Казалось, их легкие горят…
Однако мгновение спустя они почувствовали себя легче: дувший внутри шахты жгучий воздух вытеснил из пещеры весь наполнявший ее дым и прогнал куда-то миазмы.
– Стена разбита? – умирающим голосом спрашивал товарищей Бэд Тернер. – Но что же значит эта невыносимая жара? Или каменный уголь еще горит внутри?
На эти вопросы дал ответ Гарри, сказав:
– Может быть, горит какая-нибудь галерея, а другие уже выгорели или еще не тронуты. Кроме того, оттуда ведь тянет не дымом, а довольно чистым воздухом, хотя и горячим, словно из печки. Пустите меня вперед. Как-никак, я ведь старый шахтер.
И он решительно направился ко вновь открытому входу. Его товарищи последовали за ним. Гарри нес предусмотрительно сбереженный остаток факела, но не зажигал его, пользуясь тем слабым светом, который давали догоравшие тряпки. Остальные, не привыкшие к пребыванию в недрах земли, продвигались за ним ощупью, держась друг за друга. Потом исчез и последний луч света, наши знакомцы остались в полной мгле, и все же они брели, гонимые страхом.
Галерея шла вниз, временами образуя настоящие пещеры.
Путь часто был почти прегражден глыбами каменного угля, но Гарри находил дорогу с безошибочным инстинктом. По прошествии восьми или десяти минут он вдруг остановился и неверным голосом попросил Бэда Тернера зажечь факел.
– Что вы тут отыскали, Гарри? – осведомился удивленный шериф.
– Ах, да зажгите же поскорее! – вместо ответа почти крикнул Гарри.
И когда колеблющийся и неровный свет факела озарил шахту, невольный крик ужаса сорвался с уст Бэда Тернера: на полу галереи, у их ног, лежал человеческий скелет, покоившийся на грудах каменного угля. Но Гарри, не обращая внимания на кости скелета, торопливо шарил возле него руками и вдруг поднялся с радостным возгласом:
– Да она почти полна маслом! Как только она сохранилась в этой нестерпимой жаре?
– Что ты нашел, Гарри? – спросил Джон.
– Безопасную лампочку. В ней еще сохранилось масло. С ее помощью, Бог даст, нам удастся, может быть, отыскать настоящую дорогу. Зажигайте скорее светильник, шериф! Так! Теперь тушите факел. А то как бы нам не вызвать взрыва каменноугольного газа.
В самом деле, пламя факела последние секунды почему-то словно расплывалось в воздухе и казалось окрашенным в синий цвет.
Моментально тускло светившая лампочка была закрыта, а факел потушен. С новыми силами странники направились в путь. Но, сделав несколько шагов, остановились по знаку, данному Гарри.
– Посмотрите, – сказал тревожным голосом траппер, – под потолком собираются клубы дыма. Положительно не понимаю, почему не взрывается гризу?
– Пусть эти каменноугольные копи, как только мы из них выберемся, провалятся в преисподнюю! – воскликнул Бэд Тернер.
– За что это вы на них так рассердились? – спросил Гарри.
– Позади – индейцы со своими томагавками. Здесь – каменноугольный газ, который грозит взорвать шахту и нас с нею вместе. Что за несчастная фантазия была у меня бросить Гольд-Сити и принять службу при генерале Честере? – сердито бормотал Бэд Тернер.
– Теперь вы начинаете хныкать, шериф! – засмеялся приободрившийся Джон. – Не падайте духом! Авось выберемся!
И они продолжали путь.
С каждым шагом дышать становилось труднее и труднее. Нестерпимым жаром был напоен воздух. Ясно было, что беглецы приближались к тому месту, где еще горел и бушевал подземный пожар. По дороге взору странников представлялась странная, почти фантастическая картина: по-видимому, как и предполагал Гарри, пожар начался после взрыва каменноугольного газа, застав врасплох и погубив многих рабочих. Работы были оставлены в мгновение ока, внутри шахты покинуты не только вагончики, но и инструменты. Это было на руку беглецам: конечно, они предпочли бы отыскать какие-нибудь ружья или револьверы, но за неимением огнестрельного оружия все же известную пользу могли оказать и найденные ножи, топоры и ломы. И они поторопились вооружиться чем попало. То, что они подобрали, уже не было нужно законным обладателям – погибшим в этой пылающей шахте рудокопам, скелеты которых попадались здесь и там.
Некоторое время спустя Гарри заявил своим товарищам:
– Ну, вот и ротонда!
– Что это такое? – осведомился Тернер.
– Центральная часть шахты. Ее, так сказать, сердце.
– Полное дымом!
– Что делать? Покуда все-таки мы можем дышать, идемте дальше.
И опять они побрели из галереи в галерею, непрерывно спускаясь. По временам им приходилось пробираться буквально ползком, когда они натыкались на груды обломков, загромождавших проход. Иногда, видя уходящие в сторону ходы, Гарри, не останавливаясь, кричал товарищам:
– Не туда! Это тупики! Оттуда выхода нет!
Наконец они добрались до какой-то широкой галереи, правильнее сказать, настоящего подземного зала, буквально загроможденного обломками, среди которых можно было различить исковерканные рельсы, опрокинутые вагонетки с разбитыми колесами, обрушившиеся подпорки и прочее.
– Стой! Ни с места! – скомандовал Гарри. Все замерли.
Гарри осторожно поднял лампу вверх, потом опустил руку и скомандовал упавшим голосом:
– Гризу! Каменноугольный газ! Им наполнена вся пещера! Буквально отказываюсь понимать, каким образом не произошел еще взрыв.
– Ну тебя в болото! – раздраженно отозвался Джон. – Что там толковать? Понимаешь или не понимаешь, от этого нам не легче…
Глава IV
Неожиданное нападение
– Гарри! – тронул траппера за рукав Бэд Тернер. – Не собираетесь ли вы тут заснуть? Ведь от того, что мы будем здесь стоять и толковать о возможности взрыва гризу, опасность, очевидно, не уменьшится. Не лучше ли нам убираться подобру-поздорову. Чего вы тут ищете? Не рассчитываете ли вы найти здесь какой-нибудь автоматический буфет с продажей бутербродов и палочек шоколада?
– Нет, шериф! – отозвался спрошенный. – Я обдумываю, куда надо направиться нам теперь. Не думайте, что этот вопрос так легко решить. Не обижайтесь, шериф! Но лучше было бы, если бы вы предоставили тут действовать мне по моему усмотрению. Я же вам сказал, что я провел мою молодость в шахтах. Доверьтесь мне, авось как-нибудь вывернемся.
– Комик ты, братец! – отозвался шериф. – Разве я возражаю что-нибудь. Я тебе только напомнил, что нет смысла долго здесь оставаться. Веди же нас.
Гарри, снова тревожным взором осмотрев дым, который клубами собирался под мрачными сводами пещеры, повел товарищей в другой конец зала. Отсюда по всем направлениям разбегалось в виде веера несколько боковых галерей, часть которых была снабжена рельсовыми путями. Одну из этих галерей, заваленную обломками вагонеток и кучами угля, избрал проводник. Пройдя пять или шесть сотен метров, странники оказались перед мрачным отверстием, загороженным дверью, на которой еще красовалась грубо намеченная цифра семь.
