Читаем без скачивания Круче, чем скорость (СИ) - Гетта Юлия

Забавно, насколько сильно люди могут заблуждаться в своих взглядах. Уверенные в своей правоте, с пеной у рта доказывать кому-то свою правду, которая по факту не имеет никакого отношения к истине. Да и вообще, истина — размытое понятие. С детства нам втирают в головы миллионы стереотипов, которые потом мешают нормально жить. А когда приходит время, и вдруг понимаешь, что половина из всего, что ты считал правильным — херня собачья, мир начинает рушиться, и надо едва ли не заново учиться ходить. Но по-другому никак. Ты либо живешь по своим законам, либо принимаешь чужие, третьего не дано. Так я считал. Что умнее других. Что лучше знаю, как надо жить. Пока не получил по башне так, что звезды из глаз посыпались. Мнил себя чуть ли не гением, а оказался полным кретином. А кто еще может додуматься поехать в небольшой городок, чтобы найти свою кровную сестру, и перетрахать там всех, кого повстречает на своем пути? Даже не допустив мысли о том, что любая из них могла оказаться на месте Ани? Ну и кто я после этого, если не кретин?

Черт… Прошел уже месяц, а я никак в себя не приду. Как я сразу мог не заметить, что мы с ней элементарно похожи? Темные волосы, смуглая кожа, и даже овал лица… Черт. Я просто конченый идиот. И смириться с этой мыслью не так-то просто.

Аня… Конечно, мы с ней похожи, и не только внешне. Такая же упертая, дерзкая, умная. Живя в таком убогом городишке, умудрилась выстроить приличную карьеру, зарабатывает достойные деньги, купила себе отличную тачку, в конце концов. Умница, я горжусь ею. Только вот в плане личной жизни нихера не соображает, в людях не разбирается совершенно. Надо же было связаться с этим упырем, да еще и столько лет с ним прожить? Впрочем, в этом мы с ней тоже похожи. Я ведь и сам больше двух лет кормил содержанку, и свято верил в её бескорыстную любовь, кретин.

Но в сравнении с этим Максом, моя бывшая, конечно, почти ангел во плоти. До какой степени тварью надо быть, чтобы прессовать слабую беззащитную девчонку? И опять мое упущение — надо было найти этого ублюдка раньше и довести наш разговор до конца. После того, как вышел из больницы, первым делом узнал его адрес и встретил темным вечером у подъезда, заранее прикупив биту в спортивном магазине. Только разок успел ему по башне приложить легонько, так он, сука, так обделался и деру дал, что я его даже догнать не смог. И найти потом больше тоже так и не смог. Гад будто под землю провалился, я даже решил, что он вообще из города свалил. И бросил поиски. Много чести ублюдку, пусть и дальше гасился бы, как крыса, лишь бы на глаза не попадался. Он и не попадался, трусливая тварь, но стоило мне свалить — нарисовался тут же, хрен сотрешь. Герой, блин. Конечно, почему бы не наехать на девчонку? Она ведь стопудово потом к нему с битой домой не придет. Но ничего, к счастью, хотя бы это свое упущение я еще могу исправить. Упырь больше к Ане на пушечный выстрел не приблизится.

Когда, наконец, капот моего верного коня пересекает черту моего родного городка, я набираю Ане, и быстро выясняю, как её найти. Спустя еще полчаса паркуюсь на территории приличного жилого комплекса, и снова мысленно ставлю галочку своей девочке. Она молодец. Всего сама добилась, состоялась. Жаль только, что с мужиками ей так не везет.

Спустя еще пару минут звоню в домофон и поднимаюсь к ней в квартиру на лифте. Она встречает меня на площадке в темных лосинах и белой свободной майке, роскошные темные волосы собраны в высокий хвост. На лице ни грамма косметики, но она божественно красива. Красивее нее я никого еще не видел.

— Привет, — подходит несмело, улыбается робко. Непривычно видеть её такой скромной, но это делает её образ только еще прекраснее. — Я до последнего не верила, что ты и в самом деле приедешь.

Улыбаюсь и не могу себя заставить ничего произнести в ответ. Почему-то я не замечал раньше, или уже успел забыть, какая она охренительная, и сейчас словно оглушен этим открытием.

Так и не дождавшись от меня ответного приветствия, Аня подходит ближе и вдруг обнимает. От нее вкусно пахнет какими-то нежными духами и шампунем, и мне печет пальцы от того, как сильно я хочу стиснуть её в ответных объятиях. Но боюсь. Потому что даже через толстовку чувствую кожей, как прижимается ко мне её грудь, бедра, и эта близость с красивым женским телом не может не вызывать в моем организме неизбежные реакции. Если бы она не была моей сестрой, я бы завел её в квартиру и взял прямо на пороге, закинув её ноги себе на бедра, держа руками на весу. Взял бы грубо, без подготовки, и ей бы это понравилось. Но даже за одни эти мысли уже ненавижу себя. Это даже больше, чем извращение. Я не должен позволять себе думать об этом.

— Я ненадолго поднялся, только поздороваться, принцесса, — наконец, выдавливаю из себя хоть что-то, осторожно высвобождаясь из её объятий. — Смотаюсь к твоему бывшему, и обратно. Потом поболтаем, хорошо?

— Я пойду с тобой, — отважно заявляет она, а я в ответ негромко смеюсь.

— Нет, Ань. Тебе там делать нечего.

— Что ты собираешься с ним сделать? — взволнованно спрашивает она.

— Да не переживай ты так, не убью я его. Мы просто пообщаемся по-мужски, и все.

— Он конченый отморозок, Тим. От него все, что угодно можно ожидать.

— Так ты за меня переживаешь? — не могу сдержать усмешку, глядя на её взволнованное личико. — Не стоит, Ань. Правда.

— Если вы просто пообщаетесь, почему мне нельзя пойти с тобой? — вскинув подбородок, не сдается моя упрямица.

— Потому что я так сказал.

Удивительно, но она больше не пытается спорить.

Я спускаюсь вниз, накидываю капюшон, и сразу иду к выходу с территории комплекса. К машине не подхожу, я уже взял из нее все, что мне понадобится — это телефон, перчатки и кастет. На этот раз от биты решил отказаться — слишком приметная. До дома ублюдка иду пешком. Не знаю, как пройдет наша встреча, и решится ли этот трус потом побежать к ментам, но будет лучше, если для всех я приехал к Ане, и оставался у нее до утра.

Пока дохожу, на улице окончательно темнеет. Его тачка стоит у подъезда, а значит, мне повезло и упырь дома. Звоню в домофон левой квартиры, представляюсь сотрудником газовой службы, и мне без вопросов открывают подъездную дверь. Поднимаюсь на нужный этаж, надеваю перчатки, кастет, и звоню в квартиру ублюдка, закрыв ладонью глазок. На ходу придумываю, что соврать, если он спросит «кто там», но этот идиот сходу открывает дверь, даже не задумываясь о возможной опасности.

На мне по-прежнему капюшон, и он не успевает понять, кто перед ним, когда получает первый удар кастетом в челюсть. Отлетает назад в свою квартиру, и я беспрепятственно захожу следом, закрывая за собой дверь.

Аня

Никогда в жизни раньше не грызла ногти. Тем более, покрытые гель-лаком. Но сейчас поймала себя как раз за этим чудесным занятием, и приглушенно выругалась, заметив, как на одном из них появилась уродливый скол от моих вероломных действий.

И чего он так долго?

С тех пор, как Тимур ушел на разборки с Максом, прошло уже два часа. Все это время я не находила себе места. Ходила по квартире из угла в угол, борясь с неимоверным желанием прыгнуть в тачку и поехать разыскивать их обоих. Хоть бы ничего страшного не случилось! Макс — придурок неадекватный, а Тимур… Вообще темная лошадка. Я знаю его всего ничего, и за время нашего короткого знакомства он тоже не зарекомендовал себя с лучшей стороны. Вопрос о его адекватности до сих пор остается для меня открытым.

Хотя, может быть, все дело в моих комплексах? Ну почему я так уверена, что парень не может взять и приехать из-за меня в другой город, чтобы навалять моему бывшему, который обидел? Нет, был бы на его месте кто угодно другой, я бы, может, и поверила в такой расклад, но чтобы Тимур… этот кайфушник, хлыст и ловелас — и вдруг бросился защищать, наверное, миллионную по счету девушку, с которой переспал? Не верю. Или мир сошел с ума, или я чего-то не понимаю в этой жизни.

От внезапного звонка в домофон я едва не подпрыгиваю на месте, и сломя голову бросаюсь к двери. Услышав голос Тимура на том конце провода, чувствую настоящее облегчение, открываю ему подъездную дверь, и снова выбегаю на площадку к лифтам встречать его.