в мать. Даже пятна такие же. Тьфу. Но сына пока не трогал — пусть учится. А когда ему стукнуло 18, тут уж отец не отстал.
— Завтра полетишь на охоту.
— Но, пап, я еще не допаял приёмник!
— Срать я хотел на твой приёмник. Ритуал инициации еще никто не отменял. Летишь на год, чтоб к следующему лету притащил сюда 10 позвоночников, понял меня?!
— Пооонял…
Под издёвки и улюлюканье старших братьев отец запихнул упирающегося Егорова сначала в латы, потом в звездолёт и отправил на Землю. В качестве точки приземления отец запрограммировал участок зауральской тайги, недалеко от воинской части десантно-штурмовой бригады. Чтоб сынишка не филонил, а на нормальных тварей охотился. Майской ночью Егоров плюхнулся на какой-то холм, пугливо высунулся из кабины и, первое что сделал — снял дурацкие латы, которые ужасно натёрли жопу. Забросал звездолёт хвойными лапами и остаток ночи прятался на дереве. Утром он узнал, что отец просчитался: пока Егоров шлялся по космосу, бригаду расформировали, и теперь в военном городке жили только хорьки и наркоманы. Егоров этому безумно обрадовался — выдирать из людей позвоночники он не хотел. Зато здесь были офигенно красивые стрекозы. Егоров отписался матери, что хорошо долетел и занялся энтомологией.
На третьеклассника Лапкина Егоров натолкнулся через месяц, когда тот начитался «Робинзона Крузо» и убежал из дому отшельничать. Лапкин не испугался Егорова — в его ночном шкафу жили твари пострашнее, а в старших классах вообще ебланы какие-то. И Лапкину тоже нравились стрекозы. Егорову же настолько оста****ело одиночество, что мелкий пацан был для него как переполненные «Лужники». С тех пор они днями слонялись по тайге, паля по шишкам из наплечной пушки, или просто валялись под деревом, грызя соломинки и ведя беседы. Полнейшая, в общем, акуна матата.
— Скажи, Егоров, а много ещё во Вселенной цивилизаций?
— До ****ей. Вот, бывало, летишь в космосе, захочешь посрать нормально так, с красивым видом. Приземлишься на чахлую мелкую планету, только расположился, «Вселенскую Правду» развернул, глядь — и тут цивилизация. Набегут, транспаранты в рыло суют, мол, добро пожаловать. Или из танков давай шмалять — так со спущенными штанами и валишь.
…Иногда Егоров напяливал латы, врубал режим невидимки, и они играли в прятки. Невидимка вообще была вещь классная. Как-то пришёл Лапкин пасмурным и с фингалом.
— Слушай, Егоров… А ты не мог бы выдернуть позвоночники у троих дебилов из 9-го «Б»?
— С какой стати мне это делать?
— Достали они меня. Деньги на обед отжали и издеваются.
— Нафига эта жесть, друг мой Лапкин? Давай сделаем тебя самым крутым в твоей бляцкой школе!
На следующий день дебилы опять подошли к Лапкину. Лапкин стал безумно вращать глазами и пугать их тем, что он колдун 80-го уровня. Дебилы рассмеялись, а невидимый Егоров раскидал их за это по всему двору. С тех пор Лапкина никто не трогал, а одна девочка его поцеловала и позволила таскать ранец.
А в сентябре приключился с ними смешной случай. Егоров объелся брусники и уснул. Разбудил его противный звук пикающей руки. Это Лапкин забавлялся с его часами и случайно врубил бомбу.
— Ты чё наделал?! Я просил не трогать эту ***ню!!!
— Извини.
— Бежим — сейчас ****ёт!!!
— Куда? Она же на твоей руке…
— Блять!!! Точно… Быро в звездолёт, там отвёртки все!!!
Еле успели. Иначе не было бы сейчас Лапкина и Егорова, а нам врали бы по телику о метеорите или сбитом доблестными «Искандерами» подлом американском беспилотнике. Но обошлось. Поэтому слушаем про Сирию.
…Снова настало лето. Егоров и Лапкин лежали под сосной и слушали птиц.
— А напомни, Лапкин, какое сегодня число?
— Двадцать второе июня.
— Ииииии!!!! — встрепенулся Егоров, — уже ж больше года прошло, как я здесь!! Мне ж домой надо! Слушай, а где у вас морг?
— На Весёлой улице, а что?
— Мне штук десять позвоночников надо срочно! А то батя заругает, я и так нихуя не фаворит, а тут вообще…
Егоров осёкся, всматриваясь в чащу. Как будто мираж увидел. Но это был не мираж.
— Здарова, сынок! А мы соскучились. — Отец с сыновьями выключили «Невидимки» и уставились на Егорова пьяненькими глазами.
— Привет, пап… Братаны… — ватной рукой помахал Егоров.
— Ну где трофеи твои, похвастайся.
— А они это… Я девять штук собрал, а… Мне еще денёк бы один, и я домой, чесслово.
— Никогда врать не умел, — ответил отец, а братья заискивающе закивали. — Позор ты семьи, вот ты кто. А это кто там за тебя прячется?
— Это?.. Это Лапкин, друг мой. Помогает мне… это самое… десантников выслеживать и всё такое… Приманка! На живца я обычно…
— Ясно. Короче. Выдирай из него позвоночник и полетели. В безлюдье и малец человек.
— Да ты что, — наигранно рассмеялся Егоров, — это ж… я таких вообще выпускаю! Маленький, сколиозный… Нафиг он нужен!
— Выдирай, я сказал.
— Нет! — твёрдо сказал Егоров и испугался собственной храбрости.
— Ты отцу перечишь, ****юк мелкий?! Тебе по сусалам настучать?!
— Валим! — неожиданно для самого себя пискнул Егоров, схватил Лапкина и ломанулся в кусты.
— Лаааааадно. — Зловеще протянул Егоров-старший и надвинул на глаза шлем.
— Ты чё, бать?! — сказал один из сыновей, — это ж твой сын?!
— Нет у меня сына. Кто первый вальнёт ублюдков, тому три пузыря «Млечной Путинки». Начнём охоту…
…Опальный Егоров, прижимая к груди третьеклассника Лапкина, бешеным бегемотом нёсся сквозь чащу. Сзади слышалось приближающееся улюлюканье, над головой пролетали смертоносные диски, красные точки пулемётов метались по листве, столетние сосны с треском падали вокруг, поваленные многочисленными взрывами.
— ААААА!!!!!! Убивают!!!! — истошно вопил Егоров, но его никто не слышал. А если и слышал, то не понимал. Нету в тайге ценителей предаторского языка.
Очередной взрыв раскурочил берёзу на пути Егорова, он зацепился за неё ногой и бухнулся головой аккурат на валун. Наплечная пушка от удара случайно выстрелила в пустоту. Сознание Егорова окунулось во мрак…
…Очнулся Егоров быстро. Кругом тишина, только в руках ворочался живой, но немного описанный третьеклассник Лапкин. Егоров встал, осмотрелся и охуел.
Невдалеке, с огромной дыркой во лбу лежал его отец. Рядом стояли на коленях его братья, уткнувшись головами в игольчатый настил. По направлению к Егорову-младшему.
— Парни?! Я… Это я его?! Оёёёй… Слушьте, я ж нечаянно, я…
— О, Великий Воин!!! — заверещал один из братьев, обращаясь к Егорову-младшему.
— О, Лучший Охотник Вселенной! — вторил ему другой брат.
— Вы ****улись, что ли?
— Нет! Ты убил Короля Охоты! По тысячелетней традиции теперь Ты — Король! Его клуб — твой клуб! Его позвоночник — твой позвоночник!
— Вы щас серьёзно это? Или прикалываетесь, как обычно?
— Мы ждём твоего приказа, Светоч!
— Дааааа?! — изумился Егоров и даже немного расправил чахлые по меркам
