– За мной! Сюда!
И Гарри бросился к небольшому помосту из досок, опиравшихся на четыре столба. Было положительно чудом, что этот помост уцелел после потрясения, вызванного взрывом, но беглецам было не до того, чтобы долго раздумывать, как и почему уцелел помост. Моментально они вскарабкались на него и засели сверху. Не прошло и двух-трех минут, как авангард крыс столпился уже у помоста.
Маленькие, но свирепые хищники отнюдь не отказывались от надежды добраться до своей добычи.
Громкий писк и визг возвестил беглецам, что они открыты и что осада продолжается.
В самом деле, наиболее дерзкие из крыс немедленно полезли по столбам, с поразительной ловкостью карабкаясь и извиваясь, словно змеи.
– Э, да они и тут нас в покое не оставляют! – изумился Бэд Тернер, который теперь только начал понимать, с каким ужасным врагом приходится иметь дело.
– Не зевайте, дядя Джон! – крикнул Гарри. – Тут придется работать не языком, а руками!
И беглецы снова взялись за свое оружие, то есть за колья и обломки досок, с помощью которых сбивали со столбов лезущих наверх крыс.
Воздух в пещере, и без того душный и насыщенный миазмами, скоро пропитался острым запахом крови: колья охотников меткими ударами обращали тела крыс в окровавленные лепешки. А когда убитые крысы падали на землю, раздавался характерный хруст дробимых острыми зубами костей. Уцелевшие крысы набрасывались на своих погибших товарок и моментально пожирали их.
Трудно сказать, сколько времени длилась эта фантастическая борьба людей с грызунами. Но скоро люди уже стали выбиваться из сил, и, казалось, близился тот момент, когда крысам удастся овладеть помостом…
– Бейте, бейте, Джон! – кричал время от времени хриплым голосом Гарри.
В свою очередь, Бэд Тернер не переставал подстрекать злополучного индейского агента, напоминая ему, что со стороны крыс его скальпу грозит не меньшая опасность, чем со стороны ненавидимой им Миннегаги.
Но вот, казалось, ряды крыс несколько поредели. Возможно, наиболее голодные и наиболее смелые хищницы были истреблены в беспощадной схватке, другие утолили свой голод их же телами, третьи были слишком напуганы: так или иначе, но через пять минут авангард грызунов обратился в бегство, и до безумия утомленные беглецы получили возможность хоть немного отдохнуть.
За рассеявшимся авангардом серой лавиной прокатились, уходя куда-то, тысячи и тысячи крыс, составлявших колоссальную армию. Эти уходили, не обращая на людей никакого внимания, и только немногие пытались забраться на помост, но их сбрасывали вниз метким ударом.
Шествие крыс продолжалось не менее получаса.
– Уф! – перевел дыхание Джон. – Ей-богу, у меня голова кружится, когда я гляжу на эту нечисть.
Прошло еще полчаса, и около помоста воцарилась тишина: крысы исчезли, и от них ничего не осталось на память беглецам, кроме нескольких довольно-таки болезненных укусов.
– Ну, будем сходить, что ли? – осведомился нетерпеливый Джордж.
Но Гарри отсоветовал: он опасался, что хищницы-крысы могут находиться неподалеку и тогда снова придется сражаться с ними, а все четверо чувствовали себя настолько усталыми, что едва ли были способны оказать грызунам серьезное сопротивление.
Гарри и Джордж, поддаваясь усталости, воспользовались случаем и немедленно задремали, оставив сторожить Джона и Бэда Тернера, которые не могли сомкнуть глаз.
По прошествии некоторого времени, убедившись окончательно, что крыс вблизи нет, Джон и Тернер разбудили дремавших товарищей, и все четверо снова пустились в скитания по подземным галереям брошенной шахты.
Час проходил за часом, одну галерею за другой обследовали скитальцы, ища выхода, но – увы! – выхода не отыскалось: по большей части они натыкались на тупики или так называемые слепые галереи без сообщения с поверхностью земли. А раз или два, когда им уже казалось, что спасение близко, что они сейчас окажутся на свободе, им приходилось испытывать горькое разочарование, увидев перед собой обрушившиеся колоссальные глыбы земли, для проложения дороги в которых понадобились бы целые месяцы работы.
Свинцовая усталость мало-помалу овладевала несчастливцами. Их внутренности терзал голод, головы были тяжелы, мысли путались. То, что они видели, то, что было реальным, начинало казаться им кошмарным сном. И, наоборот, рождавшиеся в воспаленном мозгу образы, дикие и нелепые, казались реальной действительностью. Особенно страдал Джон. Ему то казалось, что он видит свет, что он дышит воздухом прерии, то вдруг начинали чудиться какие-то призраки. Он видел ожившие трупы погребенных в пещере индейцев, ему мерещилась беспощадная Миннегага, которая глядела на него полными злорадства и ненависти очами.
И остальные тоже находились в состоянии, близком к бреду.
Отдохнув, они приходили в себя, но ужас гнался за ними по пятам и гнал их все дальше и дальше по подземным галереям из одного конца покинутой шахты в другой.
– Шабаш! – произнес Гарри, останавливаясь перед грудой перемешавшихся с землею обломков бревенчатой обшивки какой-то галереи. – Шабаш, говорю я.
– Что случилось? – осведомился Бэд Тернер.
– Больше шляться нет надобности: мы обследовали всю не подвергшуюся разрушению часть шахты. Выхода нет!
– Что же будет? – спросил Бэд Тернер.
– Ничего не будет! Осталось помирать!
– Помирать? – промолвил Бэд Тернер. – Гм! Собственно говоря, я не испытываю ни малейшего желания сделать эту глупость. Но если ничего другого не остается, то я от компании не отстану. Во всяком случае, времени у нас, должно быть, еще достаточно, и…
Пошарив у себя в карманах, он озабоченным тоном спросил у Гарри:
– А что насчет гризу? Есть он тут или нету?
– Судя по пламени лампочки, – отозвался усталым голосом траппер, – нам нечего опасаться гризу. А что?
– А то, что я хочу курить! – хладнокровно отозвался Бэд Тернер и, переходя от слов к делу, немедленно принялся набивать табаком свою трубку.
Глава V
Еще одна партия бокса
– Нет, я не сделаю ни шагу больше! Вы меня надули, мистер бандит! Вы заставили меня отправиться в степь под предлогом, что устроите для меня порядочную охоту на бизонов. А вместо этого, когда я вижу бизонов и показываю их вам, вы отказываетесь пуститься по их следам. Это новое надувательство, но с меня довольно – я не сделаю ни шагу дальше.
– Не ерундите, милорд! Поймите, тут не до охоты на бизонов. Мне с величайшим трудом удалось вывести вас из лагеря индейцев, которые каждую минуту могут спохватиться и, заподозрив неладное, броситься по нашим следам. Где уж тут думать о бизонах.
– Мне до этого нет никакого дела! Я хочу охотиться на бизонов. Больше я ничего не знаю.
