бы… Отец водил тесную дружбу с местным пастором. Едва дед скончался, как отец все-все рассказал этому священнику: и про сагу, и про кольцо… И это тоже одна из причин, почему я так бесился; ведь секрет вышел за пределы рода. Пастор слыл великим знатоком фольклора, вот они с отцом и обсуждали, где следует искать кольцо. Словом, в поход они отправились вместе… Понятное дело, мать тоже была против. Она вообще считала Исилдура, Гекура и кольцо дурацкой выдумкой. Положа руку на сердце я до сих пор думаю, что отец ничего не говорил ей до свадьбы, а потом поздно стало… — Он печально улыбнулся. — Ну и, разумеется, никакого кольца они не нашли.

— А вы сами-то верите, что оно существует? — спросил Арни, пожирая мужчину широко распахнутыми глазами.

— В ту пору верил… — Петур пренебрежительно дернул плечом. — А сейчас не знаю… — В его голосе зазвучала злость. — Да мне вообще сейчас плевать и на кольцо, и на треклятую сагу. Отец свалял дурака: отправился в горы, несмотря на штормовое предупреждение, вот и упал во время пурги с утеса. Считайте, что всему виной Гекур со своим кольцом. Существовать — не существовали, а отца все равно погубили.

— Ну а как насчет вашей сестры? — продолжал допытываться Магнус. — Она-то здесь какое участие принимала?

— Да никакого, — ответил Петур. — Разумеется, Инкилейф знала о саге, но про кольцо ей никто не рассказывал.

— Вы с ней часто видитесь?

— Да бывает иногда… После смерти отца я как-то отдалился от семьи. Или, вернее сказать, дал деру. Не мог больше выносить. Отец погиб из-за кольца, а я, получается, плохо его отговаривал, не прислушался к словам деда… Конечно, а что я мог поделать? Мне в ту пору было всего пятнадцать, хотя в этом возрасте вечно кажется, будто тебе что угодно по силам… В общем, я окончил школу, уехал в Лондон. А когда вернулся, стал почаще видеться с Инкилейф. Она ужасно сердилась: ей взбрело в голову, будто я бросил мать… — Петур поморщился. — Не знаю, может, она и права…

— Как вам кажется, ее отношения с Агнаром длились долго?

— Вот уж сомневаюсь, — ответил Петур. — Хотя нет ничего удивительного, что она пришла к нему, когда решила продать сагу. — Он сощурился. — А вы что, подозреваете ее в убийстве?

Магнус пожал плечами:

— Мы отрабатываем все версии без исключения. Да и она сама не была образцом искренности, когда мы ее опрашивали.

— Так ведь она просто пыталась скрыть свою ошибку. Ей вообще не следовало заикаться о саге, и это наконец до нее дошло. Инкилейф честна до глупости, а на убийство попросту не способна. Я ее очень люблю, с детства. Она готова из кожи вылезти ради своей семьи или друзей. Из нас троих именно она присматривала за матерью, когда та умирала от рака… А вы знаете, что ее художественный салон идет ко дну?

Магнус кивнул.

— Вот поэтому-то ей и нужны деньги от продажи саги — расплатиться с партнерами. Она же во всем себя винит. Я ей сто раз повторял: не ешь ты себя поедом, бизнес есть бизнес. Если дело завяло, его надо бросить и найти себе другое, заняться чем-то еще… Но у нее иные взгляды. И вообще, нынче в Исландии все поголовно висят на краю банкротства.

Дверь в клуб распахнулась, и в зал вошла новая троица музыкантов, таща за собой кучу инструментов и электронику. Эта группа была постарше и отличалась большей волосатостью.

— Так, обождите минуту, — сказал им Петур и вновь повернулся к Магнусу с Арни: — Жизнь Инкилейф сладкой не назовешь. Сначала родной отец, потом история с отчимом, затем мать, теперь вот бизнесу наступила крышка…

— История с отчимом? — переспросил Магнус.

— Ну да. Мать ведь опять вышла замуж. За вечно пьяного скота по имени Сигурстейдн. Я его даже не видел ни разу; это случилось, когда я переехал в Лондон.