Глава 14
Проснувшись, Маргарит удивилась, почему она продрогла, тело затекло, а одеяло колет подбородок. Все еще находясь в замешательстве, молодая женщина покачала головой и заморгала, прогоняя остатки сна. Она осторожно пошевелилась, чувствуя острую боль в мышцах, и укорила себя за то, что уснула в кресле.
На секунду ей показалось, что это ее комната в доме миссис Доббс так чудесно преобразилась. Потом она вспомнила.
Вой ветра за окном вернул ее к реальности. Маргарит со стоном провела рукой по лицу, морщась от боли в саднящих щеках. Опустив голову на спинку кресла, девушка глубоко вздохнула и посмотрела в окно.
Уже давно наступили сумерки. Снег должен был прекратиться. Чернильная темнота за оконным стеклом давила на нее, заставляя чувствовать себя плывущей на волнах, словно она затерялась в ночном море. Маргарит снова осмотрела охотничий домик, на его стены с причудливыми, искривленными тенями. Огонь почти догорел, озаряя комнату тусклым красным светом, казавшимся демоническим. То, что ранее выглядело причудливо, теперь производило на нее зловещее впечатление.
Натянув на себя одеяло, она встала, чтобы подкинуть дров. Сделав это, поворошила угли, отчего искры взвились в танце.
Сквозь завывания ветра прорвалось лошадиное ржание. Маргарит застыла, напрягая слух, чтобы уловить хоть малейший звук. Раздалось позвякивание сбруи. Девушка поставила кочергу на место и обернулась, на сердце полегчало.
Наконец-то Робби удалось ускользнуть. Ее не волновали приличия, Маргарит была просто счастлива, что он спас ее от ночи одиночества в этом зловещем месте и прочих ужасов, что нарисовало ее разыгравшееся воображение.
Девушка с нетерпением метнулась к двери, но, дернувшись, остановилась, когда та распахнулась.
Маргарит съежилась, несмотря на окутывающее ее одеяло, и поднесла руку ко рту, опасаясь, что закричит. Но этого не случилось. Вырвался только хриплый вздох, когда она увидела мужчину, стоявшего на пороге.
Это был Эш. И он был в ярости, большей, чем она когда-либо его видела. Неровный белесый полумесяц шрама резко выделялся на смуглой коже.
— Удивлена? — прорычал он сквозь зубы.
Его взъерошенные волосы цвета темного золота блестели от мокрого снега, покрывавшего голову.
Девушка отступила на несколько шагов, хватая воздух, как рыба, выброшенная на берег.
Но под завесой страха и изумления скрывались совсем другие эмоции, и они словно звенели под кожей при виде мужчины, которого, как она думала, не встретит больше никогда. Эш прошелся по комнате, как ворвавшийся шторм. За ним следовал Робби, и в его глазах светился ужас.
— Робби, — начала она.
— Он тебе не поможет, — Эш метнул на юношу сердитый взгляд. — Нет, если знает, что для него лучше.
— Извините, — пробормотал Робби, покачав головой. — Повариха увидела нас, когда мы уходили. Я пытался…
— Можешь идти, мальчик.
Сказав это, Эш даже не взглянул на него, холодно рассматривая девушку.
Робби застыл в неуверенности, его взгляд метался от внушительной фигуры Эша к Маргарит и обратно.
Она отчаянно пыталась встретиться с юношей взглядом, пробудить в нем инстинкты защитника, как это произошло ранее. Это был ее последний шанс. Она убедилась в этом, увидев упрямое выражение на лице Эша. Очередного побега не будет. Он не позволит этому случиться, да и у нее не осталось сил на сопротивление.
— Или остановись, или получишь в зубы, — продолжил Эш, чувствуя, что Робби все еще стоит за ним. Мальчик побледнел. — Подумай хорошенько. Со мной она в безопасности, верит она в это или нет. Вреда ей не будет.
Вреда? Маргарит не знала, смеяться ей или плакать. Она яростно замотала головой, пытаясь дать понять Робби, что она отнюдь не в безопасности с Эшем Кортлендом. Даже не зная того, мужчина нес погибель.
Робби только кивнул. Он снова посмотрела на нее жалостливым, извиняющимся, но все же побежденным взглядом. Не говоря ни слова, он повернулся и исчез во мраке ночи. Эш закрыл дверь, сурово глядя на Маргарит.
Она сделала еще шаг назад и зашла за то кресло, в котором ее сморил сон. Понимание холодком скользнуло по ней, и девушка сжала зубы. Быть может, замужество и неизбежно, но не все остальное. Не смерть. Она не откажется от жизни только потому, что он выиграл в эту ночь.
Эш подошел и остановился у кресла, что стало преградой между ними. Начал стягивать жакет, затем жилет, бросив одежду на кресло.
Ее пульс учащался с каждым снятым предметом одежды.
— Что ты делаешь?
— То, что должен был сделать прошлой ночью.
Она облизала губы, стараясь не просить объясниться. И все же, проглотив свой страх, задала вопрос:
— И что же это?
Эш ослабил узел галстука, его губы изогнулись в нечестивой усмешке, обнажив белоснежные зубы.
— А ты не знаешь? Ты же умная девушка, пусть и не можешь решить, выходить за меня замуж или нет.
— Это сложно, — произнесла она уклончиво.
— От меня ты получаешь самое лучшее, — продолжал он, будто не слыша ее. — А это сильно раздражает… Особенно то, что ты постоянно рискуешь своей шеей.
— Мне ничего не угрожало, — быстро возразила Маргарит.
— Да неужели? — он указал на дверь. — А если бы ему взбрело в голову потребовать награды за свою помощь?
— Робби не стал бы…
— Ты позволила привезти тебя в этот домик на отшибе, где он смог бы сделать с тобой все, что захочет. — Его лицо покраснело от гнева, а взгляд темных глаз был устрашающим. — Ты этого не понимаешь, но я знаю. Я видел страдания женщин… — Он оглядел ее с головы до ног. — Ты хрупкая и не смогла бы одолеть его.
Маргарит расправила плечи в попытке выглядеть внушительнее.
— Не вижу смысла рассуждать о том, что могло произойти, когда ничего плохого не случилось.
— А я вижу смысл говорить о том, что ты постоянно подвергаешь себя опасности. — Он схватил ее за запястье и заставил обойти кресло. Его угловатое лицо было так близко, что она могла подробно разглядеть его сверкающие глаза, настолько темные, что зрачок был почти неразличим на фоне радужки. — Неужели ты не думаешь о себе? Тебя не заботит твоя жизнь?
Его слова больно били по еще свежим ранам.
— Да, — прошипела она, вздернув подбородок. — Заботит! Именно поэтому я ищу способ избежать этой свадьбы.
Эш отошел от нее, все еще держа за запястье.
— Ты думаешь, что я опасен для тебя?
— Брак с тобой — определенно, большой риск. — Маргарит яростно кивнула. — Да, — и это было единственное объяснение, которое она осмелилась ему предоставить.
Его глаза стали неестественно черными.
