– Я влюбился, – сказал Лев.
В первое мгновение Наташа ничего не поняла. Ну да, он влюбился. В нее, в Наташу. И только спустя некоторое время сообразила – что-то не так. С таким хмурым, мрачным лицом – в любви ведь не признаются?
– И… что это значит? – растерянно пробормотала она, уже окончательно запутавшись. – Погоди. В кого ты влюбился?
– Ты ее не знаешь.
– Тебе нравится другая женщина? – наконец озарило Наташу. – О нет. Кто она?
У нее похолодели руки, сердце неприятно защемило.
– Ты ее не знаешь, – повторил Лев.
– А когда, когда это случилось? Где?
– Там, в Электрозаводске.
– Ты там месяц всего провел – и влюбился в кого-то?
– Не совсем. Я эту девушку еще раньше знал. В первый свой приезд увидел.
– Это все год тянется?!
– Нет. Это тянется, как ты выразилась, последний месяц. Когда все по-серьезному… Я сволочь и подлец, я знаю.
– Да кто же она, кто? – с раздражением, настойчиво переспросила Наташа.
– Никто. Просто девушка. К тому же она сама замужем.
– Замужняя девушка… какая прелесть. Погоди. – Наташу вдруг словно в грудь толкнули, на миг она даже дышать перестала. Ее же пытались предупредить, а она не захотела слушать… Не услышала, когда ей буквально в уши кричали! – Ты серьезно? Ты завел роман с горничной из гостиницы?
Лев замер, глядя на Наташу широко раскрытыми, серо-голубыми, холодными глазами. Холодными – потому, что в них не было ни капли любви к ней, к Наташе. И эти длинные, пушистые его, светлые ресницы… Только недавно они были родными, сегодня – уже чужие. Чужие глаза и чужие ресницы. Чужой мужчина. Не ее.
– С Верой, да? – усилием воли Наташа заставила себя вспомнить имя. – Ее зовут Вера. Рыжая такая. Да?
Лев сглотнул. Потом произнес мрачно:
– Она. Но откуда ты…
– Господи, мне же намекали… – схватилась за голову молодая женщина. – Там, в гостинице… Мне намекали, я все мимо своего сознания пропустила – подумала, местные сплетни. А это правда. Про рыжую-бесстыжую!
– Она не такая.
– Как это противно… А я к тебе еще приехала – сюрпри-из! – Наташа улыбнулась, схватившись за волосы. Глаза защипало от слез.
– Я потому и не стал тебе тогда говорить ничего. Подумал – как ты поедешь обратно?.. Решил отложить разговор на потом.
– Мило. Мило. По-доброму…
– Ты же никогда меня и не любила, киса.
– Я?! Я тебя любила!
– Не-а, – усмехнулся он. – Ты меня едва терпела.
– А, ты хочешь сказать, что я получила по заслугам…
– Погоди. Давай без скандала. Я не прав, что на тебя все сваливаю. Я и сам тебя… Я и сам тебя не любил. Только теперь это понял.
Неожиданно у Наташи иссякло терпение. Она почувствовала, что не в силах продолжать этот разговор. Глаза щипало еще сильнее, в груди бился крик. Еще немного – и истерика вырвется наружу. Но так унизиться передо Львом? Нет.
– Значит, ты говоришь, что между нами все кончено. Так? Я правильно тебя поняла? – стараясь говорить спокойно, спросила она.
– Да. Между нами все кончено, – серьезно ответил Лев.
– Ну тогда уходи. Не нужны мне никакие объяснения. Все, все, все! Прощай, – сквозь зубы произнесла Наташа и зажмурилась.
– Прощай, – услышала она.
Через несколько секунд хлопнула входная дверь – Лев ушел. Только тогда молодая женщина позволила себе расслабиться, разжала кулаки, глубоко вздохнула. «Он влюбился в горничную. В горничную из провинциальной гостиницы. Замужнюю, как оказалось. И что дальше? Он сказал, у них серьезно. И что они собираются делать? Но он совсем дурак, если эту рыжую потащит в Москву! Минутку, а где они встречались?» – озарило вдруг Наташу.
– А там же и встречались! – произнесла она вслух. – В том же самом номере. Какая прелесть, какая гадость…
Некоторое время Наташа сидела молча, преодолевая отвращение – нечто вроде приступа внезапной дурноты. Потом нашла записную книжку, отыскала номер гостиницы в Электрозаводске.
– Алло… гостиница «Турист»?
– Слушаю вас! – отозвались на том конце провода. Голос женский, отрывистый, лающий. А это, поди, та самая тетка с шиньоном, что сидела тогда на ресепшене.
– Плохо работаете с персоналом, – едва сдерживая слезы, произнесла Наташа. – Вы в курсе, что одна из ваших горничных – Вера, рыжая такая, к сожалению, не знаю ее фамилии… так вот, она крутит романы с постояльцами? Да, прямо на рабочем месте. Это она двести десятый номер убирает обычно? Ну вот, она заодно… и сексом там… с тем, кто в номере жил… я уж не знаю, берет ли она деньги за свои услуги… – дальше Наташа не смогла продолжить, захлебнулась в слезах и отбросила от себя телефонную трубку.
* * *
Веру мало волновало прошлое Льва. Зачем? Это было до нее, это все неправда.
Нет, конечно, она знала, что у него раньше, до их романа, были серьезные отношения. В первый приезд Лев созванивался с какой-то женщиной и ласково называл ту «кисой»… Но месяц назад, вновь оказавшись в Электрозаводске, Лев признался Вере, что «там» – у него все кончено.
И сомневаться в его словах Вера не могла – ведь столько любви на нее обрушил этот мужчина, полностью завладев ею всей (и телом, и душой, и мыслями)! Какое прошлое, какая другая женщина… Лев – только ее, Верин.
Да и она сама частенько забывала о том, что замужем, что продолжает жить в одной квартире с Кириллом. Какой еще Кирилл, когда все мысли заняты новой любовью… Хотя муки совести и сомнения в том, правильно ли она поступает, предавая своего мужа, на Веру нападали время от времени, особенно в первые дни сближения со Львом. Но отказаться от встреч с ним она уже не могла.
Лишь неожиданное событие заставило Веру встряхнуться, посмотреть на происходящее с иной стороны.
Это случилось в первых числах июня. Она, как всегда, наводила порядок в номере. И как раз – в номере Льва. Перестелила постель – когда делала это, не смогла сдержаться и уткнулась лицом в подушку, еще хранившую его запах… Сегодня у них не получилось встретиться. И это плохо. Даже ужасно. Потому что каждую минуту, каждую секунду Вере хотелось быть рядом со Львом. Этот человек – как кислород для нее, без него невозможно дышать. Без Льва, без его прикосновений, ласк – тяжело.
Ко всему прочему, он уедет скоро отсюда. Потом – да, опять обещал вернуться в Электрозаводск, но как прожить без Льва те несколько дней, что он проведет в Москве? Это же с ума сойти можно…
