немец является настоящим экспертом в области механики, постоянно что-то разбирал и собирал снова, изучая внутреннее устройство техники. Его бы механические стражники просто очаровали. «До сих пор могут очаровать, – поправил сам себя Джесс. – Томас жив».
Отряд маршем прошел по отполированному каменному полу коридора, в нишах которого стояли статуи воинов и богов со всего мира: африканские, индийские, китайские, греческие, кельтские, норвежские, римские, японские и русские. В самом конце, гордо превосходя все остальные статуи своими размерами, стояли позолоченные Гор и Менхит, местные египетские боги войны. Начищенный пол под их ногами был выложен мозаикой, изображающей сфинксов, а в полукруглом вестибюле, ведущем в кабинет главнокомандующего, на полу гордо сияла золотая эмблема Великой библиотеки. Все вокруг пахло металлом и маслом, а еще в воздухе проскальзывал едва уловимый аромат едких химикатов и пороха, накрывающий все, словно туман. Запах войны. Джесс по-прежнему отдавал предпочтение хрустящему, сухому запаху бумаги и кожи.
«Это конец, – подумал он. Интересно, остальные думали сейчас о том же? – Конец моему пребыванию в Библиотеке. Нас так долго мучили неизвестностью, а теперь меч вот-вот упадет и отрубит нам головы».
«Отец ни за что не пустит меня обратно домой».
Глен вышла вперед, чтобы постучать в огромную эбонитовую дверь, однако сделать она этого не успела, потому что створка бесшумно распахнулась сама, и после доли секунды колебаний Глен расправила плечи и повела отряд за собой вовнутрь.
Снова пришлось долго шагать по огромному залу. Вдоль стен здесь стояли полки с выставкой оружия и доспехов, а также с книжными бланками. На другом конце зала, перед стеной с высеченными в ней строками из иероглифов, которые выглядели древними, как мир, стоял письменный стол на ножках в виде львиных лап.
А за столом сидел пожилой мужчина.
Мужчина наблюдал, как вошедшие напряглись, заметив его, а когда он уставился на них в ответ, то Джесс понял кое-что еще. Главнокомандующий был не так уж и стар; его волосы уже поседели, однако черные пряди все еще проглядывали, отчего прическа напоминала укрытый тонким слоем снега бетон. У него были все еще сильные, широкие плечи, подтянутое тело, а руки его казались огромными и были покрыты шрамами, что указывало на то, что он выполнил немало тяжелой работы за свою жизнь. Главнокомандующий имел африканские корни, кожа у него была настолько темного оттенка, что отблескивала синим в свете ламп, а его пронзительные карие глаза смотрели на всех с такой же внимательностью и расчетливостью, как обычно смотрел на всех профессор Вульф.
– Солдаты, – произнес главнокомандующий. На столе у него не лежало ничего, кроме кодекса и одного-единственного свернутого листка бумаги, – до финального испытания ваш отряд демонстрировал невероятный потенциал.
– Сэр, – ответила Глен, – разрешите высказаться?
Взгляд главнокомандующего замер на Глен, и в этот момент Джесс был невероятно рад, что не он сам оказался под прицелом этих глаз.
– Не разрешаю, – сказал главнокомандующий. – Вы здесь, чтобы слушать, солдат Уотен, а не оправдываться. Продолжаю: у данного отряда невероятный потенциал. Последнее испытание должно было стать симуляцией нападения вражеских сил на ваш отряд, чтобы проверить, справитесь ли вы, ничего не подозревая и выполняя свои стандартные обязанности. Во время испытания один из членов вашего отряда был убит, а другой ранен. Все верно? Теперь вы можете мне ответить, Уотен. Коротко.
– Ваше описание верно, сэр, – сказала Глен. В ее голосе не прозвучало никаких эмоций. А сама она смотрела в пустоту, куда-то поверх квадратных плеч главнокомандующего.
– Испытание должно было проверить вашу сообразительность, вашу силу, а также уровень вашей ответственности и слаженность командной работы. В свете всего вышеизложенного как, по-вашему, вы показали себя, солдат Уотен?
– Сэр, наш прогресс в направлении поставленной цели был уверенным и осторожным, а когда мы столкнулись с непредвиденными обстоятельствами, а именно с греческим огнем, мы нашли укрытие и ответили на атаку атакой. Мы следовали инструкциям. Защищали профессора любой ценой.
– А-а, – сказал главнокомандующий и откинулся на спинку своего кресла. – Профессора. Тут нас ждет очень интересный сюжетный поворот: вам не давали указаний защищать профессора. Присутствие профессора Вульфа на заданной территории не было согласовано, и он стал непредвиденным фактором, который поставил смысл всего испытания под сомнения.
– Разрешите задать вопрос, сэр, – подал голос Джесс и сделал шаг вперед до того, как успел себя остановить. – Если присутствие профессора Вульфа не было согласовано, то как же он вообще там оказался?
Вопрос был простым и в то же самое время провокационным, и на мгновение главнокомандующий уставился на Джесса немигающим взглядом. Джесс буквально почувствовал, как остальные его товарищи по отряду пытаются отстраниться подальше от него так, чтобы одновременно не выдать себя и не сдвинуться с места.
– Профессор Вульф подделал пропуск, чтобы получить доступ на территорию. Мы все еще проводим расследование по этому вопросу. – Очевидно было, что главнокомандующий не доволен тем, что Вульф отказался сотрудничать с ними и дальше. Закрытый кодекс на столе звякнул, привлекая к себе внимание, и главнокомандующий сделал паузу, чтобы изучить полученное сообщение, а затем снова закрыл книгу.
Глен воспользовалась моментом тишины и произнесла:
– Греческий огонь оказался вовсе не тренировочным, сэр. Он был опасен, как самый настоящий. А также мы знаем, что один из нас должен был убить профессора Вульфа и умер, так как не выполнил это задание. Данное испытание стало доказательством уровня подготовки и решительности нашего отряда, что лишь подтверждает, что нападение не удалось. Сэр.
– То есть вы утверждаете, что ваш отряд справился успешно, сержант? Ценой одного падшего солдата и одного серьезно раненного, который, возможно, теперь даже не сможет вернуться на службу?
– Мы дали клятву сражаться и умереть, служа Великой библиотеке. Солдат Одуя пытался застрелить нашего профессора – профессора, который, неважно, должен был находиться на территории или нет, был нашей ответственностью. Так что да, сэр. Мы справились успешно.
– В таком случае вы берете на себя ответственность за предателя, оказавшегося в вашем отряде?
Вопрос был с ловушкой, и в зале повисла гробовая тишина. Джесс с трудом удержался от того, чтобы не начать оправдываться. Однако Глен бы ему за это спасибо не сказала.
После нескольких молчаливых секунд Глен ответила:
– Да, сэр. Если солдат Одуя был скомпрометирован, я должна была это заметить и отреагировать до того, как он успел совершить преступление. Его смерть на моей совести, и я беру на себя всю ответственность.
– Меньшего я и не ожидал от командира. – Мужчина говорил низким, хрипловатым тоном, и Джесс мог тут же представить, как этот голос разносится эхом по полю сражения, отдавая приказы и выкрикивая слова поддержки своим войскам. Как и Глен, он был прирожденным лидером. «Не выгоняйте ее, – с отчаянием подумал Джесс. – Она заслуживает большего». – По крайней мере, вы понимаете, что входит
