лице я читаю снисхождение. Моргаю и наваждение спадает. Передо мной снова невозмутимое лицо.
– Я начальник полиции, Дина. Неужели вы меня боитесь?
Герасим наклоняет голову набок и смотрит на меня с интересом, но в его позе и тоне нет враждебности.
– Странный вопрос в такой поздний час, не находите? – парирую я и прищуриваюсь. – Что вам нужно? Вы ведь не по служебному долгу приехали, верно?
– В проницательности вам не откажешь. Не буду томить, я пришел стребовать с вас долг.
– Какой еще долг?
Я так удивлена, что даже руку с косяка убираю и вся подаюсь вперед.
– Моральная компенсация за причиненный мне ущерб, Дина. Не будете же вы отрицать, что вы спровоцировали драку, чтобы отвлечь внимание своего бывшего мужа. Или будете? Так будет даже интереснее, может даже проехать в допросную, у меня много времени.
– А вот у меня нет! Что за бред вы несете? Какой еще ущерб? Лечение? Скажите, сколько, я всё оплачу. И вообще, могли бы написать, я бы и так вам перевела деньги!
Я не сдерживаюсь в выражениях, так как он говорит абсурдные вещи, а я слишком взвинчена, чтобы входить в его положение.
– Деньги мне не нужны, – невозмутимо говорит Герасим и вдруг делает шаг вперед. Слишком резко, отчего я отскакиваю и упираюсь спиной в дверь.
Судорожно ищу рукой дверную ручку сзади, но из-за испуга ничего не получается.
– Тогда ч-что в-вам нужно? – заикаясь, спрашиваю я и задерживаю дыхание.
Приходит запоздалая мысль, что я никому не сообщила о его приходе, и мы находимся здесь одни, не считая спящей на диване Светы.
Глава 22
По юности из-за скромного характера я не особо пользовалась спросом у мужского пола, а когда вышла замуж за Антона, и вовсе стала для них невидимкой. Так что интерес Герасима воспринимаю ничем иным, как угрозой.
– Что вы молчите? – сердито переспрашиваю, так и не добившись от него ответа на свой предыдущий вопрос.
Гнев помогает мне взять себя в руки и перестать трястись, и я напоминаю себе, что передо мной стоит не какой-то преступник, а начальник полиции и к тому же друг моего старшего брата. Так что он в курсе, что меня есть кому защитить.
– Я уже сказал, для чего пришел. Но если бы вы читали сообщения, то и приходить бы мне сейчас не пришлось.
Он наклоняет голову набок и рассматривает своим темным взглядом, испытывая мои нервы на прочность. Я же кидаю взгляд себе за спину, выискивая телефон, который, как оказалось, лежит на тумбочке у камина, и едва не чертыхаюсь, что поставила его на беззвучный.
Будь он рядом, я бы схватила его и прочла, что написано в сообщении Герасима, но не хочу отходить от двери слишком далеко.
– Не хватило терпения? – вздергиваю я бровь. – Я думала, для вашей должности требуются как раз те люди, у кого с этим никаких проблем нет.
– Дело не в этом. После того скандала, который ваши родственники устроили в участке, я забеспокоился, что найду здесь ваш труп.
– Так вы беспокоились? Поэтому пришли?
Мне не верится, что я это произношу. Всё кажется, что он сейчас рассмеется над моей наивностью и скажет, что я слишком много на себя беру. Вот только время идет, а этого не происходит. Но второй раз он ничего не повторяет, достает вместо этого из нагрудного кармана блокнот с ручкой, что-то пишет на нем, отрывает бумажку и протягивает мне.
– Что это? – спрашиваю я с опаской и беру листочек в руки. – Адрес? Что там?
Я смотрю на Герасима с подозрением, чувствуя какой-то подвох, но при этом и предвкушение. В отличие от Антона, этот мужчина вызывает у меня множество вопросов. Его я никак не могу прочитать, совершенно не понимая мотивов и целей.
– Завтра в семь вечера жду вас по этому адресу. Можете опоздать минут на тридцать, – добавляет он последнее после легкой усмешки. Издевки в этом жесте нет. Наоборот, какое-то снисхождение, словно он воспринимает меня слабым полом и готов делать поблажки в виду нашей разницы.
С одной стороны, его поведение возмущает, так как в мире царит равноправие полов. С другой же, становится приятно, так как его фраза неожиданно заставляет почувствовать себя женщиной.
– Вы что, зовете меня на свидание?
Я делаю предположение, которое так и висит в воздухе, но вдруг ощущаю себя дурочкой, когда вижу на лице Герасима недоумение, как мне кажется.
– Это ресторан “Дуа Мэйт”, туда запускают только парочек, никаких одиночек. Мне нужно туда попасть, а вы задолжали мне за ту ситуацию. Составите мне пару в ресторане и можете считать, что моральная компенсация с вашей стороны выплачена.
Я не готова признаться даже самой себе, что чувствую разочарование, но вместо этого внешне стараюсь оставаться хладнокровной и безразличной. До этого дня мы и знакомы-то с Герасимом не были, так что досада, которая появляется из-за моих собственных ожиданий, просто смехотворна.
– На этом всё? – грубовата произношу я и поджимаю губы.
Хочу поскорее выпроводить незваного гостя, чье присутствие начинает раздражать, и едва сдерживаю нетерпение.
– Форма одежды – вечерняя. Никаких джинс и спортивных костюмов. Дресс-код не особо лоялен.
– Хорошо, буду в платье.
Мне бы вообще отказаться и выгнать его, не дослушав, но я вдруг чувствую злость. На Антона. На Фаину. На саму себя. И пусть это не свидание в привычном понимании, но зато я докажу и себе, и остальным, что я не старая клуша, место которой отныне – дома в окружении кошек и книг.
– Что-то еще? – снова спрашиваю я, уже привыкнув к молчаливости мужчины.
Мне казалось, он уже не сможет меня удивить, но у него это снова получается.
– Вы всё правильно сделали. Вам не в чем себя винить.
Он смотрит на меня невозмутимо, без каких бы то ни было эмоций во взгляде, но я вдруг чувствую поддержку. Ту самую, которая мне нужна. И получаю ее от человека, которого вижу в третий раз в жизни.
Воцаряется тишина.
Не знаю, ушел бы он сразу после этого, но вскоре за его спиной раздается знакомый женский голос.
– Что тут происходит, Дина? Кто этот мужчина?
Тон ее источает настороженность, а через секунду, как только Герасим отодвигается вправо, вижу и ее лицо, на котором ярко
