Я ткнула пальцем в шестую кнопку и ахнула от удивления: на экране репортер настойчиво атаковал Стива Риордана.
— Мистер Риордан, ходят слухи, что Джошуа Хант уже принял решение относительно назначения вас своим преемником вместо погибшего Джона Ханта. Вы можете их прокомментировать?
— Мне о таком решении ничего не известно. — Стив отмахнулся от наступающего оператора. — Извините, но…
Репортер, однако, не собирался сдаваться.
— Что вы можете сказать относительно некоего ультиматума, выдвинутого вам мистером Хантом? Вы уже подыскали себе невесту?
Стив остановился и посмотрел прямо в камеру. Глаза его полыхнули. По губам скользнула усмешка.
— Да, подыскал. Мы поженимся в ближайшее время. Я только не уверен, что вы получите пригласительный билет.
Проклятый пульт выскользнул-таки из пальцев, ударился о пол, и экран погас.
К черту готовку! Ради чего стараться, если твои труды все равно никто не оценит. Не легче ли открыть пластиковый контейнер с готовым ужином, добавить горячей воды — и через три минуты кушанье готово. Пусть не так изысканно, но что надо одинокой женщине, у которой работа отнимает полжизни.
Черт бы побрал Стива!
Но, с другой стороны, разве он обещал ей что-то? Разве не говорил, что любовь всего лишь рамка для секса?
Нет, ему был нужен только секс. Всем мужчинам нужен только секс. Они живут в своем мире, в мире, где женщины всего лишь куклы, обязанные выполнять их прихоти, желания, капризы. Стоит только женщине выйти за рамки секса — и она пропала. Мужчина утащит ее в свой мир и превратит в свою игрушку. Ограничивая отношения сексом, ты сохраняешь некоторую свободу, некое равенство.
Аппетит пропал. Я сорвала ненавистный фартук, открыла шкафчик, достала бутылку хранившегося для кулинарных целей — каких именно, неясно — бренди и щедро плеснула в стакан.
Выпив, я тяжело вздохнула, отодвинула бутылку и устало потерла лицо руками. Что сталось с жизнью, которая еще неделю назад катилась вперед сама собой, как велосипед по асфальтированной дорожке. В той, казавшейся теперь такой далекой жизни все шло размеренно и неспешно. И пусть порой я двигалась, как запрограммированный робот, и пусть иногда тосковала по чему-то неопределенному, зато не знала свалившихся сейчас проблем, забот и страхов.
Почему так получилось?
По собственному, хотя и не очень богатому, жизненному опыту я знала: ничто не проходит бесследно и в жизни всегда что-то случается в первый раз.
Забравшись с ногами в кресло, я перебирала сделанные в Мериде снимки, всматривалась в знакомые лица и… плакала. Плакала, потому что упустила свой шанс. Оплакивала ночи, тысячи ночей, которые могла бы провести со Стивом, а проведу в пустой, холодной постели. Оплакивала детей, которые могли бы быть у нас, но которых никогда не будет. Оплакивала любовь, которая махнула крылом и умчалась в далекие дали. Оплакивала себя саму, несчастную и одинокую, обреченную до конца жить воспоминаниями нескольких дней.
Два месяца пролетели, как один день. Мы с Кейт работали вдвоем, договорившись поделить доход пополам. Не проходило недели, чтобы мне не пришлось слетать в Мексику или Калифорнию.
В конце мая, сразу после окончания съемок, Рафаэль Каттер и Сандра Мендес объявили о своей помолвке и о том, что свадьба состоится в ближайшее время. Никакой другой информации пресса не получила.
Дни смешались в сплошное пятно. Встречи, консультации, согласования, примерки. Отменялись одни распоряжения и отдавались другие. Сандра то соглашалась с предлагаемым ей платьем, то находила в нем изъяны и требовала срочных изменений. Каждый пытался протолкнуть что-то свое. Я отобрала с десяток тиар и шляпок и отправила их Сандре. Рафаэль сделал выбор в пользу смокинга от Армани, и это было единственным светлым пятном на горизонте.
Однажды Сандра позвонила в двенадцать часов ночи только для того, чтобы поделиться идеей насчет печенья с сюрпризом — она видела такое на чьей-то свадьбе.
Набор для гостей составила Кейт — парфюмерия от Нины Риччи, электронные ежедневники последней модели и лаковые японские шкатулки.
Скатерти, салфетки, белье — все от малоизвестной индийской фирмы, готовой ради рекламы пойти на существенные скидки.
Книга отзывов — ручная работа, переплет из китайского шелка, тиснение, закладка-кисточка с пером павлина.
Букет для невесты — белые каллы и золотая брошка с изумрудом.
Музыканты — оркестр колледжа искусств из Сан-Франциско, того самого, где когда-то училась Сандра.
Первый танец молодоженов — Элтон Джон не только дал согласие, но уже и прилетел.
Подружки невесты — все подтвердили свою готовность.
Шафер — первая серьезная проблема. Друг Рафаэля попал в автомобильную аварию и сломал ногу.
Проблемы возникали и решались. Мы с Кейт крутились, как белки в колесе. Ник, снова лишившийся внимания жены, проникся пониманием и взял на свои плечи все заботы о малышке Джулии — Кейт опасалась, что, если так пойдет дальше, дочка будет называть мамой папу.
За неделю до торжественного дня начались репетиции брачной церемонии. Все, до последнего шага, расписывалось и разучивалось назубок во избежание мельчайшего сбоя, но каждый раз случалось что-то непредвиденное, кто-то вылезал вне очереди или забывал, под какую музыку выходить.
За неделю до венчания мы с Кейт побывали на гражданской церемонии, во время которой тоже произошел небольшой казус: Рафаэль забыл принести медицинскую книжку. Сандра была в ярости и даже обвинила его в том, что он сделал это нарочно. Рафаэль ответил весьма запальчиво, и разгорающийся скандал удалось погасить лишь благодаря вмешательству отца жениха и матери невесты. Масло в огонь добавляли, конечно, и ежедневно появлявшиеся в желтой прессе заметки под провокационными названиями вроде «Сандра забеременела на съемках — Кортес утверждает, что он ни при чем» или «Звездная пара — кто кому должен».
Вечером накануне девичника мы с Кейт засиделись допоздна, согласовывая последние детали, сверяя еще раз весь список и при этом отчаянно зевая.
Мы прилетели в Лос-Анджелес двумя днями раньше и разместились в том же отеле, где должны были проходить основные свадебные мероприятия. Ник остался с Джулией и каждые шесть часов докладывал жене, как он выражался, «оперативную обстановку».
— Что бы я без него делала, — вздохнула Кейт, кладя трубку и мечтательно улыбаясь.
Я промолчала, и она тут же спохватилась:
— Извини.
— Тебе не за что извиняться. — Я пожала плечами.
— Так и не позвонил? — осторожно спросила Кейт.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
