Реквизиции. На иностранных пароходах реквизируются все грузы, ненужное продается. В стране, кроме лошадей, повозок и зерна, реквизируются шерстяные и хлопчатобумажные ткани. Расплачиваются квитанциями с уплатой, по слухам, через два года. Результаты реквизиций неудовлетворительны; причина — общее обнищание страны.
Фортификационные работы. Проливы минированы. Работы по укреплению их идут с полным напряжением. Особое внимание обращается на укрепления, ближайшие к Черному морю.
Босфор спешно укрепляется, возводятся три новых батареи (по семь орудий каждая) и усиливаются старые. Для обеспечения батарей с суши устраиваются проволочные заграждения. На мысе Телли установлено три новых судовых орудия среднего калибра. В Килии возведены полевые укрепления и батареи. На берегах Босфора ставят орудия мелких калибров, по-видимому, для воспрепятствования прорыву миноносцев.
По слухам, в Дарданеллах также строятся новые укрепления.
Фронт Адрианополь — Киркилиссе — Мидия приводится в оборонительное состояние. Усиливаются укрепления Чаталджи.
Работами везде руководят немцы.
Флот. На «Гебене», кроме котлов, повреждена кормовая башня. Котлы наспех исправлены, однако давление пара понижено и в настоящее время скорость хода «Гебена» не более 22 узлов. Башню, по мнению специалистов, исправить невозможно за неимением необходимых механизмов. Повреждения «Бреслау» менее значительны. Скорость хода его также 22 узла.
Опасаясь минирования Босфора с нашей стороны, немцы настойчиво требуют выхода турецкой эскадры в Черное море, под предлогом практических занятий.
Сосредоточение войск. Приступлено к сосредоточению войск. Войска направляются главным образом в Трапезунд (морем), Адрианополь и Галлиполи.
Для усиления гарнизонов, обороняющих проливы, отправлено 38 000 в район Дарданелл и несколько тысяч к выходу из Босфора в Черное море. Есть сведения о сосредоточении турецких войск к болгарской границе.
По словам очевидца, на кавказскую границу из Алеппо ежедневно отправляется до 6000 человек. Отправка наблюдалась в течение 10 дней (с 23-го августа).
Состояние мобилизованных войск. В войсках, сосредоточенных в районе Адрианополя, ощущается сильный недостаток продовольствия, галеты выдаются по одной на человека в день. Из-за недостатка в съестных припасах многие запасные по прибытии в части были распущены по домам с приказанием явиться с пятидневным запасом продовольствия. Обмундирования также не хватает.
В общем, турецкие войска производят жалкое впечатление. В офицерах большой недостаток. Настроение войск угнетенное, и они совершенно не способны к походу.
Снабжение турецких войск боевыми припасами идет главным образом из Германии (через Румынию и Болгарию). Почти ежедневно прибывает по несколько вагонов с орудиями, снарядами и минами. Оттуда же доставляется и золото.
Настроение правительства
Влияние немцев в Турции велико; в их руках не только армия и флот, но и почта, телеграф и цензура. Главнокомандующим всеми вооруженными силами Турции назначен Сандерс. На батареях Босфора командный состав и наводчики — немцы. В войсках, отправляемых на кавказскую границу, среди командного состава также много немцев.
Отношение правительственных кругов к русским враждебно. Два русских офицера, находившихся в Турции, даже были арестованы и отправлены в Архипелаг. К иностранным судам предъявлено требование при входе в проливы снимать радиостанции.
Однако, несмотря на все настояния Германии, требующей активного наступления Турции, таковое большинством членов турецкого совета министров признается пока невозможным ввиду полной неготовности к войне; один лишь Энвер-паша стоит за объявление войны России.
Настроение армии, населения и печати
Турецкое общество стоит за соблюдение нейтралитета, причем указывается, что безумная политика Энвер-паши может привести к уничтожению Турецкой империи.
Войска, народ и печать против войны.
Заключение
В общем Турция, сознавая полную свою неготовность к войне, колеблется, не решаясь, несмотря на все старания Германии, объявить войну России.
Генерал-Квартирмейстер Штаба Армии Генерал-Майор (подпись)
Начальник отделения Полковник (подпись)
РГВИА. Ф. 2100. Оп. 1. Д. 504. Л. 20-21 об.
Из дневника контр-адмирала А. фон Хопмана, представителя германского имперского управления по морским делам в верховном командовании
Mittwoch, den 28. Oktober 1914
[…] Zenker erzahlt, daß gestern 11 1/2 h N Hauptmann v. Cochenhausen vom Generalstab mit Telegramm des Militarattaches Konstantinopel gekommen sei, in dem dieser mitteilt, Souchon sei mit gesamter türkischer Flotte ausgelaufen unter der Firma von Manovern, aber mit der Anweisung, auf einen ihm zugehenden Befehl Fnvers russische Flotte oder Hafen anzugreifen. Militärattache nimmt an, […] da in Konstantinopel noch einflußreiche Kreise gegen den Krieg seien, Souchon Befehl zum Losschlagen nicht erhalten werde. Er empfiehlt deshalb unserer obersten Heeresleitung, fur Souchon Befehl zu erwirken, daß er unter alien Umstanden losschlagen und damit den Kriegszustand Rußland-Turkei herbeifuhren solle. Pohl hat, wie Zenker erzahlt, zuerst die Absicht gehabt, sofort an Souchon in diesem Sinne auf seine Veranrwortung zu telegraphieren, hat aber dann auf Zenkers Rat noch Rucksprache mit Jagow genommen. Dieser hat dringend abgeraten mit der Begründung, daß es die Turkei sehr ubelnehmen konne, wenn wir gewissermaßen uber ihren Kopf hinweg fur sie den Krieg an Rußland erklarten. Wir gaben ihr damit die Moglichkeit zu erklaren, sie selber habe den Krieg und die Eroffnung der Feindseligkeiten nicht gewollt und auch nicht angeordnet, sondern sei von Deutschland dupiert worden. […] Augenblicklich seien wir der Turkei noch ziemlich sicher. Ihre Neutralist sei bisher der Hauptgrund dafur gewesen, daß Rumanien nicht an die Seite Rußlands getreten sei. Die Eroffnung der Feindseligkeiten mit Rußland konne das andern, besonders wenn wir nicht bald durchschlagende Erfolge erzielten. Ahnlich sei es mit Bulgarien. Schließlich — das ist nach meiner Ansicht das Bezeichnendste — sei es fraglich, ob es noch richtig sei, uns mit den Türken zu sehr zu lüeren. Krache Osterreich zusammen, dann konnten wir vielleicht unter Aufgabe von Osterreich und der Turkei zu einem gunstigen Separatfrieden und gutem Verhaltnis mit Rußland gelangen.
Admiral v. Pohl hat nicht telegraphiert, vielmehr heute vormittag die Entscheidung S.M. eingeholt, der befohlen hat, es sollten keine weiteren Anweisungen an Souchon ergehen. Man mtisse die Entscheidung über Krieg und Frieden den Turken selbst uberlassen, unser Einverstandnis mit den beabsichtigten Operationen hatten wir ja schon gegeben. […]
Среда, 28 октября 1914 г.
[…] Ценкер рассказывает, что вчера в 11.30 вечера капитан фон Кохенхаузен из генерального штаба прибыл с телеграммой военного атташе в Константинополе, в которой тот сообщает, что Сушон вышел в море со всем турецким флотом под предлогом маневров, но с указанием, по поступившему ему приказу Энвера, атаковать русский флот или порты. Военный атташе предполагает, что […] поскольку в Константинополе влиятельные круги еще выступают против войны, Сушон не получит приказа о нанесении удара. Поэтому он рекомендует нашему верховному командованию заготовить приказ для Сушона, чтобы тот в любых обстоятельствах нанес удар и этим способствовал началу войны между Россией и Турцией.
Как рассказывает Ценкер, Поль сначала намеревался немедленно под свою ответственность направить Сушону телеграмму такого содержания, но потом по совету Ценкера решил заручиться согласием Ягова. Тот сразу отсоветовал это делать на том основании, что Турция может очень плохо воспринять то, что мы в определенной мере вместо нее объявим войну России. Нам следовало бы предоставить ей самой возможность заявить, что она сама не желает войны и начала враждебных действий и что она действует не по приказу Германии. […] В данный момент мы еще абсолютно уверены в Турции. Ее нейтралитет будет главным залогом того, что румыны не смогут выступить на стороне России. Начало военных действий против России могло бы это изменить. Особенно если мы не добьемся вскоре решительных успехов. То же с Болгарией. И, наконец, что, по моему мнению, является наиболее характерным, сомнительно, будет ли правильным для нас вступать в слишком тесный союз с Турцией. Если развалится Австрия, тогда, быть может, нам удастся, сдав Австрию и Турцию, добиться выгодного сепаратного мира с Россией на хороших условиях.
Адмирал фон Поль телеграмму не направлял, более того, сегодня утром получил решение статс-секретаря по морским делам, который приказал не направлять Сушону дальнейших указаний. Необходимо предоставить решение о войне и мире самой Турции. Наше согласие на планируемые операции мы и так уже дали. […]
Нортапп A. Das ereignisreiche Leben eines «Wihelminers». Tagebucher, Briefe, Aufzeichnungen 1901 bis 1920 / Herausgegeben von M. Epkenhans. München: R. Oldenbourg Verlag, 2004. S. 478, 479. (Перевод С.А. Липатова.)
Комендант Севастопольской крепости генерал-лейтенант А.Н. Ананьин — командующему VII армией генералу от артиллерии В.Н. Никитину, от 16 (29) октября 1914 г., № 1001
Секретно РАПОРТ
Доношу, что Немецко-Турецкий флот 16-го сего октября в 6 час. 35 мин. утра, пользуясь густым туманом, подошел к крепости и начал бомбардировку примерно с одиннадцати верст. Береговые батареи молодецки отразили атаку и заставили неприятельский флот уйти. Бомбардировка продолжалась всего лишь 25 минут.
Один из неприятельских снарядов попал в батарею № 16 «Генерала Хрулева». Убито 6 нижних чинов, умер от ран один, ранено одиннадцать, из них двое остались в строю, и одно 10-дюймовое орудие демонтировано. Вследствие разрыва неприятельского снаряда на батарее произошел пожар в погребах, который грозил всей батарее, но геройскими усилиями крепостной артиллерии Штабс-Капитана Мироновича и 17 нижних чинов был локализован.
