Кранце в частности милордов Джеков? Не меньше, чем донов Педро в Бразилии. А вот родной край мы Мстителю изменили, так что, он у меня теперь милорд Джек из Неллера.
Нет, так и есть. Кто не поверит документу, пусть обратится в канцелярию герцога Джея. Баронет Алекс подтвердит, раз сюзерен ему так скажет. Моя семья в курсе наших с Джеком дел. Ну, не во всём конечно, но знает, что это мой человек.
Правда, вассальный договор у нас сроком на один год, но такие временные взаимные обязательства тут не редкость. Так что, всё честно. Ещё у Джека теперь при себе будет мой приказ нанять отряд в три сотни бойцов и идти к границе с Верцией, где ждать моих следующих распоряжений. Ждать он их разумеется не станет. Как только принц Филипп начнёт рекрутирование обычных солдат, так Мститель и отправится к нему со своим отрядом. В армии претендента будут и мои люди.
Как это всё согласуется с дворянской благородной этикой? Ну, то, что я ввожу всех кроме своей семьи в заблуждение? Да нормально тут с этим всё. Да и у нас на Земле, помнится, та же британская корона привечала пиратов, принимала от них награбленное и в рыцари посвящала, и титулы лордов давала. А чем я хуже? Ничем. Тем более, что мне и давать титул никому не пришлось, взял, так сказать, готовенького милорда с его воинами. Не знаю, все ли согласятся пойти на службу претенденту, но полагаю, что подавляющее большинство. Раз уж решились однажды поменять свою судьбу, взяв меч и отбросив орало, так чего на полпути останавливаться-то? Джек сказал, пойдут за ним почти все, и я ему верю.
Есть ещё один приятный момент. Содержание этого моего воинства не будет стоить мне ни зольда. Милорд из Неллера и так должник, золота у его отряда достаточно, а чуть позже пусть их Филипп кормит, корона даром никому не достаётся. И помнит, что не только герцогский род Неллеров его поддержал, но и лично милорд Степ. Глядишь, и правда окажется не неблагодарной свиньёй. Всё в копилку усиления моего положения в новом мире.
После тренировки и завтрака в сопровождении Сергия, несущего за мной альбом с целительскими плетениями, отправился к брату Симону в лечебницу, куда вчера вечером доставили из Готлина двадцатилетнего акробата, будущего наставника моих диверсантов по всяким умениям, требующим ловкости и гибкости. Лео Как-то-там? Чёрт, забыл фамилию этого двадцатилетнего калеки. А, нет, вспомнил! Лео Тимас. Ну что, посмотрим, каков ты из себя.
Не хочу тратить время и энергию на плетение полного исцеления, да и жирно такое благодеяние для этого увечного акробата будет, ещё ничем не заслужил. Есть более простые, часто не менее эффективные лечебные заклинания, так сказать, узкопрофильные. Иногда они даже более предпочтительны. Недавно только до меня дошло, когда Вику исцелял.
Скажем, чтобы отрастить руку, надо не менее трёх раз накладывать полное исцеление, так как значительная часть его огромной энергии уходит на другие увечья и болячки. А есть много других вариантов, от самых простых, когда требуется с десяток-другой лечений, вроде того, чем моя любимая кузина вернула пальцы дядюшке Ригеру, до более сложных. Ну, впрочем, сейчас мне ничего отращивать не требуется. Буду исправлять переломы.
Брата Симона на месте нет, он уехал в нашу Монастырку, там бревном брата Онуфрия придавило, целитель решил его на мести исцелить. А в лечебнице меня встречает миледи Сильвия, которая с грехом пополам всё же приняла мои правила игры, касаемые санитарии и отказа от многих дурацких университетских рецептов зелий на основе всякой гадости.
— Осмотрела. — докладывает миледи, когда мы идём по коридору к комнате, куда поместили Лео Тимаса. — Если разовыми плетениями будете, то в трёх местах надо накладывать. Или в чётырёх, если решите ему и зубы восстановить.
— А что, много не хватает?
— Пяти. Два вверху и три внизу корневые. И он за ними совсем не следит. Скоро и остальных может лишиться.
— Обойдётся без лечения зубов. — потерять пять зубов к двадцати годам по местным меркам очень неплохое состояние, а вот то, что не использует палочки и алхимические составы для их сохранности — это плохо. Впрочем, откуда увечному циркачу было взять монеты на такие дорогостоящие препараты? Вот в этом я могу помочь. — Просто выдай ему перед отъездом на заимку тот порошок, который брат Симон изготавливает. — отдаю распоряжение и без стука вхожу в указанную миледи дверь.
Брат Симон точно выполнил моё указание, и Лео Тимас в небольшой комнатке один, хотя топчанов там три. Молодой человек, выглядевший сильно старше своих двадцати — тянет на все тридцать — ну, да, жизнь потрепала — при моём появлении с трудом встал и поклонился. О том, что ему предстоит исцеление от самого легендарного аббата Степа, он в курсе. Похоже, всё ещё не до конца верит в то, что это произойдёт. Напряжён, немного волнуется, хотя старается это скрыть.
— Ваше преподобие. — произнёс он, чуть заикаясь.
— Лежи давай, — отправляю его опять на лежак. — Только разденься. Ага. Вижу. Вот это нога так нога, как у носорога, крупная, толстая. Знаешь про такого диковинного зверя? На Римоне живёт. Говорят, у него плохое зрение, но это не его проблемы, а чернокожих на том материке, что попадаются ему на пути. Нога, а ещё что? — оборачиваюсь к миледи Сильвии, за которой маячат мой секретарь и девушка-санитарка.
— Вот здесь рёбра не правильно срослись, — подойдя, показывает. — Третье и пятое. И в плече опухоли нет, но не сомневаюсь, там трещина.
Надо отдать должное выпускникам лекарского факультета, помимо хирургии они неплохо выглядят как диагносты, определяя места и характер травм. А миледи оказалась весьма достойным специалистом. И брат Симон так говорит, да я и сам вижу. Не зря ведь она университет за три года закончила.
Тут с высшим образованием ситуация весьма своеобразная — поступай на учёбу в любое время и учись, сколько хочешь, хот неделю, хоть сто лет. Главное, деньги университетскому казначею раз в полгода заноси. И да, никто тебе свидетельство об окончании не выдаст, пока не сдашь все полагающиеся зачёты и экзамены. Что-то где-то читал, будто и в нашем средневековье такая же картина маслом была, но руку бы на отсечение за это не дал.
— Понятно. — киваю. — Сергий, подай альбом. — командую и улыбаюсь девушке. — Сильвия, если тебе заняться больше нечем,
