притормаживаете свое возвышение. Словно ждете удобного момента. Карл не молодеет. И неизвестно, чем для него закончится война. Одно я знаю точно, даже если он победит, эта победа достанется ему дорогой ценой. И чтобы сохранить мир в королевстве, он будет готов идти на уступки. Ваша поддержка и покровительсво могут сыграть ключевую роль в такой момент. И у меня есть, чем отплатить вам за вашу помощь.
Она немного помолчала, будто окончательно решаясь броситься в омут. Снова выглянула в окошко. Затем, будто кивнув своим мыслям, решительно произнесла:
— Как я уже говорила ранее, от обширных земель моего отца и рода мне достанутся небольшие владения на юго-западе. Одно из них — это скромное баронство Трелан. Бедное и никому не нужное. Из-за того, что земля там каменистая, людей там мало. Его пересекает скальная гряда, у подножия которой стоит небольшой замок. Впрочем, ту развалину и замком-то назвать нельзя. Так, полуразвалившееся не пойми что. В общем, захолустье как оно есть. Но у этого места есть своя тайна, о которой знает только мой отец. И совершенно случайно узнала и я. Дело в том, граф, что несколько лет назад мой отец узнал, что в горах баронства Трелан было найдено очень богатое месторождение серебра. Настолько богатое, что герцог юга приказал своему верному телохранителю убить всех рудознатцев, нашедших это серебро. А сам телохранитель очень странным образом умер от ядовитого укуса болотной гадюки, которая заползла к нему в комнату ночью. На юге это вполне обычное дело. Отец побоялся начинать разработку этого месторождения. Оставив это дело на потом. Вы спрашивали, что я могу предложить? Когда придет время, я продам вам это баронство за символическую сумму и, конечно же, вы получите все карты с отметками месторождения. Уж вам-то, я уверена, хватит смелости начать добывать это серебро. Посему я вверяю вам свою жизнь, маркграф де Валье, и клянусь отныне быть вам верной союзницей во всех ваших делах.
Бланка говорила без пафоса и без насмешки. И самое главное — ни намека на обман. А когда закончила, элегантно склонила голову и, взяв мою руку, прикоснулась губами к перстню с гербом маркграфства Валье, который для меня создала Урсула Хуг из теневого металла.
Бланка де Гонди ждала моего решения, не поднимая головы.
Хм… Серебряный рудник. Да еще и богатое месторождение. В моем родном мире, да и в этом тоже, из-за такого куша короли начинали войны. Понятно, почему папаша-герцог так перевозбудился.
Хех… А ведь у Бланки действительно в рукаве был козырь. Серьезный козырь, который мне нечем крыть. Еще неизвестно, когда до него у меня дойдут руки, но это уже неважно… Упускать такую возможность я не могу.
Я положил свою ладонь на голову Бланки де Гонди, которая легонько вздрогнула.
— Я, маркграф де Валье, граф де Грамон, принимаю вашу клятву и в свою очередь клянусь быть вам верным союзником и защитником.
Бланка подняла голову, и я впервые в своей жизни увидел слезы в ее глазах.
Глава 13
Бергония. Южный тракт. Военный лагерь аталийской армии. Путь на Ромон, столицу Бергонии.
Солнце уже поднялось над холмами. Лагерь аталийской армии жил привычной суетой. Дымили костры, ржали лошади, звенела сталь, слышалась ругань и хохот.
Армия Золотого льва уже была на ногах, размеренная, выдрессированная, как единый живой организм, в котором каждое движение имело свой ритм и смысл.
Холодная вода стекала по обнаженной груди и плечам Рикардо ди Лоренцо. Он, громко фыркая, с удовольствием смывал с себя пот и грязь после спаринга с мастером меча. Ничто так не прочищает голову, как утренняя тренировка и омовение холодной водой.
Уже почти месяц его войско двигалось по южному тракту Бергонии. Городки и замки сдавались без боя, несколько стычек передовых отрядов с новыми хозяевами этих земель не в счет. Их Золотой лев даже не замечал, а сопротивлявшихся и попавших в плен дворян, особенно тех, кто мог в будущем заплатить выкуп, отправлял в Аталию.
Простых воинов либо продавали купцам, следовавшими за войском, либо распределяли по аталийским когортам, если те соглашались сражаться за своего нового короля.
К слову, наместников Карла здесь не особенно любили, так что легионы Золотого льва, хоть и медленно, но уверенно росли числом. С мирными тоже проблем не возникало: народ встречал аталийцев с сосновыми веточками, словно освободителей. Да, они помнили бесчинства Багряных рыцарей и аталийских легионеров, но в основном фанатики уничтожали истинных, а к простым людям отношение было обычным. Тем более что у Рикардо ди Лоренцо было время сделать работу над ошибками, и теперь он внимательно следил, чтобы к жителям сдавшихся городов и деревень относились, как к новым подданным короля Адриана.
В общем, это вторжение уже не выглядело банальным набегом. Нет. В этот раз аталийцы пришли надолго, вернее, навсегда. И если учесть, что люди Карла за последний год выжали из местного населения все соки, то продвижение легионов Золотого льва шло даже быстрее, чем ожидалось изначально.
Основные же силы противника отходили к Ромону, столице Бергонии. Граф де Роллен, которого Карл назначил маршалом, был еще тем болваном, но в этой ситуации иначе он поступить не мог. Его главная ставка была — на стены Ромона.
Однако, собирая все доступные ему силы в одном месте, граф де Роллен мало заботился о мирном населении. Он выгребал все продовольствие и угонял скот, обрекая местных на голод. То есть, по сути, вел себя, как захватчик.
Формально такая тактика — ничего врагу не оставлять — оправданна: сжечь амбары, забрать хлеб и скот, лишить Золотого льва возможности пополнения провианта за счёт захваченных деревень и поселений.
Но такая тактика могла выйти вестонскому маршалу боком. Значительная часть его легионеров — местные уроженцы. Для них ограбленные деревни — это их родные дома, их семьи и их амбары.
Очень скоро в собранном с миру по нитке легионе графа де Роллена обязательно просядет дисциплина. И по сведениям маршала ди Лоренцо там уже потихоньку начались брожения.
Параллельно с этим обозленные крестьяне и горожане, жилью и семьям которых досталось от отступающих вестонцев больше всего, начали сбиваться в мелкие шайки, из которых офицеры Рикардо легко стали набирать проводников и легких стрелков.
Наконец, когда граф де Роллен спрячется за стенами Ромона, снабжение прекратится: собственные опустошенные владения превратятся в пустую полосу, через которую тяжело будет вести обозы и охранять коммуникации. Да и вряд ли Карл отправит кого-нибудь на помощь. Нет у него
