Его глаза стали неестественно черными.
— Я бы согласился отпустить тебя. И я не держу нож у твоего горла.
Она засмеялась диким, отрывистым смехом.
Взгляд его темных глаз скользил по ее лицу.
— Ты сумасшедшая, да? В одно мгновение ты желаешь меня, в следующее убегаешь…
— Я не хочу тебя! — Ложь, конечно же. Маргарит просто пылала от желания к нему. — Я уверена, у тебя полно поклонниц в Сент-Джайлзе… множество из них, несомненно, работали с тобой. Но я не из этих женщин.
Гневный румянец вновь появился на его смуглых щеках.
— Ты обманываешь себя, отрицая то, что есть между нами…
Девушка снова покачала головой, и темная прядь попала ей в рот.
— Между нами ничего нет, — зашипела она, отбросив волосы с лица.
— Ничего? — фыркнул Эш и отпустил ее руку. — Мы можем заключить фиктивный брак, как я предлагал тебе в самом начале. Или я должен еще раз доказать, что ты лжешь, и дать нам то, чего мы оба хотим?
От паники ее дыхание участилось. Споткнувшись, Маргарит метнулась обратно за кресло, сжав пальцами его изогнутую спинку. Ее глаза расширились, когда Эш стянул рубашку через голову и она лужицей стекла на остальную одежду. И вот он стоит перед ней с обнаженным торсом. Ее рот пересох и вновь наполнился слюной.
Кивая, он осмотрел уютный домик.
— Ты обеспечила нас уединенным местечком, — мужчина указал на корзину с продуктами, стоявшую у двери. — Я даже прихватил еду. — Маргарит даже не заметила, что он что-то принес, поскольку была сосредоточена на его лице. — Нам будет чем подкрепиться до того, как мы вернемся в деревню утром.
— Мы останемся здесь на ночь? — спросила она недоверчиво. — Вместе? — Наедине.
— На улице страшно холодно, да и поздно уже. Меня не привлекает мысль мерзнуть на улице в такой час. Не тогда, когда я могу остаться здесь, в тепле, с тобой…
Маргарит сглотнула, натолкнувшись на его решительный и похотливый взгляд, и замотала головой, выражая отказ.
— Ты же не имеешь в виду…
— Если бы я всегда делал то, что мне говорят, я бы давно умер на улице. — Его рука резко метнулась к ней, и он схватил ее. — И не собираюсь начинать сейчас, даже ради женщины, на которой женюсь.
Девушка вскрикнула, когда Эш притянул ее к себе. Подхватив Маргарит под коленки, он поднял ее и понес в спальню.
Ее руки будто по своей собственной воле легли ему на грудь, ладони прошлись по гладкой коже. Словно укрытый шелком мрамор был под ее пальцами. Тело расслабилось в его объятиях, его охватила легкая дрожь.
— Ты меня совершенно вымотала, заставляя гоняться за тобой. Но мы будем вместе.
Эти пугающие и волнующие слова поглотили ее. Маргарит ненадолго прикрыла глаза, ненавидя себя за вспышки возбуждения, что заставляли трепетать низ ее живота.
Она открыла глаза, услышав его мягкий шепот.
— Так чего ты боишься?
Эш спрашивал об этом и раньше. Она мрачно посмотрела на него, не в силах сказать правду. Всего. Боится умереть, не познав жизни. Боится не оставить и следа в этом мире. Что не будет никого, кто скажет, что Маргарит Лоран существовала, что она жила. Глядя на него, она думала, как бы отреагировал Эш, услышь он эти слова.
Когда стало понятно, что он не дождется от нее ответа, Эш опустил ее на постель и отступил, чтобы снять с себя то, что на нем еще оставалось, бесстыдно и откровенно демонстрируя совершенство мускулистого тела. Отблески пламени танцевали на тугой плоти, скользя по каждому дюйму гладкой кожи, каждому шраму, каждой выпирающей мышце. Ее пальцы задрожали, когда девушка представила, каково будет ощутить их.
Эш стоял перед ней, восхитительный в своей наготе. Прекраснее любой статуи, что она видела в музее… И, определенно, более щедро одаренный. Щеки Маргарит запылали, когда она увидела, что некая часть его тела растет прямо у нее на глазах.
Ее дыхание прервалось, а глаза почти болели от того, что она никак не могла отвести взгляд. Даже ценой собственной жизни. Горькое рыдание застряло в горле от этой иронии.
В голове зазвучал искушающий голос, мрачным шепотом пронесшийся в ее мыслях. Вы не женаты. Это не то, что предрекала мадам Фостер. Поверить ему, принять то, что он предлагает — это то, чего ты хочешь. Чего вы оба хотите.
Вернувшись к ней, он коснулся ее лица, провел загрубевшими пальцами по изгибу ее щеки, накрыл ее ладонью. Все в нем было большим. Впечатляющим. Он мог бы раздавить ее без особых усилий, но она его не боялась.
Ее взгляд вновь опустился на его выпирающее достоинство, и ей хотелось протянуть руку и коснуться его. Но даже это не пугало ее. Она хотела его яростно, без того стыда, который мог охватить ее всего две недели назад, но не теперь. Теперь она жаждала. Желала его силу, желала ощутить его власть над ней.
Возможно, вот оно. Это он. Он был тем самым глотком жизни. Той самой жизни, к которой она бы стремилась, не будь ее время на земле ограничено. Сколько женщин могут сказать, что занимались любовью с таким человеком, как он? Что он желал их? И не важно, что с ней случится потом, сейчас он будет ее.
Быть может, этого будет достаточно.
Она сделает так, что будет достаточно. Любой ценой, раз и навсегда.
Удерживая его взгляд, Маргарит откинулась назад, оперевшись на локти, которые сейчас едва могли поддержать ее.
Он застыл, склонив голову и рассматривая ее несколько мгновений, будто ожидал, что она возобновит спор или вскочит с постели и устремится в укрытую снегом пустоту.
Когда Маргарит показалось, что Эш не склонен проявлять инициативу, она подняла руки к платью и начала нащупывать обтянутые парчой пуговицы.
Расстегнув платье до талии, девушка распахнула корсаж, демонстрируя его взору тонкую сорочку.
Она замерла, ожидая, что сейчас он сделает последний шаг.
— Доведи дело до конца, — прохрипел он внезапно севшим голосом.
Она нервно кивнула и сняла юбки, обнажив дрожащие ноги. За юбками последовали панталоны. Девушка хрипло и часто задышала. Она не станет прятаться от его глаз, не юркнет под одеяло.
Она согнула ноги в коленях, пытаясь прикрыться, как могла. Но сила его взгляда, его близость, его восхитительная и шокирующая нагота совершенно обезоружили ее. Ноги дрожали так сильно, что она едва могла удержать их вместе.
Его голос прорвался сквозь полумрак.
— Продолжай.
С прерывистым вздохом Маргарит потянула за ленту, удерживающую сорочку. Неужели Эш действительно хочет, чтобы она разделась для него? Разве это нормально при интимной близости? Разве он не должен остановить ее, дать обоим укрыться одеялом, чтобы они продолжили, соблюдая приличия?
