Виктора, которые сводили его с ума от желания. Вместо этого он переключился на
пропавшую лошадь, пытаясь придумать причину, чтобы вернуться в город позже в
тот же день и поискать ее, хотя и понимал, что шансы на это невелики после
стольких часов.
Вчерашняя метель прошла, и их путь из города в Блэкмур пролегал через
безмятежный пейзаж, покрытый белым одеялом: деревья и кусты были укутаны
снежными шапками, а дороги засыпаны по колено.
Бенедикт смотрел на бескрайние белые просторы, в его голове крутился вихрь
тревог и сожалений, а Вивьен сидела напротив него, неподвижно, как статуя.
Всю дорогу они провели в молчании, каждый погрузившись в свои мысли. Когда
карета наконец подъехала к воротам поместья Блэкмур и остановилась, кучер
постучал по деревянной стене и велел высаживаться.
Как только они вышли из кареты, мужчина отрывисто кивнул им, а затем развернул
лошадей и пустил их в галоп.
Утренняя прохлада висела в воздухе, холод жалил легкие при каждом вдохе. Они
прошли через ворота и молча направились к поместью, небо на горизонте только
начинало светлеть.
Бенедикт почувствовал, как в его груди зашевелилось беспокойство из-за внезапно
возникшей между ними неловкости. Неужели то, что произошло прошлой ночью, не имело для Виктора большого значения? Или он был зол на то, как все
произошло, и на то, что сделал Бенедикт? Тревога заполнила его живот, когда он
краем глаза наблюдал за нечитаемым выражением лица Вивьен.
Все в порядке, сказал он себе. Если Виктор решил притвориться, что ничего не
произошло, может, это и к лучшему. Может быть, тогда это останется между ними
и никогда не станет достоянием гласности, что позволит им жить дальше, как будто
ничего и не было.
Это не должно ничего значить, если ты этого не хочешь.
Но проблема заключалась в том, что в глубине души он хотел, чтобы это что-то
значило. Хотя он знал, что это невозможно. И ему нужно было перестать
зацикливаться на этих мыслях, пока его разум не сбежал вместе с ними. Они не
могли быть вместе. А если бы и могли, то Виктор был явно не заинтересован, судя
по тому, как Вивьен едва взглянула на него сегодня. Это была всего лишь
одноразовая встреча, и Виктор, скорее всего, уже ушел в себя.
И все же Бенедикт подумал, сможет ли он вернуть то, что было между ними
прошлой ночью, - игривое подшучивание, шутки, флиртующие взгляды и короткие
прикосновения. Он жалел, что разрушил все, потеряв контроль над собой.
Бенедикт представлял себе, как эта чехарда будет продолжаться бесконечно: Вивьен посещает Блэкмур, скрывая от мира истинную личность Виктора.
Совместные трапезы, игра в шахматы, тайные встречи после полуночи... Нет, ничего такого скандального. Просто разговаривать, гулять, тайком ходить вместе на
спектакли. Вот чего жаждал Бенедикт. Снова увидеть выступление Виктора и уйти
к нему. Одна только мысль о том, что он может потерять это навсегда, что он
никогда не увидит Виктора после того, как эта уловка закончится, заставляла его
сердце болезненно сжиматься.
Должно быть, эмоции отразились на его лице, когда Вивьен заговорила. «Пенни за
твои мысли?»
Бенедикт взглянул на нее, когда они шли по усаженной деревьями дорожке к
поместью, и снег хрустел под ногами.
«О, эти мысли стоят гораздо больше, чем пенни», - попытался он произнести это
легкомысленным тоном, хотя сердце его заныло.
Вивьен бросила на него нечитаемый взгляд. «Мы найдем твою пропавшую лошадь, если тебя это беспокоит».
«Дело не в этом».
Их глаза мимолетно встретились, прежде чем Вивьен отвела взгляд.
Когда впереди показались окна поместья, Бенедикт понял, что им нужно свернуть с
тропинки, пока их не заметили. Взяв Вивьен под локоть, он повел ее под прикрытие
заснеженных деревьев.
«Куда мы идем?» - спросила она, пробираясь через сугробы по колено.
«К черному входу», - сказал Бенедикт.
«Это что-то значит?» бесстрастно ответила Вивьен.
Бенедикт захихикал, его щеки пылали. «Вытащи свои мысли из канавы».
До садов, расположенных слева от поместья, они добирались почти четверть часа, ноги были сырыми, а лица искусаны морозом и ветром.
«Может, слуги уже встали?» - спросила Вивьен, внимательно следя за своими
шагами. Снег стал еще глубже, когда они проходили мимо голых деревьев и кустов
и мраморных бассейнов фонтанов, заваленных нетронутыми сугробами.
«Этот вход редко используется», - сказал Бенедикт. «Но нам придется пройти еще
немного».
«А что, если нас все-таки кто-нибудь увидит?»
«Мы что-нибудь придумаем».
Он снова почувствовал на себе взгляд Вивьен.
«Что?» - спросил он, бросив на нее быстрый взгляд.
«Ничего».
И между ними снова воцарилась тишина.
Бенедикт был всего в нескольких сотнях футов от поместья, когда услышал позади
себя громкое ругательство Вивьен, а затем шаркающие звуки. Оглянувшись через
плечо, он увидел, что она лежит в толще снега и пытается подняться.
«Ты...»
«Я в порядке», - раздраженно пробормотала она, но Бенедикт схватил ее за
предплечье и быстро поднял на ноги. Вивьен отмахнулась от снега, покрывавшего
ее по грудь. Но это было бесполезно: сделав еще два шага, она снова выругалась и
упала.
«Ты уверена, что с тобой все в порядке?» спросил Бенедикт с легкой улыбкой на
губах. «Слабость в ногах или что-то еще?»
«Заткнись», - проворчала Вивьен. «Я не чувствую пальцев на ногах. И мои туфли не
для этого». Она сидела на снегу и хмурилась, ее щеки раскраснелись, а парик
съехал набок. Бенедикт протянул руку, но она ее отдернула.
«Я не пойду. Скажи Шарлотте, что я здесь, и мы уйдем».
Бенедикт фыркнул, забавляясь тем, что небольшой снег так сильно взволновал ее.
«Отлично», - сказал Бенедикт и одним движением поднял Вивьен и перекинул ее
через плечо.
«Опусти меня!» - зашипела она с паникой в голосе. «Опусти меня, Бенедикт!»
«Что за волшебное слово?» проворчал Бенедикт, направляясь к черному входу.
Вивьен колотила его по спине. «Клянусь, ты еще пожалеешь об этом».
Бенедикт рассмеялся, и его утреннее беспокойство полностью рассеялось. «Не
сомневаюсь».
Но он поставил Вивьен на ноги только тогда, когда они добрались до поместья.
Однако не успел он открыть заднюю дверь, как Вивьен набросилась на него и
толкнула задом в глубокий снежный завал. Бенедикт упал на спину, а Вивьен
оказалась сверху в толстом снежном покрывале.
«Черт», - пробормотал Бенедикт, у него зазвенело в ушах. Несколько секунд они, задыхаясь, лежали на снегу. Потом Бенедикт поднял голову и понял, что Виктор
