сама, — робко предложила я помощь, когда Антонио, кряхтя от боли, потащил мой чемодан. Призрак глянул на меня так, будто рублем одарил.
— Я еще не настолько немощный. И кстати, за прошедшие недели все раны окончательно зарубцевались. Так что скоро буду тебя на руках носить, крошка, — Антонио лихо подмигнул мне одним глазом. Я пришла к выводу, что на ямайского пирата он все же больше похож, чем на беглого преступника.
Всю поездку до аэропорта мы неустанно болтали. Антонио рассказал мне, что в больнице его навещала Белла. Ведьма дала ему какой-то чудодейственный отвар. То ли из бобрового уса и щупалец каракатицы, то ли из глаз дракона и скорпионьего яда. По вкусу он не разобрал состав и ингредиенты.
Призрак веселил меня, не замолкая ни на минуту. Я не успела опомниться, как мы уже летели в самолете в Аргидженто. Меня подмывало спросить про Дарио. Мой дружок был всегда в курсе всех событий мафиозного бомонда… Но я так и не решилась.
***
Сицилия. Аргидженто
Фамильный особняк Арманда в Аргидженто был скромнее, чем у Дарио в Черногории, но явно круче многих средневековых замков и дома Паолоретти. В этом имении я никогда не была раньше. Здесь обитала владычица Брунетти, его жена. Сейчас Ванесса Батичелли находилась в нем на птичьих правах. И от Антонио я узнала, что Арманд ей приказал после церемонии выехать в свой дом. Ванесса сначала скандалила и истерила, но путем психологического внушения, коим Арманд владел в совершенстве, заставил женщину сдаться.
Невесту Брунетти я видела несколько раз мельком. Она приехала непосредственно на церемонию. Донателла Ксиамо была младшей сестрой Луиджи. Невысокая блондинка с русалочьими волосами, голубыми глазками-пуговками, в которых вспыхивали искры при взгляде на жениха, и нежным персиковым румянцем. Девушка была совсем юная. Казалось, ей едва исполнилось восемнадцать.
Они с Армандом были роскошной парой. Он — высокий и статный, и она — влюбленная фарфоровая куколка. Брунетти смотрел на Дону с восхищением. Когда-то подобными взглядами он награждал меня. Я была искренне рада за малышку. И за себя. Ведь привязанность Арманда меня напрягала и душила. Все время заставляла чувствовать себя виноватой, что его чувства не взаимны.
После поздравлений молодых я отправилась в свою комнату. Антонио провел меня до двери, чтоб я не ошиблась дверью. С моей шальной удачей я в трех соснах могла заблудиться. Поэтому я была благодарна своему товарищу.
— Сегодня по плану ужин и репетиция торжества. Завтра с утра венчание и праздничное шоу. Затем Арманд с Доной уплывут на яхте в свадебное путешествие. Все гости останутся минимум на неделю отмечать свадьбу, — подытожил Антонио.
Я так устала, что просто кивнула. А еще нужно переодеться, накраситься, уложить волосы. Чемодан Антонио вкатил и оставил у большой двуспальной кровати. На миг завис, разглядывая шелковые простыни.
— Мария, а может, нам по-дружески в одной комнате заночевать? — неожиданно хрипло спросил он. Удивлению моему не было предела. Вероятно, оно отразилось на лице. Мужчина нервно огладил короткостриженную голову и направился к выходу.
— Улыбайся. Это была просто шутка.
Глава 31
Я жалкая. Очень жалкая дура! Уже полчаса я стояла за высоким деревом кипариса и смотрела на веранду. За овальным столом расположился Дарио Брунетти. Рядом сидела Франческа Паолоретти — жгучая брюнетка со смуглой кожей и голодным взглядом, которым она обгладывала моего бывшего мужа. А еще сучка заливисто хохотала и постоянно трогала его за плечо в пиджаке. Дарио сидел ко мне вполоборота. Я видела его идеально высеченный профиль, ухоженную короткую бороду и угольные глаза. Массивная фигура мужчины выделялась среди всех присутствующих. Даже Арманд рядом смотрелся, как подросток. Дядюшка Дарио мог дать фору всем мачо Италии. После Вольтерры я его видела всего раз. Когда Бриан Ноллан привез меня в его особняк в Черногории. Но тогда я была так напугана, что не рассмотрела любимого мужчину вблизи. Сейчас же я жадно впитывала каждую его черту лица, его плавные уверенные движения.
Дарио ничего не ел. Молча слушал разговоры Джованни и Луиджи. Арманд сидел рядом с Доной и приобнимал невесту за плечи.
Я не вписывалась в их уютную компанию. Посиделки были расслабленные и душевные. В гостиной остались родственники и приглашенные гости. Мне бы тоже стоило отправиться туда. Но я не могла пошевелиться. Ноги приросли к уличной плитке. А тело само прижалось к ветвистому дереву.
Я смотрела на Дарио. На его темные губы, спрятанные в черных завитках бороды. Вспоминала, как он этими губами целовал меня. Везде. И между ног с особенным удовольствием. Дарио оказался самым лучшим моим любовником. И я уверена, это не из-за того, что сравнить было не с кем. Он сам по себе был эталоном мужской брутальности. Дикий самец, секс, сексище!!! Прекрасный в своем необузданном хищном виде. Мм, трахнуть бы его случайно…О, прочь вульгарные мысли.
Длинные пальцы Брунетти медленно тарабанили по столу. Я залюбовалась их мерными движениями. Сердце отстукивало в такт, будто он задавал мне свой ритм.
— Мария, ты чего там притаилась?! Проходи, — громкий голос заставил покрыться пунцовыми пятнами. Арманд заметил меня и позвал к столу.
Тело сотрясала крупная дрожь, когда я подошла ближе. Дарио без смущения посмотрел на меня и нахмурился. Конечно, куда уж мне до этих молодых нимф, украшающих стол миллиардеров. В своем простеньком коктейльном платье, черном до колен, с ровно высушенными волосами, без крупных локонов по моде. И макияж я не нанесла. Руки дрожали, стрелки размазывались, а кисточка от туши норовила проткнуть глаз. После немыслимых потуг я решила умыться и не мучаться. О чем сейчас очень жалела, разглядывая красивых куколок. Хотя, даже если б я себе нанесла актерский грим, я все равно не смогла б составить этим юным принцессам конкуренцию.
А потому я, как глупая Машка, решила выбрать свою любимую тактику. Смириться со своей никчемностью и не заморачиваться. Я гордо расправила плечи и, слишком громко цокая каблуками, направилась к столу. Все обратили на меня внимание. Но я ощущала на себе лишь один взгляд, пробирающий до нутра и испепеляющий мою волю. Мне стоило огромных усилий не посмотреть на Дарио. А он же разглядывал
