сторонам. Кроме двух караульных, вокруг, похоже, никого не было. Если понадобится, мы всегда сможем дать им пинка под зад.
— Что ты хочешь? — потребовал один из караульных.
— Как вы думаете, чего я хочу? — Джек ответил на вопрос вопросом. — Последняя диагностика большой пушки оказалась не очень удачной, и Владыка хочет, чтобы я провёл быструю проверку.
Бруммги посмотрели друг на друга, и Джек затаил дыхание. Если они решат вызвать Валахгуа, чтобы проверить приказ, то… Дрейкос все-таки собирался немного размяться. — Дорогу, дорогу, — прорычал Джек, махнув рукой в сторону двери позади них. — У меня не целый день.
— Никому не разрешается находиться внутри с оружием, — прорычал один из Бруммганов.
— В одиночку — никому не разрешается входить с оружием, — возразил Джек. Фокус с бруммганами заключался в том, чтобы быть на шаг впереди их мыслительных процессов. — Почитай как-нибудь положенные уставы, а? Так что открывайте, и мы войдём все вместе.
Иномиряне обменялись секундным неуверенным взглядом. — Все вместе? — спросил один из них.
— Я не должен быть там один, помните? — напомнил Джек, добавив в голос немного напряженного терпения. — Кроме того, мне понадобится пара дополнительных рук.
— Но в приказе также говорится, что мы не можем оставить дверь без охраны.
— Тогда ты подожди здесь, а твой приятель может войти со мной, и все будут довольны, — сказал Джек.
Бруммга сдвинулся. — Нет, — твёрдо заявил он. — Он останется. А я пойду. Он сделал жест, и его спутник отошёл к пульту управления дверью. — Но я буду внимательно следить за тобой, — предостерёг он.
— Я не против, — сказал Джек. — Может, мы уже перейдём к делу?
Бруммга снова сделал жест. Его собеседник нажал на кнопку, и дверь открылась. Расправив плечи, Джек шагнул между иномирянами в дверной проём.
И оказался лицом к лицу со “Смертью”.
Наблюдая его на мониторе, Джек мог оценить как его комичный внешний вид, так и его смертоносные аспекты. Но не более. Здесь, стоя в его присутствии, он не видел в нём ничего забавного. Устройство обладало ореолом гнева, ненависти, гордыни и превосходства.
Каждый инструмент и оружие, говорил дядя Вирджил, можно использовать как во благо, так и во зло. Они могут помочь Джеку в его работе, или создать помеху на его пути.
Но со “Смертью” всё было иначе. Не было ни одной полезной задачи, которую можно было бы решить, ни одной роли защиты или созидания, которую могла бы обеспечить эта техника. Всё, что она могла делать, — это убивать, не сдерживаясь и не щадя никого.
Это было чистое зло.
Джек почувствовал, как по спине пробежала холодная дрожь. Он знал, что дядя Вирджил немедленно стал бы искать способы, которыми “Смерть” могла бы быть ему полезна — в качестве приза для выкупа или как товар для продажи тому, кто больше заплатит. Сам Джек год или два назад, вероятно, не одобрил бы этого, но и серьёзных возражений, скорее всего, не высказал бы.
Но прошло время, и Джек Морган изменился. Этот Джек Морган мог осознать необходимость уничтожения этого устройства. И он был готов и хотел это сделать.
Шесть месяцев жизни с поэтом-войном К’да превратили Джека в человека, которым он никогда не думал, что может стать.
Он собирался сделать то, что было правильно. Не потому, что он хотел что-то от этого получить, а просто потому, что это было правильно.
И, несмотря на опасность, окружавшую его, он чувствовал себя хорошо. Очень хорошо.
— Джек?
Сделав над собой усилие, Джек отбросил внезапно нахлынувшие чувства. Самоанализ и тёплые чувства могут подождать до поры до времени. Сейчас у него была работа.
Он посмотрел на “Смерть” и быстро произвёл мысленный расчёт. Если предположить, что устройство не перемещали с момента его визита в зал мониторинга, то одна из двух камер в помещении должна была находиться прямо над дверью, а другая — в дальнем левом углу. Простая, понятная схема, и она достаточно хорошо охватывала помещение.
К несчастью для Фроста, люди, которые их устанавливали, совершили классическую ошибку, закрепив обе камеры в стороне от прохода, под потолком. Пока Джек держал голову опущенной, он мог рассчитывать на то, что его лицо останется вне их обзора.
Он шагнул внутрь и посмотрел на свой пояс, доставая свой мультитул. — За эти годы вы достаточно близко ознакомились с оборудованием Валахгуа, чтобы знать, какие крепёжные элементы они используют? — спросил он у Дрейкоса.
— Ознакомились, — сказал Дрейкос. Они похожи на человеческие винты, но с треугольным углублением.
Джек поморщился. В его мультитуле были отвёртки как с крестообразным, так и с квадратным наконечником. Но треугольный наконечник был чем-то новым. — Полагаю, уже слишком поздно говорить им, что мне нужно сходить за набором инструментов?
— Определённо, — сказал Дрейкос. Но я думаю, что одна губка твоих игольчатых плоскогубцев подойдёт.
— Надеюсь, ты прав. Джек подошёл к “Смерти” и склонился над синей световой панелью, как будто изучая её. — Схема управления?
— Под крышкой на нижней стороне, прямо под световым индикатором состояния.
Джек закончил осмотр и присел рядом с Оружием, используя его массивный корпус, чтобы закрыть обзор соответствующей камере на своё лицо. Он обнаружил крышку доступа именно там, где и говорил Дрейкос: по четырём углам её удерживали странные винты с треугольным углублением. Мысленно скрестив пальцы, он разомкнул плоскогубцы и примкнул кончик одной губки к ближайшему винту.
Контакт был не идеальным, но достаточно плотным. — Будь осторожен — резьба левосторонняя, — предупредил Дрейкос. Совсем не как у людей.
— Спасибо. Джек повернул в нужном направлении, и винт начал ослабевать.
— У тебя нет подходящих инструментов, — сказал Бруммга, скорее смущённо, чем подозрительно. — Почему у тебя нет подходящих инструментов?
— Ты, наверное, шутишь, — фыркнул Джек. — Эти инструменты Валахгуа — для слабаков. Он снял панель и отложил её в сторону, затем включил фонарик и направил его в отверстие.
Внутри был лабиринт проводов, четыре прямоугольные печатные платы с аккуратными рядами мелких компонентов и несколько больших, размером с большой палец, модулей, подключенных отдельно к системе. За годы работы Джек имел дело со множеством электронных конструкций, но эта была совершенно не похожа на всё, что он когда-либо видел.
Но в каждой электронной конструкции были определённые константы, обусловленные законами физики. Цепи управления, которые всегда работали при
