к дому. Но на его крики никто не ответил. Задняя дверь была открыта. Он остановился на пороге, снова позвал. В ответ — молчание. Он чувствовал, что халупа пуста, однако шагнул внутрь.
Ему не пришлось долго искать спальню. И то, что осталось от Джеба.
Миг спустя Джейк скрючился от рвоты на дорожке между домом и сараем.
Мертвы! Оба!
Не просто мертвы — разбиты в лепешку!
…Но шкурки. Даже ужас, бушевавший в сознании, не выбил из него мысли об этих шкурках.
— Исключительно хороши!
Джейк бросился к машине, подогнал ее задом к двери сарая и открыл багажник. Не сразу, но он справился с собой; поснимал все шкурки с распялок и перенес в багажник. Нашел пару валявшихся на полу рядом с телом Гэри и тоже прихватил.
А потом рванул прочь по двойным колеям, которые в этих местах сходили за дорогу. Не хотелось так оставлять двух покойников, но помочь Джемсонам уже было нельзя. Он позвонит в полицию штата из придорожной будки. Анонимно.
Зато шкурки у него. Это главное!
И он уже точно знал, что с ними сделает.
Благополучно доставив шкурки в свою мастерскую в портновском районе Нью-Йорка, Джейк, не откладывая, стал превращать их в шубу. Он столкнулся лишь с одной проблемой, и то в самом начале: азиаты-закройщики отказались с ними работать. Эта парочка только взглянула на шкурки и с круглыми глазами, вопя, вылетела за дверь.
Это немного озадачило, но Джейк быстро оправился. Наладив работу, он лично присматривал за каждым шагом, пока работники чистили, разминали, удаляли остевой волос. Когда дошло до кроя, он сам взял в руки ножи и надрезал несколько шкурок, вспомнив времена, когда только начинал. Он надзирал за приметкой и забивкой тысяч гвоздиков, необходимых, чтобы собрать шкурки по выкройке.
Когда делались последние стежки на шелковой подкладке, Джейк позволил себе расслабиться. Даже незаконченная, шуба — Эта Шуба, уже называл он ее — была ошеломляюще, невыразима прекрасна. Пройдет меньше часа, и он станет владельцем самой выдающейся шубы из енотового меха в мире. Выдающейся не только из-за уникального блеска и текстуры, но и потому, что невозможно было узнать в этом мехе енота. Даже закройщики и меховщики из его мастерской оказались сбиты с толку: они соглашались, что длина волоса и размер шкурки соответствуют енотовой, но никто из них не видел такого енота и вообще такого меха!
Джейк душу бы заложил дьяволу, лишь бы знать, где Джемсон их добыл. Он бы никаких денег не пожалел за постоянную поставку такого меха. Какую цену можно брать за подобные шубы!
Сейчас у него есть всего одна шуба, и он не собирался ее продавать. Ни в коем случае! Эта малютка станет выставочным образцом. Она прославит «Мех и Руно». Когда он покажет ее на следующей международной выставке, все с ума сойдут. Только о ней и будут говорить. «Мех и Руно» станет фирмой, выставившей «Ту самую Шубу».
А фирма, видит бог, нуждалась в рекламе. Меховой бизнес переживал упадок. Джейк не мог припомнить времен, когда мехами пренебрегали бы больше нынешнего. Все эти любители животных! Какого черта, разве он не любит животных? Разве у него не живет дома черный лабрадор? Но любовь к животным имеет свои границы, друзья мои.
Если он правильно разыграет карты, шуба мигом поставит «Мех и Руно» на ноги. Но нужна подходящая модель. И он уже знал, кому позвонить.
Джейк прошел в контору и набрал номер Шанны. Она недавно переехала, но он уже помнил наизусть и новый номер. Как не знать. Сколько раз набирал.
Шанна — ничем не выдающаяся манекенщица. Он увидел ее на выставке мехов два года назад. Черные волосы до плеч, длинная челка, белая кожа и выпуклые скулы, ониксовые глаза, сулившие все на свете. И тело — Шанна выделялась фигурой среди остальных жердин-манекенщиц.
С тех пор она не шла у Джейка из головы. Он ее хотел, но дело казалось безнадежным. Рядом с ней он всегда чувствовал себя чем-то вроде бородавчатой лягушки, да она так с ним и обращалась. Сколько раз делал заходы — и всякий раз получал отпор. Он не мечтал ею овладеть — лишь бы быть рядом, иногда касаться ее. И как знать, может, понемногу он станет для нее что-то значить.
По крайней мере, теперь появился шанс. Шуба откроет ему дверь. Он чувствовал: в этот раз все будет иначе.
Ее голос, мягкий и манящий, раздался в трубке после третьего гудка.
— Да?
— Шанна, это я. Джейк Фельдман.
— О! — Односложное восклицание сразу понизило температуру на много градусов. — Чего ты хочешь, Джейк?
— У меня деловое предложение, Шанна.
Голос ее стал еще холоднее.
— Я уже слышала твои предложения. Я совершенно не…
— Это предложение чисто деловое, — поспешно заговорил он. — У меня есть для тебя шуба. Я хочу, чтобы ты показала ее на следующей неделе на международной выставке.
— Не знаю… — В голосе мелькнула тень сомнения. — Я давно не выступала на показах мехов.
— Тебе захочется выступить снова, как только ты увидишь Эту Шубу. Поверь мне!
Может быть, доля его энтузиазма передалась по проводам. Джейк чувствовал, что она оттаяла.
— Ну… свяжись с агентством.
— Свяжусь. Но прежде я хочу показать тебе шубу. Ты должна ее увидеть!
— Право, Джейк…
Он повесил трубку, не дав ей договорить, и быстро прошел в мастерскую. Едва был положен последний стежок и завязан последний узелок, он упаковал шубу и направился к двери.
— Чей мех вы купили, мистер? — произнес кто-то, едва он ступил на тротуар.
Вот дерьмо! Защитники животных. Целая шайка с плакатами толклась у его витрины.
Кто-то ткнул ему в лицо плакат:
МЕХ ВЫГЛЯДИТ КРАСИВО И ЭЛЕГАНТНО
ТОЛЬКО НА ЖИВОТНОМ,
КОТОРОМУ ПРИНАДЛЕЖИТ!
— Сколько безобидных животных пойманы в капканы и забиты, чтобы сделать это? — спросил молодой бородач.
— Отвали, — буркнул Джейк. — Сам-то не кожаные ботинки носишь?
Бородач улыбнулся:
— Вообще-то на мне кроссовки, но если бы и кожа, то не ради красоты. Коровы входят в пищевую цепочку человека. В отличие от бобров, норок и новорожденных тюленей.
— Ну и что?
— Одно дело, когда животное убивают ради еды, — таков закон природы. И совсем другое — убивать животных, чтобы украсть красоту, завернувшись в их шкуры. Животные не должны страдать и умирать ради человеческого тщеславия.
И все хором заорали:
— Тще-сла-ви-е, тще-сла-ви-е!
Джейк отмахнулся от них и взял такси до центра.
«Такая красивая девушка, а живет в таком месте», — думал Джейк, входя в вестибюль перестроенного под квартиры склада, где недавно купила квартиру
