- 28 Варя -
В больницу приезжаю на следующее утро. Лечащий врач долго и подробно объясняет мне ситуацию и последствия травмы. Я слушаю, а сама понимаю, что без отца тут не обошлось. Ведь вчера я совершенно точно сама рассказала правду, как вышло, что у Мирона оказался нож в боку. Но слушая врача, складывается чёткое ощущение, что все показания мои стёрты. Даже никакого уголовного дела не завели…
После меня отводят к Мирону, но смелости зайти к нему в палату самой не хватает. Хорошо, что врач то ли не замечает моей заминки, то ли намеренно делает это - он открывает дверь, и мне приходится зайти.
Адамиди слегка поворачивает ко мне голову, а я застываю на месте. Не понимаю, что в его взгляде. Сегодня ночью почти не спала - все думала, представляла нашу встречу, искала слова или оправдания…
- Привет, - говорю, когда молчание затягивается.
- Привет.
Голос мужа звучит странно. Будто надломленно.
- Как ты себя чувствуешь?
- Хреново, - честно отвечает он. - Если собираешься закончить начатое, там, в шкафу, кажется, были ножницы, - добавляет хрипло, после чего закашливается.
- Мирон, я… Прости меня… Я не…
- Не специально?
- Ага, - киваю раньше, чем понимаю, что это такая вот шутка.
- Ничего, Варь. Теперь буду знать, что ты спишь с колюще-режущими под подушкой.
Он устало прикрывает глаза. Мне тяжело говорить - чувство вины буквально сводит с ума, мешая дышать.
- Мирон, прости меня. Я перепугалась, что… Что ты снова заставишь, и… Я не поняла, что ты говорил, поэтому среагировала, хотя…
- Забудь, Варь, - прерывает тот мой бессвязный поток объяснений. - Я понял. Сам виноват.
Безысходность накрывает меня. Я впервые вижу Адамиди таким. Понимаю, что он потерял много крови, и ему сейчас не до того, чтобы выяснять отношения. Но просто не знаю, как дальше быть.
- Может, тебе что-то привезти? Что-нибудь нужно?
- Здесь нормальное обеспечение. Не волнуйся.
- Мало ли. Вдруг нужно что-то из вещей?
- Если понадобится, попрошу брата. Расслабься, Варь. И скажи своему отцу, что к церемонии я смогу ходить сам. Пусть не кипишует.
- При чем тут он? - спрашиваю, но ответа не получаю. Зато до меня самой доходит. - Он к тебе приезжал, да?
Мирон смотрит на меня так, что все понятно без слов.
- Я не знала. Прости за него. Он, кажется, совсем потерял все человеческое.
Стыд за отца заставляет отвести взгляд.
- Я поговорю с ним. Он больше не приедет. Обещаю.
Адамиди едва заметно ухмыляется.
- Помнится, он не очень-то слушает тебя. Влезешь, снова получишь родительский урок.
Хлесткие слова попадают точно в цель. Что ж, теперь я знаю, что Мирон не побрезгует надавить на больную мозоль.
- Ну, я хотя бы попытаюсь. Поправляйся. И прости, если сможешь…
Я ухожу, но в дверях сталкиваюсь с Авророй. Та на мгновение тормозит, а меня от ее цепкого взгляда примораживает. В голове пролетают несколько вариантов развития событий, и в каждом свекровь высказывает мне, какая я тварь. Но вместо этого…
- Здравствуй, Варя. Уже уходишь?
- Да, дела, - скомканно отвечаю и трусливо сбегаю. Уверена, что Назар рассказал матери о том, что я сделала. И я просто не имею никаких сил смотреть ей в глаза после этого.
Только на улице останавливаюсь и немного перевожу дыхание. Пока иду к выходу с территории, звоню отцу:
- Если это не срочно, давай потом, - рявкает он.
- Пап, пожалуйста, не бросай трубку.
- Что ещё? Снова пырнула мужа ножом?
- Зачем ты к нему приезжал?
- А ты что, вступиться вдруг решила? - ухмыляется отец. - Или, может, любовь вдруг проснулась?
- Не трогай его, пожалуйста. Если какие-то проблемы - звони мне. Ты же сам сказал, чтобы я разбиралась с Адамиди сама.
- А потянешь сама-то, Варвара? - ехидно спрашивает он. - А то пока ты только косячишь, а разгребать мне.
Стискиваю телефон. Я дала слово и должна его сдержать.
- Я справлюсь. И спасибо, что уладил в клинике.
Знаю, что папа оценит эти слова. Он кайфует, когда кто-то зависит от него. А мне сейчас необходимо задобрить его, чтобы тот прекратил лезть к Мирону.
- Рад, что ты оценила. Но раз уж ты хочешь сама… учти - дата назначена. И вы оба должны быть на церемонии. И подпиши уже пригласительные - Лариса сказала, ты так и не доделала их.
- Хорошо. Сегодня же займусь, - послушно соглашаюсь. Отец отключается, даже не прощаясь. Все как всегда. Но, по крайней мере, есть шанс, что он и правда не станет больше приезжать к Мирону. Это меньшее, что я могу для него сделать.
