Он сорвал мокрое платье с ее дрожащего тела.
Забудьте о нежных поцелуях. Он опустошал ее рот, его язык искал ее язык, втягивая его в свой рот, чтобы он мог пососать его, сильно.
Его руки схватили ее и потянули за собой, прежде чем он развернул ее лицом к стене. Он прижал ее к нему, и она коснулась щекой холодной поверхности.
— Что ты делаешь? — она ахнула.
— Наказываю тебя в стиле наемника.
Правда?
Очевидно, это было связано с тем, что он раздвинул ее ноги. Одной рукой он держал ее руку у нее над головой, а другой скользил между ее бедер, поглаживая мозолистым пальцем ее уже влажные складочки.
Он грубо ввел в нее палец. Она застонала. Он ввел другой, покачивая их. Она пошевелила ягодицами. Он вытащил их.
Она пожаловалась.
— Еще.
Вместо того, чтобы вернуть их на место, он шлепнул ее по заднице!
У нее вырвался крик.
— Что за чертовщина?
— Ты была непослушной и подвергла себя опасности. — Он снова шлепнул ее по ягодицам, и по ее телу разлилось жгучее тепло, но, прежде чем она успела возразить, его палец вернулся и погладил ее клитор.
О боже. Это совсем другое дело.
Тереть. Круг. Тереть. Шлепок. Внутрь вошел палец. Вышел. Шлепок.
Он чередовал шлепки с ласками. Он подкреплял свое наказание словами о том, что нужно беречь себя и не рисковать понапрасну. Он сводил ее с ума.
Когда у него наконец закончились увещевания, он вонзил в нее свой член. Не ожидая этого, она сжалась, о, как же она сжалась вокруг его члена, и он зашипел ей в ухо, прижимаясь всем телом к ее спине.
— Бетти, — простонал он.
Она расслабилась настолько, что он смог проскользнуть в нее до конца, дюйм за дюймом вводя пульсирующий, твердый член. Он все еще держал ее руки над головой, в то время как другой рукой обнимал ее за талию, направляя свои движения, когда входил в нее сзади. Каждый толчок заставлял ее вскрикивать, сжиматься и подниматься все ближе к пику наслаждения. Его тело прижималось к ее горячей попке, кожа на ее щеках пылала, но боль только усиливала жар, пробегающий по ее телу. Усиливала возбуждение.
Он двигался все быстрее и быстрее, и когда его пальцы прижались к ее клитору? Она потеряла самообладание. Крик, который она издала, был громким и приятным, но не таким приятным, как волны оргазма, сотрясавшие ее тело. Сжимание и разжимание ее члена привело к его собственной кульминации, толчку, который вызвал второй раунд блаженных содроганий.
Этот мужчина действительно был талантлив, когда дело доходило до того, чтобы заставить ее тело петь, даже когда он был полон решимости наказать ее.
— Я надеюсь, ты счастлива, — прорычал он ей на ухо, все еще прижимаясь к ней спиной.
Расслабленная и довольная, она могла только промычать «да».
— Ты будешь вести себя прилично с этого момента или заставишь меня вести себя как наемника, чтобы держать тебя в узде?
Что? Все, что ей нужно было сделать, это снова стать самой собой? Он что, совсем ее не знал?
— Хорошее поведение переоценивают. Я бы сказала, что быть плохой было намного веселее.
Шлепок по больной заднице заставил ее взвизгнуть, а затем застонать, когда он погладил это место.
— Ты ничему не научилась.
— Нет.
— Неисправимая самка. — Упрек был произнесен мягко, с оттенком иронии. — Что будем делать дальше? Какой злой замысел зреет в твоем человеческом разуме? Ты собираешься поднять восстание в мирной колонии? Может быть, поджечь лесную планету Во'Осания? Нет, об этом забудь. Я уже случайно это сделал. — Ей удалось не захихикать.
— Я думаю, поскольку ты злишься на меня и больше не играешь роль защитника, мы больше не сможем найти Кларабель.
— О, мы найдем твою подругу. Независимо от того, в рыцарском я настроении или нет, я держу свое слово. К счастью для тебя, некоторым из нас действительно удалось получить информацию, а не создавать проблемы.
— Ты знаешь, где она? — Бетти не смогла скрыть нетерпения в своем тоне.
— Да.
— Ты, кажется, не в восторге от этого
— Это не то место, куда я надеялся вернуться.
— Но ты возьмешь меня с собой?
— Да.
Такой привлекательный мужчина. Она слышала по его тону, как сильно он хотел сказать «нет», но не сделал этого из-за нее. Она действительно должна была дать ему что-то взамен.
— Разве ты не обещал наказать меня, если я когда-нибудь снова подвергну себя опасности? — пробормотала она.
— Да.
Она вывернулась из его рук и приставила нож к его горлу. Ее голос дрожал от смеха, когда она сказала:
— О, Дайр. Я угрожаю самому опасному инопланетянину во Вселенной.
Его глаза заблестели, а губы изогнулись в улыбке.
— Тогда ты понимаешь, что это значит.
Она послушалась. И закричала, когда он наказал ее своим языком. Забарабанила по полу кулаками, когда он закинул ее ноги себе на плечи и вошел в нее со страстным намерением. И заснула с улыбкой на лице, когда он, наконец, отнес ее в постель.
Глава 19
«Следи за тем, чтобы твой меч всегда был больше и опаснее, чем у других». — Руководство наемника к процветанию
«Важен не размер клинка, а то, как ты им пользуешься». — Неофициальное руководство по героизму
На планете, на которую они посадили свой маленький корабль, не было шикарного космодрома. Черт возьми, на ней даже не было бетонной площадки или путеводных огней, просто расчищенный участок поверхности. Участок выглядел почти как аномальный шрам среди густого зеленого леса, посадочная площадка была покрыта короткой, низкорослой травой, цвет и текстура которой почти напоминали ей Землю.
— Ты уверен, что это то самое место? — спросила Бетти, с сомнением глядя на колышущиеся верхушки деревьев. Города видно не было. Ни небоскребов. Ни дыма. Ничего, что указывало бы на какой-либо тип жилья. Зачем Кларабель приезжать сюда?
— Это правильное место, — ответил Дайр, и его лицо превратилось в мрачную бесстрастную маску.
За последние несколько недель, пока они путешествовали, она хорошо узнала своего мужа-воина. Например, она знала, что он любит заниматься любовью по нескольку раз в день. Что ему нравилось есть сладости и кормить свои плотоядные растения, разговаривая с ними. Обычно выражение его лица было легким, похотливым, веселым, раздраженным — в основном, когда звонили родители — и поддразнивающим.
Такое серьезное выражение она видела нечасто. Это не предвещало ничего хорошего. Что же такого было в этой, казалось бы, безобидной планете, что ему не нравилось?
— Ты хочешь мне что-то сказать?
— Ты выглядишь
